Мыс Иерихон
Шрифт:
Одна из полицейских машин, находившихся на пирсе, медленно подавала назад и разворачивалась.
Таким образом, повинуясь настоятельной просьбе Синсы, Пи-Джей заманил Бриттани на вечеринку, где ее уже ждал Шон. Это было неожиданно. Ведь он еще должен был находиться на Барбадосе. Никто не заметил, как он украдкой пробрался в дальнюю часть дома и дожидался там Бриттани.
А когда Шон закрыл дверь, Пи-Джей понял, что должно произойти, но ничего не сделал для того, чтобы предотвратить это. Но мог бы. Ведь он находился в доме, полном возбужденных
Я продолжала идти к пирсу. Проблесковые маячки откатывались от пожара. Стробоскоп окрасил прибой в галлюциногенные цвета. Пирс производил жуткое впечатление. Вода светилась красным цветом.
Я остановилась. По другую сторону пирса, где свет опять угас, я увидела разбитую яхту, которая лежала на песке. У меня свело желудок.
Я побежала под пирсом к другой его стороне. О берег с грохотом бились волны. Яхта лежала на боку. Ее мачта была сломана, такелаж превратился в сплошной спутанный клубок.
— Марк! — позвала я.
Обежав вокруг судна, я увидела, что иллюминаторы каюты разбиты. А на песке валялись насквозь промокшие продукты, телевизор и аптечка. Она была раскрыта, и рядом с ней лежали бинты, ракетница и портсигар Тоби. Пачка марлевых тампонов была разорвана, словно кому-то они понадобились срочно и совсем недавно. Я едва волочила ноги вокруг разбитой яхты и пыталась найти способ, как попасть внутрь.
Я заметила какое-то движение. Шея у меня вытянулась и голова быстро повернулась. За прибрежным песком начинались заросли свинороя. Дорога, подножие холма находились в кромешной темноте. Но я заметила луч света. У основания пирса кто-то спрыгнул на песок и пошел в мою сторону. Идущий человек казался еще чернее, чем окружавшая его тьма. Волосы на ветру казались своего рода черной короной. Это была Синса.
Свет луны отражался от ее серебряных сережек и браслетов. В правой руке она держала пистолет. До нее оставалось тридцать футов. Самое лучшее было бы убежать. Но крикнуть Джесси, чтобы он тоже бежал, я не могла.
Теперь мне стало видно ее лицо. Эти глаза, которые поглощали свет и смотрели на меня. Я отступила, словно хотела укрыться в ночи.
Позади нее, в траве и на дороге, виднелись какие-то изгибающиеся тени. Кто-то приближался. В воздухе — ни звука. Из теней выскочил Марк и побежал на нее. Она увидела его и подняла пистолет.
Я крикнула:
— Синса!
Она обернулась. Я держала обеими руками ракетницу. Синса направила пистолет на меня.
Я выстрелила и превратила ее в сверкающую звезду.
Глава сорок вторая
Вертолет береговой охраны эвакуировал Пи-Джея с берега, и ему была оказана медицинская помощь. Двигатели вертолета взревели, и его вращающиеся несущие винты подняли такую массу песка, что пришлось от него отвернуться. Вертолет поднялся и полетел над
Остались лишь грохот прибоя да свет фар пожарной машины в дальнем конце пирса. На берегу стояли три полицейские машины, пожарная машина, машина «скорой помощи» и грузовик пожарной охраны с медицинским персоналом. К этому сборищу было еще одно бесплатное приложение — смерть.
Медики производили первичный осмотр Марка. Они перевязали ему кровавую рану на голове. Мерфи нанес Марку удар разбитой бутылкой, и ему требовалось наложить швы на рваную рану на коже головы. Равно как и на колотую рану руки. Ему удалось открыть пачку марлевых тампонов из аптечки и разорвать рубашку, чтобы сделать жгут. Однако стекло глубоко прокололо ему предплечье, из-за чего Марк потерял много крови.
Я подошла к грузовику медперсонала. Лицо Марка, обычно цвета кофе, сейчас было совершенно серым. Медицинский работник проверял его на наличие сотрясения мозга, мигая миниатюрным фонариком у него перед глазами.
— Это всего лишь головная боль и больше ничего, — сказал Марк.
— Вас тошнило, — сказал медик.
— Это морская болезнь.
Медик опустил свой фонарик.
— Слушаюсь, капитан.
Он полез в грузовик за какими-то материалами. Марк сидел на заднем откидном борту, прижав ко лбу марлевый тампон.
— Эти чертовы маленькие суденышки всегда вызывают у меня тошноту. Дайте мне что-нибудь водоизмещением эдак в сотню тысяч тонн. С атомными двигательными установками и авиационным крылом. [19]
Я крепче затянула одеяло, прикрывавшее мои плечи.
— Деви Гольдман сказала, что на яхте была стрельба.
— После, — пояснил Марк. — Мерфи удерживал ее, и я не мог как следует прицелиться. — Он отвел глаза. — У него в руках была бутылка виски, и он был готов ударить ею Деви.
Порыв ветра заставил его прищуриться. Никто из нас ничего не сказал о том, что нас тревожило больше всего: то, что Мерфи всего лишь отсрочил насилие над Пи-Джеем с помощью этой бутылки.
— Когда Мерфи ударил меня бутылкой, Деви вырвалась и убежала. Он погнался за ней. Он поднялся на площадку, прежде чем я пришел в себя и выстрелил четыре раза. Перед тем как выйти, Мерфи закрыл меня в каюте.
Лицо у него было спокойным, но я покачала головой:
— Ну и ну! Что-то здесь не так.
Я оторвала марлю. Его голову пересекала длинная рана.
— Бог мой, Марк, Мерфи стрелял в тебя!
— Пуля прошла по касательной.
Мои ноги снова стали ватными.
— Мне следовало получше постараться ухватиться за швартовы.
Его глаза оставались холодными, но на губах появилась мягкая улыбка.
— Ты сделала все, что было возможно.
— Ты тоже. Ты спас Деви.
— Ручаюсь, что она сейчас на полпути в Аризону. Я только вчера, во второй половине дня, залил полный бак бензина.