Мятежные миры
Шрифт:
— Обожаю, сэр. — Флэндри закурил сигару, с наслаждением вдыхая аромат табака.
Херасков отдал приказ по интеркому и наклонился к гостю, положив ладони на стол и выпуская густые облака дыма.
— Скажите мне только одну вещь, вы, блудный сын, — попросил он, — в обмен на мое
— В тех злачных местах, о которых недавно упомянул адмирал, — с полной готовностью ответил Флэндри. — Вино, женщины, песни. И особенно женщины. Давненько мне с ними не приходилось встречаться.
«Не говоря уж о том, что это и развлечение, и средство забыть, — улыбаясь, думал он. — И так оно и останется до конца моей жизни. Но она сейчас счастлива. И этого довольно».
Я/мы вспоминаем.
Ноги уже стары. Они ходят медленно и часто болеют, особенно когда туман клубится возле жилого дома, покоящегося на самом дне зимней ночи. Крылья, что остались от Многомудрого, совсем ослепли и сидят одиноко на своем насесте, разве что иногда приходит кто-то из молодых, чтобы поучиться. Те крылья, что входили раньше в состав Открывателя Пещер и Исполненного Печали, теперь живут в другом Ревущем Камне. Руки Многомудрого и Открывателя Пещер уже давно сложили кости в Западных горах, в тех самых, куда ушли руки Исполненного Печали. Но память жива. Слушайте же, юные руки, о
Все это гораздо больше, чем просто материал для песен, танцев и обрядов. Теперь мы — из этой маленькой общины — больше не считаем, что наши крошечные земли — это весь Мир. Там — за джунглями и за горами — лежит громадная Вселенная. А за небесами горят звезды, с которых мечтал Открыватель Пещер и которые лицезрел Исполненный Печали. И там живут чужеземцы с единым телом — те, что изредка посещают нас и о которых мы еще чаше слышим, когда в поисках знаний бродим среди чужих племен. Их товары и их поступки будут воздействовать на нас все сильнее и сильнее, по мере того как идут годы, и они будут вызывать перемены не только в Ревущем Камне; эти изменения заставят время течь сквозь нас совсем иными потоками благодаря возросшей стабильности, которую мне/вам легче всего представить. А затем придет и большее. Ведь каким образом можем мы достигнуть единства с миром, если не сможем понять его?
А потому лягте и расслабьтесь, юные руки, старые ноги и крылья. Пусть ветер и река, свет и время текут сквозь вас. Отдыхайте, погружайтесь в меня/нас и копите силу, исходящую от мира, силу, чтобы помнить и искать мудрость.
И не бойтесь чужестранцев с одним телом. Ужасны их силы, но и эти силы когда-нибудь станут подвластны нам, мы научимся пользоваться ими по своему усмотрению. Жаль нам эту расу — они не животные, они умеют мыслить, а потому рано или поздно должны понять, что им никогда не достичь Единства.