Мятежник
Шрифт:
А затем она почти потеряла себя. Вспоминать об этом тоже было мучительно больно. Без цели, без смысла, без желания она скиталась в пустошах, сначала в банде таких же изгоев, потом в одиночестве — и в итоге в компании Зверя, почти пожравшего ее личность. Еще немного, одна неуправляемая эволюция, и Алиса вообще перестала бы быть человеком, а затем — стала кричащим сгустком безумия в теле, полностью захваченным азур-сущностью.
Но появился Грэй. В нем был стержень, искра и цель. Он протянул руку, вытащил ее к свету и уничтожил Зверя, хоть это казалось невозможным. Подсознательно ощущая личность
Кроме Грэя, у нее никого больше не оставалось. Алиса с удивлением поняла, что ее привязанность настолько сильна, что даже тень врага-Прометея и ненавистный Город отошли на второй план, не вызывая былых эмоций. Она должна найти его вновь. Она обязана вернуть ему Крылья. И плевать, что будет дальше. Пока он дышит — Лиса будет стоять рядом.
— Забавные твари, верно? — раздался рядом незнакомый мужской голос. Алиса, вырванная из раздумий, мгновенно развернулась, пальцы легли на рукоять «Льда» — и увидела мужчину в темном плаще, внезапно появившегося в залитом тенями углу. Он не сходил с круга транслокатора. Он появился из ниоткуда и застал ее врасплох! Как такое возможно?!
— Я говорю о них, — незнакомец указал в сторону громадных подводных тварей, бродящих в серо-зеленом мареве. — В Городе недавно было много шума с одной такой тварюшкой.
Он был какой-то обычный, усредненный, непонятный. Алиса до рези вглядывалась в его силуэт и не могла понять, кто перед ней. Простым человеком мужчина быть не мог, но интерфейс не опознавал в нем и Инкарнатора. Лицо казалось чем-то знакомым, но она не могла вспомнить откуда.
— Рад познакомиться, фройляйн ван дер Хиден! — старомодно поклонился мужчина, хитро прищурившись. — Не нужно хвататься за оружие. Я принес добрые вести!
— Ты кто такой? — настороженно спросила Алиса.
— Я из Кошек, — еще раз коротко поклонился человек. — Выполняю задание гильдии.
— И причем здесь я?
— Мне поручили найти тебя, Крылья Ангела, и доставить вас к Грэю, — широко улыбнулся мужчина. — Ручаюсь, он будет очень рад вас видеть.
Глава 12
— Дай угадаю. Куб? — прищурился я. Мысль о таинственной тюрьме мятежных Инков давно не давала покоя. Оттуда во время хаоса в Городе вырвалась Алиса и множество других заключенных. Она что-то говорила о Печати Омега, но вся информация в Архиве Стеллара по этому поводу была засекречена.
Инки посмотрели на меня… странно. Как на безумца, высказавшего невероятно крамольную мысль. Как будто я коснулся того, что усердно стараются забыть.
— Куб скрыт. Его охраняет Мора, — резко бросила Ракша. — Об этом не стоит и говорить!
Значит, Мора. У каждого из архонтов Города своя сфера деятельности, и Заклинательница Теней, выходит, отвечала за правосудие и надзор за Кубом. Возможно,
— Да уж! — я с удивлением наблюдал, как при упоминании о Кубе бледнеет Гелиос. — Трогать Куб опасно. Большинство тех, кто там сидит, вообще не стоит выпускать. Никогда.
— Ну почему же… — протянул Корвин, хищно улыбнувшись. — Что-то в этом есть. Если туда засунули Мерка или Кастора, они многое могут рассказать о подлости наших архонтов.
— Мы не знаем точно, там они или вообще мертвы. Если там, то под какой Печатью. И кого мы выпустим еще, кроме них!
— Одержимые ведь вскрыли Куб во время удара по Городу? — спросил я. — Разве после этого внутри остался кто-нибудь из старых заключенных?
— Одержимые сняли только Омегу, — ответил Корвин. — Даже они не решились трогать Бету или Альфу. Я уже немолодой, Грэй, но встречаться с Мягким, Сантой или Швеей не хочу!
Я потребовал объяснений. Куб — он же Инкарцерум, Карцер, известная под множеством имен тюрьма для А-сущностей, построенная Прометеем давным-давно — была неким табу для Инков Города. Неприятная, болезненная тема. Говорили о ней крайне неохотно, упоминали вскользь — примерно так же жители Энджело реагировали на расспросы об Одержимых.
Куб построил Прометей. Из Осколка Черной Луны, задолго до того, как Город превратился в столицу людей, а Первый Легион набрал силу. Он был расположен в месте, координаты которого тщательно скрывались. Это была экстрамерная тюрьма, состоящая из нескольких уровней-Печатей. Туда с самых ранних времен Города заключались бесплотные души Инков-преступников, о которых до сих пор ходили страшноватые легенды. Узурпаторы, убийцы и главы кровавых культов, сами ставшие олицетворением зла. Я догадывался, что многие из них научились обманывать систему Стеллара, догадывался, как сложно было зачистить сверхлюдей, посчитавших себя новыми лордами Земли. Однако — Первый Легион когда-то справился с этой задачей.
Самая древняя и страшная Печать Альфа — под нее навсегда помещались «неисправимые», чьи злодеяния унесли тысячи жизней. Опаснейшие твари, не подлежащие освобождению в принципе. Инки мельком упомянули неких «Варлордов», уже известного Учителя «Вечной Стаи» и иные имена, ничего не говорящие мне. Печать Бета — «пожизненное, до особых обстоятельств» — статья, которая в перспективе подразумевала помилование, и последняя Печать, Омега — временное заключение на некий срок. Именно под Омегой «сидела» Алиса, и именно эту Печать сломали Одержимые, выпустив ее при крахе Города. То, что они, при всем своем отчаянии, не тронули другие Печати Куба, говорило о многом.
— Сколько там вообще заключенных Инков? — спросил я.
— Никто точно не знает, — неохотно ответила Ракша. — Сотни, наверное. Очень надеюсь, они никогда не выберутся. Они понесли заслуженное наказание.
— Как Ворон?
— Ворон — солдат и воин Легиона, хоть его и сделали чудовищем! — отрезала Ракша. — Он был одним из достойнейших Инков Города. Те же, кто сидят под Альфой — просто кровавые твари. Под Бетой — немногим лучше, но им тоже не место среди живых. Единственное исключение — Печать Омега…