Мятеж
Шрифт:
Повернувшись, Бригем посмотрел на портрет своей бабушки. Он уже принял решение. Возможно, это произошло, когда он был еще школьником и слушал бабушкины рассказы об изгнанных королях и битвах за справедливость.
Надолго задерживаться в Лондоне было опасно. У правительства имелись способы разоблачать мятежников и сурово расправляться с ними. Пока что имя Бригема оставалось вне подозрений, но он знал, что слухи распространяются быстро. Теперь, когда война с Францией снова казалась неизбежной, ходили разговоры и о новом якобитском
Бригем никогда не скрывал своих путешествий во Францию, Италию и Шотландию. Если бы кто-нибудь решил покопаться в его недавнем прошлом, то обнаружил бы немало интересного.
Пора уезжать, думал Бригем, пиная ногой тлеющее в камине полено. На сей раз ему придется ехать одному и под прикрытием ночи. А в следующий раз он вернется в Лондон с Сириной, они будут сидеть в этой комнате и провозгласят тост за истинного короля и его регента.
Бригем возвращался в Шотландию ради принца, как говорила Сирина. Но он также собирался заявить права на то, что принадлежало ему. Помимо мятежа, он намеревался выиграть еще одну битву.
Через несколько часов, когда Бригем готовился спокойно провести вечер в своем клубе, его перехватил дворецкий.
— Да, Битон?
— Прошу прощения, милорд. — Битон был так стар, что при поклоне едва ли не слышался скрип его костей. — Граф Уайтсмут хочет поговорить с вами по срочному делу.
— Тогда проводите его сюда. — Бригем скорчил гримасу, когда Паркинс стал хлопотать над его костюмом в поисках пылинок. — Отойдите, Паркинс. Вы доведете меня до припадка.
— Я только желаю, чтобы милорд выглядел наилучшим образом.
— Некоторые дамы предпочли бы видеть меня раздетым. — Так как лицо лакея оставалось каменным, Бригем тяжко вздохнул. — У вас напрочь отсутствует чувство юмора, Паркинс. Бог знает почему я держу вас.
— Бриг. — Граф Уайтсмут, маленький гладколицый человечек всего на несколько лет старше Бригема, шагнул в комнату и остановился при виде лакея. Было сразу заметно, что он сильно возбужден.
— На сегодняшний вечер это все, Паркинс. — Словно располагая неограниченным временем, Бригем подошел к столу у камина в спальне и налил вина в два бокала. Он ждал, пока не услышал, как защелкнулась дверь в соседнюю комнату. — В чем дело, Джонни?
— У нас неприятности, Бриг. — Уайтсмут взял бокал и залпом опустошил его.
— Я об этом догадался. Какого рода неприятности?
— Этот безмозглый Милтуэй сегодня напился до ступора со своей любовницей и разинул рот слишком широко, чтобы мы чувствовали себя спокойно.
Бригем глотнул вина и указал на стул.
— Он называл имена?
— Мы не уверены, но, похоже, он назвал несколько. Ваше напрашивается само собой.
— А кто его любовница? Та рыжая танцовщица?
— Во всяком случае, на голове у нее рыжие волосы, — грубо заявил Уайтсмут. — Коротконогая потаскушка, слишком старая и слишком опытная для юнца вроде Милтуэя. Беда в том, что у молодого идиота
Но романтические связи Милтуэя менее всего заботили Бригема.
— За взятку она будет держать язык за зубами?
— Слишком поздно. Вот почему я пришел. Она уже передала кое-какую информацию, достаточную для ареста Милтуэя.
— Юный болван! — сердито выругался Бригем.
— Все шансы за то, что тебя допросят, Бриг. Если у тебя есть что-то инкриминирующее…
— Я не так юн и не так глуп, — прервал Бригем. Он сделал паузу, убеждаясь, что его решение подсказано логикой, а не импульсом. — А ты, Джонни? У тебя есть прикрытие?
— Да, срочные дела в поместье. — Уайтсмут усмехнулся. — Фактически я уже несколько часов на пути туда.
— Принцу повезет с такими людьми, как ты.
Уайтсмут выпил вторую порцию.
— А как насчет тебя?
— Я уезжаю в Шотландию. Сегодня вечером.
— Бегство докажет твою вину, Бриг. Ты готов к этому?
— Я устал от притворства. Я стою за принца.
— Тогда я пожелаю тебе безопасного путешествия и буду ждать весточки от тебя.
— С Божьей помощью я пришлю ее скоро. — Бригем подобрал перчатки. — Я знаю, что ты пошел на риск, придя сюда, когда тебя считают уехавшим, и не забуду этого.
— Я тоже сторонник принца, — напомнил ему Уайтсмут. — Умоляю тебя не задерживаться надолго.
— Постараюсь. Ты говорил кому-нибудь еще о болтливости Милтуэя?
— Болтливость — это мягко сказано, — пробормотал Уайтсмут. — Я подумал, что лучше всего отправиться прямо к тебе.
Бригем кивнул:
— Я проведу несколько часов в клубе, как собирался, и постараюсь передать нашим друзьям твое сообщение. А тебе лучше убраться из Лондона, пока кто-нибудь не заметил, что ты не на пути в свое поместье.
— Уже на пути. — Уайтсмут взялся за шляпу. — Еще одно предупреждение, Бриг. Сын электора, Камберленд [32] . Не будь с ним беспечен. Он молод, но у него холодный взгляд и подогретые политикой амбиции.
32
Камберленд принц Уильям Огастес, герцог (1721–1765) — второй сын Георга II. В битве при Каллодене 16 апреля 1746 г. наголову разбил армию принца Чарлза.
В клубе находилось много персон, знакомых Бригему. Шла игра, и быстро опустошались бутылки. Графа весело приветствовали, приглашая присоединиться к группам, игравшим в карты или кости. Вежливо извинившись, он направился к камину, чтобы распить бутылку бургундского с виконтом Лейтоном.
— Не желаете попытать счастья сегодня вечером, Эшберн?
— Не в картах. — Позади них кто-то громко жаловался на то, как выпали кости. — Прекрасная ночь, — добавил Бригем. — Как раз для путешествий.