Мягкое сердце
Шрифт:
Она надела свое лучшее красно-белое клетчатое платье. Оно выглядело дешевым рядом с платьем Дори Харт, но все очень старались ее подбодрить, а когда наступила очередь пирогов с тыквой и орехами и огромного кекса с цукатами, Тэсс и вовсе перестала стесняться. И если бы не молчаливость Kaгa, все вообще было бы замечательно. Но он даже не смотрел в ее сторону, и она решила тоже не обращать на него внимания.
Тэсс получила подарки, и это была еще одна приятная неожиданность. Сама она изящно обвязала крючком вышитые ранее для
Подарки, которые она получила, не были рукодельными, но все равно ей очень понравились. Братья купили ей в складчину зимнее пальто из черной кожи с широкими обшлагами на рукавах и завязывающееся на талии поясом. Она в жизни не видала такой красоты и даже прослезилась. Женщины тоже не забыли о ней. Она получила чудесные цветочные духи от Дори, а от миссис Льюис — фирменный шарф в голубых тонах, который был ей очень к лицу. Тэсс сияла от счастья, когда собирала со стола посуду и потом мыла ее на кухне.
Лео остановился рядом с ней и игриво потянул за тесемку фартука.
— Отстань! — Она отвела его руку, но все продолжала улыбаться.
— Каг так и не проронил ни слова, — заметил он. — Сейчас они с Маком объезжают изгороди у реки, чтобы успеть засветло.
Мак, бригадир ковбоев, был еще угрюмее, чем Каг. Хозяйство ранчо было огромным, так что над каждым подразделением стоял бригадир: над ковбоями, конюхами, механиками, работниками конторы, торговыми представителями. Имелся даже ветеринар на постоянном договоре. До своей скоропостижной смерти отец Тэсс был бригадиром ковбоев. Мать не выдержала и бросила их, когда Тэсс была еще маленькой. Тэсс не знала, где она сейчас, и не хотела знать — надеялась никогда с ней больше не увидеться.
— А-а. — Она ополоснула тарелку и поставила ее в моечную машину. — Это из-за меня? — спросила она тихо.
Лео ответил не сразу.
— Не знаю. — Он повертел в руке нож. — В последнее время Каг сам не свой. Ну, или, — поправился он с кривой усмешкой, — не то чтоб не свой, но хуже, чем обычно.
— Я ничего такого не натворила? — Тэсс с беспокойством заглянула ему в глаза.
Какая же она еще, в сущности, девчонка, думал он, наблюдая смятение на веснушчатом лице. Не красавица, конечно, но и не дурнушка. В ней был какой-то внутренний свет, который она излучала в минуты радости. Лео нравилось слушать, как она поет во время уборки или когда кормит несушек. Ее отец умер сравнительно недавно, но молодость брала свое — девушка выглядела счастливой.
— Нет, — ответил он, — ничего не натворила. Да ты привыкнешь к его фокусам! Они повторяются не так часто: на Рождество, на его день рождения да еще иногда летом.
— А летом почему?
Он помолчал, потом пожал плечами.
— Каг участвовал в операции “Буря в пустыне”. Он об этом не распространяется,
Улыбка исчезла с лица Тэсс.
— Не похоже, чтобы Каг сделал предложение без любви.
— Нет, он не такой. Он очень переживал. С тех пор не смотрит на женщин. — Лео ласково улыбнулся. — Когда бываем на посиделках, это чистая умора: Каг торчит, как маяк, в своем черном галстуке, а женщины вокруг него косяком, как ручные телята. А ему хоть бы хны.
— Он, наверно, еще не оправился от пережитого, — сказала Тэсс. Ей стало немного спокойнее: значит, не только она выводит его из равновесия.
— И вряд ли когда-нибудь оправится. — Лео поджал губы, наблюдая за ее работой. — А ведь ты хозяйственная, да?
Она улыбнулась, налила моющего средства в посудомойку и включила.
— Жизнь заставила. Мать бросила пас, когда я была еще маленькой. Потом, правда, приезжала как-то, когда мне было лет шестнадцать. Но больше мы ее не видели. — Она почувствовала легкий внутренний озноб. — Так что мне пришлось довольно рано научиться хозяйствовать. Ради папы.
— А братьев или сестер у тебя нет?
Она тряхнула головой.
— Нет. Я собиралась после школы найти работу или поступить в колледж, чтобы помогать отцу. Теперь я рада, что так вышло. — Глаза у нее потемнели. — Я его ужасно любила. Теперь вот все время думаю: а если б мы знали о его сердце? Смогли бы чем-нибудь помочь?
— Нельзя себя так мучить, — отозвался Лео. — В жизни все бывает. Не нам решать.
— Я понимаю. Только не всегда получается. Он кивнул:
— Надо стараться, — и слегка сдвинул брови. — Тебе сколько лет? Двадцать уже есть?
Тэсс как будто смутилась.
— Мне двадцать один. В марте будет двадцать два.
Теперь смутился он.
— Тебе не дашь столько. Она усмехнулась.
— Это комплимент или наоборот? Он шутливо приподнял бровь.
— Ты, конечно, не принимаешь это за комплимент.
Тэсс принялась оттирать тряпкой воображаемое пятно на стойке.
— Каллаган ведь у вас старший?
— Старший — Саймон. Кагу в субботу будет тридцать восемь.
Она продолжала сосредоточенно тереть стойку.
— Долго же он ищет себе невесту.
— Присутствие Германа не способствует установлению длительных контактов, — усмехнулся Лео.
Вот уж что верно, то верно. Она сама всегда во время уборки просила Kaгa накрывать крышкой аквариум с удавом. И это был ее минус. Тэсс до смерти боялась змей — они несколько раз ее чуть не покусали в детстве. Только после этого отец понял, что она и на метр вокруг ничего не видит. Тогда ей пришлось надеть очки, но, едва выйдя из бессловесного возраста, она упросила отца купить ей линзы.