Мы звезды. Часть 2

Перевод: Анастасия Михайлова

Редактура: Анастасия Михайлова

Дизайн обложки: Анастасия Михайлова

Эллиот

Прошла неделя с тех пор, как я видела Карсена.

В тот день он был первым, кто спешно собрал свои вещи и вылетел из аудитории.

Я уже начинала беспокоиться, что все это мне померещилось, и не была уверена, переживет ли такой вираж мое сердце.

Во

время лекции мы не разговаривали, просто сидели бок о бок, время от времени соприкасаясь руками. Каждый раз, когда я бросала взгляд в сторону Карсена, на его губах играла улыбка, и мне стоило больших усилий не наклониться к нему и не поцеловать.

Я чувствовала себя очень странно с момента его появления после стольких месяцев разлуки. Когда Карсен сидел рядом, мне казалось, будто проходит целая вечность и, одновременно с тем, лишь краткий миг. Мы были все те ми же, но и сильно отличались.

Какой-то шум рядом со мной вырвал из потока мыслей. Подняв взгляд, я с удивлением обнаружила стоявшего передо мной Карсена.

— Место все еще свободно?

В ушах поселился тихий барабанный стук, а щеки окрасил румянец, когда я встретила его взгляд. Меня захлестнула волна адреналина, я с трудом сдерживалась, чтобы не вскочить и не обхватить его за шею.

Он вернулся.

Прочистив горло, я небрежно пожала плечами и махнула рукой в сторону сидения.

— Оно в твоем распоряжении.

Уголки его губ дрогнули, и мне это понравилось даже сильнее, чем в прошлый раз.

Карсен был очень красив, и сейчас оставался таковым, но… все казалось более интенсивным. Он будто стал выше, руки, похоже, более накаченные, а плечи еще шире.

Карсен и раньше был хорош собой. А новая версия?

Обжигающая.

Как только я открыла рот, чтобы спросить, как он себя чувствовал, вошел профессор, лишая меня возможности поговорить с Карсеном.

От моего внимания не ускользнуло, что Карсен провальсировал в аудиторию за минуты две до начала занятий, зная, что профессор уже скоро войдет следом. Я не могла отделаться от мысли, что Карсен спланировал это, чтобы не разговаривать со мной.

Неужели он не хотел говорить? Ну, Карсен уже второй раз подсаживался ко мне, а это что-то значило… Верно?

Наверное, мне следовало спросить себя: «Хочу ли я, чтобы это что-то значило?»

Я… Да. Хочу.

По правде, с каким бы усердием я не искала себя все последние шесть месяцев и не открывала разные удивительные вещи, но очень скучала по Карсену.

И не только потому, что мне ужасно не хватало того, как он прижимал меня к себе, или же ощущений, как идеально его губы касались моих. Даже не того, как чаще билось сердце, когда Карсен был рядом.

Я скучала по его дружбе. Доверию. Спокойствию, которое он мне дарил.

Да, я скучала по Карсену и не собиралась за это оправдываться.

Примерно через десять минут после начала занятия в поле зрения появился лист бумаги в линейку, и я опустила взгляд. Эти небрежные каракули могли принадлежать только Карсену.

«Привет».

Одно

слово. Одно простое глупое слово.

Я раздраженно скрипнула зубами. Он сейчас серьезно? Привет? И все? И это после того, что случилось на прошлой неделе? После стремительного исчезновения и того, что он влетел в аудиторию едва ли не в последнюю секунду?

Привет?

Нет. Черт, точно нет.

Я вырвала у него блокнот, и, сильно надавив на бумагу, стала писать.

«ПОПРОБУЙ ЕЩЕ РАЗ».

Я толкнула ему блокнот, от приложенной силы едва не выкинув тот с парты на пол. Карсен ухватил блокнот как раз вовремя, а потом его тело стало сотрясаться от смеха, как только он прочел ответ. Придурок.

«Ты только что накричала на меня большими буквами? Ох, похоже, меня собираются отшлепать, и это страшно».

«О, я совершенно точно готова тебя побить». *сверлю взглядом*

Карсен снова рассмеялся.

«Ладно. Как насчет того, чтобы начать все сначала?»

«Мы сделали так на прошлой неделе — знаешь, до того, как ты выскочил за дверь и даже не потрудился явиться на следующие два занятия».

«Чувствую исходящую злость…»

«Карсен…»

Он вздохнул и коснулся карандашом бумаги, но лишь затем, чтобы так и застыть, не сделав ни единой пометки. Я сидела так добрых десять минут, ожидая и молясь, чтобы карандаш, наконец, вошел в контакт с бумагой, и Карсен написал что-нибудь… хоть что-то.

Но этого не происходило.

Наконец, спустя пятнадцать минут, Карсен принялся писать, и я в ожидании задержала дыхание.

«Мне очень жаль, что я бросил тебя. Перенервничал».

«Ты? Нервничал? С каких пор? Я имею в виду, не то чтобы ты был напористым парнем, но никогда не нервничал рядом со мной… ну, знаешь, раньше».

«С тех пор, как мы не виделись несколько месяцев. С тех пор, как я не думал ни о чем другом, кроме встречи с тобой. Как увидел, что ты идешь по коридору и заходишь в эту аудиторию. Я понятия не имел, что мы будем учиться вместе. Вот почему я едва не опоздал в прошлый раз — мне нужно было выйти подышать хоть на минутку, прежде чем снова тебя увидеть».

Я стала покусывать колпачок ручки, читая и перечитывая его слова.

Я тоже думала о нем. Даже сбилась со счета, сколько раз мне приходилось уговаривать себя не тянуться к телефону и не писать Карсену сообщений, нажав на крохотную зеленую иконку рядом с его именем. Он был первым, кому мне захотелось позвонить, когда сделала татуировку. И когда научилась печь блины, не сжигая их. Карсен был первым, о ком я думала каждое утро с тех пор, как закончила работать в боулинге.

Я была слишком напугана, чтобы поддерживать связь.