Мы умели верить
Шрифт:
– Нет, дорогой, как одна из улиц в Ле-Марэ [25] . Мы не были такими уж провинциалами. Это Дастин Джианопулос. Тедди Нэпплс. Худыш-малыш, как видишь. Вечно был в движении. Этого я тоже не помню. Похож на ламантина.
– Я не знаю такого слова, – сказал Серж.
– Морская корова, вроде моржа, – сказала Фиона, не глядя на фотографию.
– Это Терренс, приятель Нико. Йель Тишман и Чарли Кин. Легендарная пара. Посмотри, какие красавчики. А это Рафаэль Пенья. Помнишь его?
25
Le Marais –
Вопрос, очевидно, был обращен к Фионе, и она заставила себя кивнуть.
Она сказала, как бы Сержу, но на самом деле Ричарду, неожиданно резким для самой себя голосом:
– Они все умерли.
– Неправда! – сказал Ричард. – Не все. Может, половина. Никогда не надо преувеличивать.
– Это очень по-американски, – сказал Серж Ричарду. – Вы преувеличиваете.
– Не слушай ее. Они не все мертвы.
– Мне нужен острый нож, – сказала Фиона.
Она не сразу поняла, насколько не к месту прозвучала эта фраза, и только когда мужчины засмеялись, сообразила, что еще не упоминала про переходник в упаковке. Она все объяснила им, и Серж вышел из комнаты и вернулся с массивными ножницами. Он быстро вскрыл пластик, и вскоре ее телефон благополучно заряжался.
– Я не сказал тебе две вещи, – сказал Ричард. – Одна – это просто пустяк, а другая сущая ерунда.
– Совсем не ерунда, – сказал Серж. – Очень большое дело.
– Но оно не должно затронуть тебя. Когда я писал тебе, я не упомянул, что ближайшие несколько недель у меня тут будет настоящий цирк. Будет идти моя выставка.
– В Центре Помпиду, – пояснил Серж. – Чертовски большое дело.
– Но все уже готово, моя работа сделана, кроме, ну знаешь, мое участие потребуется накануне открытия. Дам несколько интервью, и кое-кто из журналистов так любезен, что придет ко мне прямо сюда. Так что просто не обращай, не обращай, не обращай внимания.
– Но ты же пойдешь на вернисаж! – сказал Серж. – Если ты еще будешь здесь.
– Предпросмотр, – пояснил Ричард. – Для прессы и вип-персон. Они хотели два вечера, но я им сказал, что я старый.
– Шестнадцатое, – сказал Серж, больше недели в запасе, Фиона не заглядывала так далеко. – И большая вечеринка на два вечера!
– Я… да, конечно, – сказала она, постаравшись придать голосу уклончивую интонацию.
– Другая вещь – это пустяк. На этой улице снимают какой-то фильм. Американский, романтическую комедию, полагаю. По крайней мере, обещали обойтись без взрывов и автомобильных погонь. Задействуют этот квартал и два следующих. Я даже не знаю, когда они начнут, но уже скоро. Боюсь, тут будет шурум-бурум.
– Возможно, будет интересно, – сказала Фиона.
Она подумала о том, как Клэр когда-то хотела быть режиссером и цитировала на память целые сцены из «Энни Холл» [26] или «Улики» [27] . Может, все теперь изменилось, но прежняя Клэр хотела бы увидеть, как снимают фильм, оказаться за ограждением, когда режиссер скажет: «Камера, мотор».
– Это связано с третьей вещью, – сказал Серж.
– Есть еще третья вещь?
– О, это сюрприз, молчок! Поверь, – сказал Ричард, хотя Фиона не думала, что на ее лице обозначилось недоверие, – сюрприз хороший. Очень хороший сюрприз. Послушай, милая, я рад, что ты приехала. Знаю, обстоятельства не самые блестящие, но я чертовски рад
26
Annie Hall – фильм реж. Вуди Аллена, 1977 года.
27
Clue – фильм реж. Джонатана Линна, 1985 года.
– Я тоже рада тебя видеть.
На самом деле, она еще никогда не видела Ричарда таким, таким однозначно старым. Такое ощущение, что в жизни каждого случается момент, когда он резко переходит в разряд стариков, и очевидно, что такой момент наступил для Ричарда где-то после их последней встречи.
Было 9:07. Фиона уселась на пол рядом с телефоном на зарядке и набрала номер детектива. Ответила женщина, затараторив по-французски, и Фиона запаниковала.
– Алло, – сказала она, и женщина затараторила еще быстрее.
Фиона сунула телефон Сержу, точно горячую картошку.
– All^o? – сказал Серж и объяснил, что звонит от имени Фионы Маркус («Бланшар», – поправила она) и что она здесь и готова встретиться.
По крайней мере, Фионе показалось, что он говорил это.
– Bien [28] , – сказал он, а затем прикрыл рукой трубку и сказал шепотом: – Во сколько?
Фиона беспомощно пожала плечами, и Серж сказал что-то, чего она не поняла, и закончил разговор.
– Через полчаса, Caf'e Bonaparte.
28
Хорошо (франц.).
– Ох.
Это была хорошая новость, просто потрясающая, но Фиона не чувствовала, что готова к этому, она еще не успела переодеться или хотя бы взглянуть на себя в зеркало – она не рассчитывала встречаться с этим детективом раньше вечера и понятия не имела, где это кафе.
– Не волнуйся. Я везу тебя на моем мотоцикле.
1985
Когда Йель добрался до галереи, запыхавшись, Сесилия и ее золотая «мазда» уже ждали его. Моросил дождик, а он не взял зонт.
– Я взяла кофе, – сказала она.
И вот он сидит, промокший, на пассажирском месте, держа горячий стаканчик из «Макдоналдса», и пытается согреть руки, а она ведет машину, направляясь на север.
– Первое, что вам нужно знать, – сказала Сесилия, – это что внучка Норы хочет участвовать в процессе, как и ее адвокат. Но они не подключили специалистов по финансовому планированию, что можно считать либо даром небес, либо очень плохим признаком.
Йель задумался, какое место во всей этой истории у Фионы. Вероятно, эта внучка приходилась ей кузиной. Нет, внучатой сестрой. Он ничего не путает?
– У меня здесь музыка под подлокотником.
Йель нашел несколько классических кассет и сборников, и две части «Величайших хитов» Билли Джоэла, и решил поставить первую часть. Она началась с середины «She’s Always a Woman» [29] .
– Значит, возможно, это все впустую, – сказал он.
– Ну, у нас всегда все может оказаться впустую. Есть люди, на которых мы потратили годы, потратили, честно говоря, много денег, а в итоге они все отдали какому-нибудь фонду стерилизации кошек.
29
«Она всегда женщина» (англ.) – песня Билли Джоэла 1985 года.