Мы с тобой
Шрифт:
– Ну, раз ты сама об этом упомянула.
Она провела большим пальцем ноги по мягкому ковру перед диваном.
– Из тебя получится отличный отец. – Люси-Энн была в этом уверена на сто процентов.
– У меня много лет перед глазами был пример того, каким не должен быть отец, – усмехнулся он и перевел взгляд с нее на Эли. – Если понадобится, я запишусь на специальные курсы и прочту лучшие книги по воспитанию. У меня никогда не было достойного примера для подражания.
Было видно, что это его очень беспокоит. Наклонившись вперед,
– Думаю, у тебя все-таки был очень достойный пример для подражания. Это директор твоей исправительной школы. Он помог вам, подросткам со сломанной судьбой, найти свой жизненный путь, – сказала она.
Он возразил:
– Мне не нравится, когда обо мне говорят как о человеке со сломанной судьбой.
Люси-Энн погладила его колено.
– В том, что воспоминания о прошлом могут вызывать грусть и гнев, нет ничего предосудительного.
Он тяжело сглотнул:
– Намного проще избавляться от гнева, гоняя по трассе на бешеной скорости, чем сидеть на месте, злясь на весь мир.
– Не уверена, что мне нравится этот способ. Я бы очень расстроилась, если бы с тобой что-то случилось.
В последнее время в его жизни произошли изменения, которые могут негативно отразиться на его концентрации. Это было одним из ее главных страхов.
Сжав ее руку, Эллиот посмотрел ей в глаза. Таким серьезным она его никогда еще не видела.
– Ради тебя я бы бросил гонки.
– Я бы никогда не попросила тебя сделать это ради меня.
– А ради Эли?
Люси-Энн задумалась, но не смогла найти такой ответ, за которым не последовал бы серьезный разговор о будущем.
– Я не смогу обсуждать такие серьезные вещи, пока не позавтракаю.
Забрав у него Эли, она пошла на кухню. Продолжать себя обманывать было невозможно. Даже несмотря на то, что они с Эллиотом снова стали близки, она по-прежнему от него бежит.
Глава 10
Эллиот ехал на своем новеньком «мерседесе» по прибрежному шоссе к особняку Хьюзов. В его любимый «мазерати» было невозможно установить детское кресло, поэтому он заранее приобрел просторный седан, в котором мощность двигателя сочеталась с комфортом и безопасностью. Он отвезет Люси-Энн и Эли на ланч к Джейн Хьюз, а сам отправится на тренировку.
В последний раз он ехал по этой извилистой дороге, проложенной в скалах, когда вез Джейн и Конрада в больницу. У Джейн тогда начались роды, и Конрад был слишком взвинчен, чтобы самому садиться за руль. Джейн родила через семнадцать минут после их приезда в больницу.
Как странно, что о первом дне жизни дочки Конрада он знает больше, чем о первом дне жизни своего сына.
– Расскажи мне о том дне, когда родился Эли, – попросил он Люси-Энн.
– Ты спрашиваешь потому, что злишься на меня, или потому, что действительно хочешь все узнать?
– Я всегда буду сожалеть о том, что меня не было рядом с вами, когда
Люси-Энн легонько коснулась его колена.
– Спасибо за честность.
– Честность – это главное в отношениях, не так ли?
Он мельком посмотрел на ее лицо, освещенное лучами солнца. Почему он все эти годы не замечал, как красивы его черты?
Она вздохнула:
– Хорошо. Я расскажу тебе. Я была на приеме у врача за неделю до поставленного срока. Доктору не понравилась частота сердечных сокращений Эли. Сделав УЗИ, она увидела, что плацента отделяется от стенки матки. Тебя не пугают эти подробности?
– Продолжай.
– Доктор сразу направила меня на кесарево сечение. Меня даже не отпустили домой за зубной щеткой, – добавила она, чтобы разрядить обстановку.
Эллиот даже не улыбнулся.
– Должно быть, тебе было страшно. Жаль, что меня с тобой не было – Я пыталась до тебя дозвониться до операции, – призналась она, – но наткнулась на голосовую почту. После родов я попыталась снова, но ничего не вышло. Тогда я предположила, что ты уехал выполнять очередное секретное задание полковника Сальваторе.
– Так оно и было.
– Знаю, мне следовало продолжать тебя искать. – Люси-Энн виновато покачала головой. – Я даже не оставила сообщения и вряд ли когда-нибудь себе это прощу.
Эллиот не знал, что на это сказать, поэтому промолчал.
– Что бы мы делали, если бы Малкольм и Конрад не похитили тебя с вечеринки? – неожиданно спросила Люси-Энн.
– Мне бы хотелось думать, что я образумился бы и позвонил тебе. Не знаю, почему за эти одиннадцать месяцев я так тебе и не позвонил.
– Наверное, потому, что ты слишком быстро нашел себе невесту, – выпалила она. – Ты сделал предложение другой женщине всего через три месяца после того, как мы с тобой переспали. Это меня возмутило.
– Возможно, это прозвучит странно, – осторожно начал он, – но в той ситуации пострадавшей стороной была Джианна. Очевидно, я недостаточно дорожил нашими с ней отношениями. Я был к ней несправедлив.
Люси-Энн напряженно улыбнулась:
– Прости, что совсем не подумала о бедной Джианне. Я читала, что это она тебя бросила, а не ты ее. Если бы она не ушла, ты бы на ней женился?
Эллиот был удивлен. Люси-Энн читала о разрыве его помолвки? Она ушла от него, но продолжала интересоваться его делами? Если бы он интересовался ее делами, то узнал бы об Эли намного раньше. Почему он ей не позвонил после выполнения задания Сальваторе? Она всегда его поддерживала, защищала как могла, а он ее подвел. Он не заслуживает ее, черт побери. Наверное, он в глубине души всегда это знал, и чувство вины не позволяло ему ей позвонить. Он всю жизнь слишком много от нее брал и слишком мало давал ей взамен.