Мы – легенды

Сизиков Николай

– Ну что, старина? Все понял?

– Да что тут непонятного? Это было предсказуемо – они просто спускают на тормозах.

– Естественно. Криминала нет, сам слышал. Взлома, признаков проникновения не обнаружено. А то, что некоторые животные, по словам хозяев, никогда не покидали дом – для них не основание для подозрений. Составлять психологические портреты кошек уставы не велят. Сам то, что думаешь?

Пол пока ничего не думал, а просто пил пиво смотря на розовый куст, который в обрывках света луны и флуоресцентных ламп, казался пришельцем из других миров, осматривающимся по сторонам багровыми глазами – бутонами, покачивающимися от тихого

ветерка.

И почему она не пользовалась шлангом?

– Хар – не отрывая взгляда от куста, произнес Пол.

– Да

– А ты помнишь Бэтси?

Хар на какое – то время задумался, но Пол его не торопил – все так – же не мигая глядя перед собой.

Хар вспомнил Бэтси. Рыжая кошка Минны – но он давно ее не видел. После ее смерти она еще несколько раз встречалась ему в доме Пола, но потом перестала. И Хар даже не задавался вопросом, куда она делась.

– Кстати, а где она? – решил наверстать упущенное Хар.

– Давно умерла. Наверное через год, после смерти Минны. Не знаю от чего – просто во сне. Я даже полдня думал, что она просто спит. Только когда она не пришла просить еду ни утром ни в обед, я решил ее разбудить. И знаешь что, Хар? Я заплакал, когда она не проснулась. Как же поздно я это сделал.

Хар захотел было уточнить, что же именно, но перевел взгляд на лицо Пола – и остановил себя. Сейчас он разговаривал не с ним, а скорее с самим собой, может с Минной или даже Бэтси.

– Эта кошка появилась у нас в доме, года за три до ее смерти. Минна шла по улице и просто увидела грязного котенка, сидевшего на тротуаре. Она сочла это добрым знаком и взяла его. Да, она так и сказала мне тогда – добрым знаком. Я помню тот вечер – я вернулся поздно, усталый и не в духе. А тут эта кошка. Я не очень-то любил кошек, Хар. Но больше всего меня задело то, что она не спросила меня, перед тем как принести ее в дом. Мой дом. Наш дом. Всем видом я тогда выказал свое недовольство, но она погладила меня по щеке и сказала про добрый знак. Я не воспринял её слова серьезно, и потом всегда относился к этой кошке с таким показным пренебрежением – но она любила Бэтси и иногда, в шутку, укоряла меня за мою нелюбовь к животным. Я, наверное, таким образом пытался наказать Минну. Заставить её чувствовать себя виноватой. А может просто из-за глупой гордости не желал идти на попятную. Вроде, как если бы я проявил к ней любовь, то давал тем самым Минне повод для того, чтобы она сказала – Ну вот видишь? Я была права. Но суть не в этом.

– Где-то через год, после появления Бэтси – её сбила машина – прямо напротив нашего дома. Дальше она всё равно никогда не уходила. Водитель ехал не быстро, но она выскочила прямо перед ним. Он её увидел и нажал на тормоза, но всё равно она получила удар. Врачи её выходили, но она ослепла. Иногда натыкалась на предметы, особенно если они меняли расположение. Видимо она как-то могла запоминать, где стоит стол, стул… И взгляд, или как это назвать? – выражение глаз, у неё стало такое странное. Она как будто смотрела внутрь тебя. Видела твою душу, мысли, желания и страхи. Но она была слепая, Хар.

– Помню, Минна рыдала, когда везли её к ветеринару, а я не проронил ни слезинки и только старался её успокоить. Говорил, что это всего лишь кошка. Минна тогда подняла заплаканные глаза на меня и спросила – Пол, неужели тебе её совсем не жалко? Я молчал, и Минна, не дождавшись ответа сказала – Какой ты

жестокий.

– Черт побери, Хар – мне было жалко Бэтси. Очень. И я с трудом тогда сдерживал слёзы – но из-за упрямства не признался в этом.

Пол замолчал. Выдержав паузу, Хар решил, что пришло время диалога.

– Ты думаешь, что Минна действительно считала тебя жестоким? Она знала, что это не так.

– Нет, не думаю. И более того, она скорее всего забыла об этих словах через минуту. Тогда она была очень расстроена и могла сказать что угодно. Но я-то помню это до сих пор.

– И ты считаешь, что найдя пропавших кошек, ты сможешь облегчить душу? Показать Минне, что ты не жестокий? Что ты любил Бэтси?

– Нет, дружище. Не считаю. К тому же Минна давно умерла, и мне ей уже никогда ничего не показать, как бы я не пытался. Я на самом деле, чувствую, что тут кроется что – то большее, чем просто банальное похищение. А Бэтси… считай она моя связующая нить – мой посредник между мной, и этим делом.

Хар кивнул и опустил взгляд на бутылку пива в руке. Он чувствовал, что Пол что – то недоговаривал, но пока не мог понять что. Ведь все же Хар был полицейским. И очень хорошим полицейским.

Глава 3

Родж и Тимми вышли из машины, подставив лица утреннему солнцу. Приятно пахло зеленью – приют располагался на окраине города, за которой начинался лес. Тимми сжал руку отца, и они прошли на территорию. Он еще не вошел в тот возраст, когда подростки начинают скрывать свои чувства к родителям – чему Родж был только рад. Он сжал в ответ руку сына и оглядевшись направился к сторожке администратора.

На территории приюта запахи были уже не такие приятные – их перебивал запах мочи, и чем глубже они входили на территорию, тем сильнее он становился. Родж вспомнил, как в детстве ходил с родителями в цирк, и самое сильное впечатление из всего представления на него тогда произвел именно этот запах. Видимо по органам чувств он ударял сильнее, чем нелепый клоун на трёхколёсном велосипеде, и жонглер, подкидывающий в воздух какое-то барахло.

Вдалеке слышался собачий лай, но вольеров отсюда видно не было – видимо они размещены в дальнем углу территории. Скорее всего на случай побега – чтоб персонал успел закрыть ворота и не дать беглецу успеть найти выход. А вот кошачьи вольеры находились на видном месте – напротив администрации. Там было тихо. Родж скользнул по ним взглядом и подошел к окошку.

Место администратора занимала длинноволосая девушка в очках в дешевой оправе. Она заполняла какой-то журнал, уткнувшись в него носом.

– Пора бы ей сменить очки – пролетела мысль, а вслух он поздоровался.

– Доброе утро! Не поможете нам? Мы ищем кота.

Девушка оторвалась от журнала и посмотрела на них. По ее лицу сперва пробежала улыбка – видимо узнала Роджа. Городок у них был небольшой, и многие его знали, чему еще способствовал огромный плакат на здании их пожарной части. На нем запечатлен он во всей пожарной амуниции, держащий под мышкой шлем. Сверху приписан лозунг – «Всегда на страже». Плакат сделали и повесили к юбилею части, который был три года назад. Но так и не сняли, и Родж продолжает красоваться на виду всего города. Согласился на съемку он тогда после долгих уговоров парней и начальника части, взывавшего к его гражданскому долгу и обещавшему премию. В конечном итоге, конец раздумьям положила Мари: – Сделай это для Тимми. Ему будет приятно, и он будет гордиться тобой.