Мы – есть! Вера
Шрифт:
Амфитеатр снова взревел.
– Тише! – скомандовал К'Рад. – Я понимаю ваше негодование, но ведите себя достойно. Вы драконы, а не крылатые ящерки! Итак, продолжу. Две недели назад по неизвестной причине шестой боевой флот Драголанда под командованием всем вам известного адмирала К'Рана Иртега снялся с места постоянной дислокации и отправился в империю Сторн. Там он объединился с десантным флотом людей и совместно с ними атаковал три пограничные системы княжества Кэ-Эль-Энах, с которым нам только недавно удалось наладить нормальные торговые взаимоотношения. Одновременно с этим несколько миноносцев были
Драконы ошеломленно замерли, до глубины души потрясенные последними словами ареал-вождя. Да как мог адмирал так поступить?! Подвергнуть кварковой бомбардировке населенную планету?! Без объявления войны?! Это же бесчестье! По всем законам и обычаям – бесчестье! И у него хватило совести не покончить с собой, а явиться на суд?!
К'Ран сам был потрясен. Не отдавал он приказа бомбить эту Верстарию! Не отдавал! Святой Создатель и Первый Дракон! До какой же степени подлости дошел Р'Гон Арнес? Теперь адмирал понимал, почему Т'Сад Говах так скептически отнесся к его идее выступить на суде с обличением ареал-вождя. Шансов оправдаться у него, действительно, нет. Скорее всего, миноносцы, бомбившие Верстарию, уже уничтожены или спрятаны так, что никогда не найти. Но адмирал сам выбрал свою судьбу и намерен был идти до конца. Даже если его приговорят к позорной казни, он примет приговор с достоинством.
К'Рад продолжал красочно описывать нападение шестого флота на планетные системы Мартанд, Бар-Диас и Фордег. На огромных голоэкранах транслировались переданные орденом записи о бое с дварх-крейсерами княжества и сдаче флота Т'Саду Говаху.
– Итак, адмирал, чем вы объясните ваши действия? – холодно спросил К'Рад.
К'Ран медленно поднял голову и посмотрел прямо в глаза Р'Гону Арнесу. Ареал-вождь выглядел уверенным в себе, но те, кто хорошо знал его, могли понять, что ему несколько не по себе. Он выдержал взгляд обреченного адмирала, не опустив глаз. Одного не мог понять Р'гон – почему его соперник вернулся, зная, что его ждет? Сам бы он не вернулся при таких раскладах. Хорошо, что заранее подготовился, принял все необходимые меры, и словам адмирала никто не поверит.
– Две с половиной недели назад меня вызвал ареал-вождь Р'Гон Арнес, – внешне спокойно заговорил К'Ран, – приказав собрать флот и быть готовым к выступлению. Я был немало изумлен, так как войны в ближайшее время не предвиделось. Еще больше я изумился, когда узнал, что должен отправиться к системе Трангант в империи Сторн для объединения с союзными имперскими войсками. До сих пор мы никогда еще не выступали союзниками людей.
– Пытаетесь свалить вину на меня, адмирал? – насмешливо спросил ареал-вождь, поудобнее устраиваясь в кресле, как устраиваются, готовясь к просмотру интересного спектакля.
– Кому, как не вам, знать, что я говорю правду… Когда я узнал, что объектом атаки будут три пограничные с империей планетные системы княжества, то поначалу отказался исполнить нелепый приказ. Однако ареал-вождь привел мне доказательства того, что нападение необходимо.
– Каковы же эти доказательства? – прорычал С'Тван, искоса поглядев
– Варий, – ответил адмирал. – В этих трех системах обнаружили огромные залежи вариевой руды, залежи планетарного масштаба. Вы не хуже меня знаете обстановку с варием в Драголанде и можете понять, почему я согласился с доводами ареал-вождя.
– Хорошо, пусть так, – кивнул головой самый старый из судей, темно-серый дракон Х'Рат Ревист, которому недавно исполнилось пять с половиной тысяч лет. – Но вы не могли не понимать, что орден обязательно вмешается в конфликт и уничтожит ваш флот. Особенно в свете все более плотного сотрудничества Аарн и Кэ-Эль-Энах. Не верю, что здравомыслящий дракон, каковым я всегда считал вас, мог не учесть этого обстоятельства.
– Именно этот вопрос я и задал ареал-вождю.
– И что же он вам ответил?
– Он дал мне слово, – гадливо скривился К'Ран. – Слово дракона в том, что орден в этот конфликт вмешиваться не станет.
– Вы, предатель, смеете обвинять меня в нарушении слова дракона?! – с яростью рявкнул Р'Гон, вскакивая на ноги, его хвост резко ударил по земле, крылья встопорщились.
– Да, ареал-вождь! – с презрением бросил адмирал. – Именно я обвиняю вас в нарушении слова дракона!
– Нет, ну надо же! – расхохотался тот, разведя руками и снова садясь. – Такого я даже представить себе не мог. Ну и что вы еще нам расскажете? Любопытно, знаете ли.
Сволочь проклятая! Адмирал с тяжелой ненавистью смотрел на насмешливо ухмыляющегося Р'Гона. Смехом тот сбил возникшую напряженность, и начавшие было сомневаться драконы не поверили К'Рану. Что ж, он все равно заронил кое у кого зерна сомнения. Придет время, и эти зерна прорастут. Пусть даже и не сейчас, пусть. Его смерть тоже сыграет свою роль.
– Продолжайте, адмирал, – снова покосился на старого врага С'Тван, которому очень хотелось, чтобы обвиняемый оказался прав.
– Я спросил: почему? В ответ мне было сказано, что с Аарн все договорено заранее и эта небольшая демонстрация силы нужна, чтобы заставить княжество стать немного сговорчивее. Не поверить слову дракона я не мог, каждый из вас на моем месте поступил бы так же.
– Хорошо, ваши доводы суду понятны, – кивнул Х'Рат. – Тогда объясните, почему домой вернулись только девять драконов. Почему большинство попросило политического убежища в Кэ-Эль-Энах? Если это не предательство, то я даже не знаю, что можно назвать предательством.
– У меня на руках был приказ ареал-вождя о том, что каждый сдавшийся врагу дракон по возвращении домой будет казнен, – мрачно ответил К'Ран. – Я не посчитал себя вправе обречь на смерть десятки тысяч молодых драконов, нас и так не слишком много.
– Нет, слышал чушь, но такую?! – распахнул крылья Р'Гон. – Подобные слова требуют доказательств, уважаемый суд. Раз уж дело пошло таким образом, что виновным выставляют меня, я слагаю с себя полномочия судьи. Не считаю себя вправе принимать участие в заседании суда, на котором меня обливают грязью.
Он встал, поклонился остальным судьям и отошел в сторону. Этот жест ареал-вождя вызвал одобрительный гул на трибунах, кое-кто даже начал аплодировать, но быстро затих под неодобрительными взглядами соседей.