Музыкальный приворот

Джейн Анна

–  Хорошо. Не бойся, говори.

Странным он стал, спокойным и сосредоточенным, и лицо его такое внимательно. Я знаю, в чем дело! Теперь он похож на Антона! Я с подозрением покосилась на Кея и все же начала:

–  Не считай, что со мной произошла целая драма. Если так подумать, то это совсем даже не интересно, просто мы все привыкли принимать любые неприятности близко к сердцу. Вот и я тоже приняла. Так… нас раньше было трое. В смысле подруг, а не меня. Нинка, я и Ира. Мы с самого первого класса дружили втроем и были неразлей вода. Знаешь, я часто слышала, что в компании должно быть четное количество человек, потому что дети и подростки чаще всего разбиваются на пары, особенно девочки. Если

вместе дружат три девочкам, то рано или поздно две из них объединяться против третьей. Я думала, что это ерунда. Ерунда же? И мы никогда не дружили против друг друга, все даже удивлялись, почему три такие разные девочки общаются между собой. Нину ты знаешь, о моем характере тоже догадываешься, а Ира представляла собой что-то среднее между нами. А еще была очень веселой. Знаешь, как мы стали дружить? Тебе, наверное, неинтересно, но я все равно расскажу, потому что я никому об этом не говорила.

–  Рассказывай, - согласно кивнул Кей. Господи, зачем я этому надменному кретину все разбалтываю? Уверена, потом он будет смеяться или всем расскажет. Но сейчас он такой сосредоточенный, как будто ему действительно интересно, что со мной было. А самое главное, в нем действительно есть какая-то странная сила, позволяющая влиять на людей. Природный магнетизм, очарование, лидерские задатки - что в нем есть такого, что заставляет меня рассказывать свои глупые девичьи тайны?

–  Когда мы пришли в первый класс, я была застенчивая и, наверное, очень угрюмая. Я почти никогда не улыбалась - на всех фотках в этом возрасте я стояла с серьезным лицом. Я точно уже не помню, почему я такая была, может быть, из-за того, что в это время от нас уехала мама. Ты знаешь, Кей, до семи лет я видела Томаса всего лишь пару раз.

–  Пару раз?
– Спросил Кей.
– Кстати, сделать тебе еще кофе?

–  Да. Он в молодости был совсем не таким, как сейчас.
– Поскребла я ногтем обивку дивана.
– Но если я буду рассказывать тебе о нем, это будет очень долго. В общем, в школе я не хотела ни с кем общаться. А еще не делилась своими игрушками и карандашами. Томас привез мне крутые германские карандаши, их было много-много, и самых разных цветов - дети мне даже завидовали, а я все равно не давала им эти карандаши, берегла и сама почти ими не пользовалась - больше смотрелась.

Что я тут ему несу??

Фигню какую-то, если честно. Думаешь, ему так интересно? Гляди, как бы он мемуаров не понаписал по твоим россказням. Бестселлерами же станут!

–  Продолжай, - велел Кей, протягивая мне новую чашку горячего напитка. Я взялась за нее обеим руками. Взгляд у парня стал мягче, вновь напомнив мне его брата, с которым должна была сегодня встретиться.

–  Ладно, я тебе лучше про Нинку расскажу. Тогда она была настоящим сорванцом, честно сказать. Ее мама приходила в школу каждую неделю, чтобы выслушать очередную нотацию. Нинка дралась, разбивала окна и даже выбросила горшок с цветами с третьего этажа - из него вся земля попала на завуча, - я опять засмеялась, вспомнив вдруг маленькую подругу в столь юном возрасте.

Высокая, с вечно растрепанным каре и злобно-упрямым выражением на лице, она приносила неприятности всему и всем. В тот солнечный весенний день последней четверти, когда случился прецедент с горшком, она жутко разругалась с третьеклассницами. Именно в них она горшком и пулялась, когда девочки, поняв, что даже втроем не могут одолеть эту первоклашку в широких клетчатых штанах, решили спастись бегством. Моя подруга очень хотела попасть во врагинь, но промахнулась, и порция сырой, только что политой земли, а также листьев и веток, попала на лысину завуча, спокойно надзирающего за работой старшеклассников, убирающих территорию школы. Как по нему не прилетел сам горшок - до сих пор не

понимаю. О том, что "снаряд" долетел не в того, в кого нужно, Нинка узнала по воплям учителя. Я и Ира, играющие каждая в свои игры в том же коридорчике, что и Журавль, вопли слышали тоже. Только вот Нинка убежала, а мы с Ирой, как говорит моя сестра, "тупанули", и остались на месте преступления со своими играшками, с которыми мы спокойно возились. Разозленный завуч, кое-как избавившийся от земли, прибежал на третий этаж и узрел там нас. К счастью, он не подумал, что хулиганили мы, поэтому он принялся выпытывать, не кидался ли кто горшком с окна? Не знаю почему, но и я, и Ирка не выдали одноклассницу, с которой раньше даже не разговаривали. Более того, Ирка с честными глазами заявила, что горшком кидался "какой-то взрослый мальчик".

–  Опять Барсуков!
– Сделал весьма странные выводы преподаватель, - как же он меня достал, негодяй! В этот раз я его точно выгоню из школы!

И он, брезгливо стряхивая с себя землю, удалился. Нинка, прятавшаяся, как оказалось, за углом, разговор слышала, и, выйдя к нам, вдруг решительно заявила, что теперь намерена с нами, то есть, со мной и с Ирой, дружить.

–  Сколотим банду. Вобще-то, я хотела мальчишек позвать, но вы две - отличными бойцами будите, - сказала она нам, решительно отбирая мою куклу и Иркину игрушечную аптечку.
– И будем управлять всей школой! А потом даже… миром!
– И она оглушительно расхохоталась.

–  Она так смеялась, - говорила я Кею, внимательно меня слушающему.
– что я подумала: Нинка Журавль - с большим приветом. Мы с Ирой не слишком хотели с этой хулиганкой, но отказать ей побоялись. И с тех пор мы везде ходили вместе. А потом привыкли друг к другу, подружились. Никто из нас не дружил против друг друга, а Нина была лидером. А может быть, я просто сильно идеализировала нашу маленькую компанию. Я думала, мы будем вот так до старости дружить!

–  Это и есть твоя грустная история?
– Спросил Кей.
– При чем тут этот идиот?

–  Какой идиот?

–  Макс. Идиот с фотоаппаратом. Он здесь как замешан? Ира поменяла пол?

–  Это не смешно, - надулась я.

–  Продолжай.

–  Сейчас, продолжу. В общем, в классе пятом к нам перевели новенького. Максима. Он был тогда совершенно не такой, как сейчас - худющий и короткостриженный, смешной такой. зато вежливый и добрый. Он жил недалеко от меня, потому мы часто ходили домой вместе. Даже гуляли иногда вместе и в школу ходили вместе по утрам, чтобы не скучно было.

–  И?

–  Ничего. Когда мы были в классе десятом, я умудрилась в него влюбиться. Странно, я почему-то совсем не смущаюсь, рассказывая тебе это.

–  Я думаю, тебе нужно было бы смутиться, если бы ты решила поведать мне подробности вашей интимной жизни, - отозвался Кей.

–  Дурак! У тебя все мысли только об одном.

–  Да, все мои мысли только о музыке.

–  Не о музыке речь. Ладно, я теперь подойду к самому главному. Я в него влюбилась, Нинка и Ирка, естественно, знали об этом. Нинка мне все время твердила, что я должна его себе заполучить. Она к этому времени вовсю гуляла с парнями, и, как мне кажется, издевалась над ними, как могла.

–  И сейчас издевается, да?

–  Да, - тяжело вздохнула я.
– Скажи своему Келле, чтобы он поменьше о Ниночке думал.

–  С чего вдруг?
– Деланно удивился Кей. Ну почему он одновременно и такой близкий, и такой недосягаемый? Действительно, звезда…

–  Просто.
– Замялась я.
– Ниночка ветреная.

–  Это уже его проблемы. Продолжай.

–  Нинка мне целые планы-стратегии составляла, которые помогли бы мне стать девушкой Максима. К этому времени мы с ним почти не общались, как в детстве. И я об этом сильно жалела.