Мужья

Крейдун Мила

— Замолчи! — ярче зажглись зеленые глаза Рыжей Ведьмы, не предвещавшие ничего хорошего. — Завтра я попаду к ней и ты убедишься, что она действительно больна.

— Ага, — устало отозвался брат-муж, — а почему тогда не сегодня?

— Ваши Величества! — ворвался в обеденную залу раб. — Дракон!

Король Градхарта подскочил с места, опрокидывая тяжелый стул. Они переглянулись с Каной.

Им нечего опасаться. Драконы не лезут в дела людей и не нападают без причины, коей Градхарт им не давал, но один из них все же здесь.

— Может,

он просто пролетает мимо? — предположила Кана, разделяя мысли Дагара на этот счет. — В любом случае, — поднялась она, — мы должны его либо встретить, либо просто посмотрим на это чудо. Драконы не так часто спускаются с Драконьего Пика.

Вся свита высыпала во двор следом за Королем с Королевой.

— Какой огромный! — выдохнул кто-то из подданных позади них.

— Мне запомнилось, что драконы поменьше, — тихо сказала Кана брату.

— Мы видим с тобой дракона второй раз в жизни, — ответил Дагар. — Но да, этот кажется значительно больше. И он снижается.

Канна, ощутимо нервничая, незаметно взяла брата за руку. Им нечего противопоставить дракону. Если бы они были готовы, то возможно, но сейчас…

Огромные лапы опустились на мраморную площадь перед дворцом, взрывая ее когтями, разбивая в крошку фонтан. Сметая мощными крыльями деревья и статуи парковой зоны.

Глубоко потрясенный, Дагар заворожено наблюдал, как растекается вскипающая под драконом вода. Площадь заполнял пар, клубясь беспокойными вихрями вокруг древнего существа.

— Дракон Шаналлы, — восхищенно выдохнула сестра, заметив рабские браслеты.

— Похоже на этот раз твоя подружка все же не соврала, — отозвался он. — И ей, действительно, очень паршиво, судя по состоянию рабов.

С дракона соскользнула охваченная пламенем мужская фигура. Огненный маг направился к королевской чете. Ничто в нем не говорило о благих намерениях.

— Где? Королева? — с трудом выговорил сгусток пламени, едва сдерживая гнев.

Грудная клетка дракона просвечивала сквозь непробиваемую кожу жидким золотом, которое рвалось наружу, удерживаемое колоссальной силой воли.

— В своих покоях, — все же удалось Дагару ответить с достоинством Короля. — Ей нездоровиться.

Дракон за спиной мага стал трансформироваться, плавно перетекая в мужчину весьма сухожильного сложения. Маг огня, в теле которого явно скрывалась недюжая человеческая сила, теперь выглядел гораздо опаснее.

— Веди, — коротко бросил ему дракон и тот погас, направившись прямо в толпу, которая поспешно расступалась.

Правители Градхарта, прилично отставая, последовали за незваными гостями. Королевское достоинство не позволяло им бежать следом, как собачонки.

У покоев Королевы Одхран узнал Бран и Шаа.

— С ней все в порядке? — сдержано спросил он и одни Боги знали чего ему это стоило.

Стражи бросили опасливый взгляд им за спины и, молча, открыли перед ними дверь, которая тут

же затворилась следом.

Одхран замер, словно его парализовало.

Тайерган бросился к безвольно сидящей на постели Жене. Что-то говорил, спрашивал, заглядывая ей в глаза, держа в ладонях ее лицо, но дракон уже знал, что тот не получит ответа.

Он смотрел на нее и не мог поверить в то, что его дерзкая отважная девочка, отправившаяся к Медузам, сидела сейчас с потухшим взглядом, словно сломанная кукла.

Дракон рвался наружу, чтобы крыльями оградить свое сокровище от мира, который сделал ее такой, согреть своим дыханием, заново разжечь в ней угасшую жизнь и искру, которая заставляла Верить и Любить.

— Любимая, — с трудом пробивались слова Мужа, сквозь шум клокочущего пламени, бушевавшего в венах дракона.

— Что произошло? — спросил он у подошедшего к нему некроманта.

— Пир в честь Черной Ведьмы, — ответил Иарл.

— Не похоже, что правители Градхарта о чем-то догадались.

— Так и есть, — отозвался некромант. — Она была великолепна. Даже четверка забеспокоилась, что Шаналла вернулась. Ни словом. Ни жестом, но стоило ей вернуться… Я все перепробовал. Просил, уговаривал, напоминал о Мужьях, жителях Зларстана, ее планах, Медузах…

Дракон отрицательно покачал головой. Это бы и не помогло.

Королева вдруг подняла на него свои пустые глаза:

— Одхран, — тусклым голосом произнесла она. — Ты был прав. Ты во всем был прав. Я была так глупа, наивна, самонадеянна. Ты был прав…

Древний оборотень порывисто направился к Королеве. Грубо схватил ее за предплечье и дернул с постели.

— Одхран! — подскочил Тайерган, воспламеняясь.

Застыли в боевой стойке Иарл и стражи.

— Не мешайте мне, — спокойно произнес дракон. — Если снова хотите увидеть нашу Кайлу, — все же добавил он и затолкал пассивную куклу в душ.

Врубил ледяную воду и впился жестким поцелуем в полные, соблазнительно манящие уста Королевы.

Даже сейчас. Даже когда она не она. Даже когда она где-то там глубоко внутри. Даже когда она не готова смести на своем пути любую преграду. Даже когда в лавандовых глазах не горит огонь жизни, воли и очередной безумной идеи. Даже когда в них нет ничего, она все равно его манила и была для него всем!

Безжалостно сминая податливые губы, в их первом поцелуе, который не должен был быть таким, Одхран понял, что даже если она не вернется, ему все равно! Он просто заберет ее и спрячет ото всех. Будет заботиться. И Любить. И никто ей больше не причинит и толику той боли, что сломала его девочку сейчас.

Податливое хрупкое тело в его руках, которое он терзал грубыми ласками, словно ожило. Напряглось. Полные губы сомкнулись, превращаясь в камень. Крошечные кулачки сжались и толкнули его в грудь. Это бы не помогло, если бы он не был готов, если бы он не ждал этого.