Мужская душа

Феррарелла Мари

Как будто ее занятия могут ей в чем-то помочь, насмешливо думала Лори.

— Знание о том, что произойдет, и столкновение с реальностью — две абсолютно разные вещи. — Она никак не могла придумать, как объяснить это мужчине. — Разница такая же, как смотреть фильм про войну и оказаться в самом пекле реальной битвы.

— Понятно. — Съезд с автомагистрали был прямо перед ними. Кэрсон сократил двадцатиминутную поездку до десяти минут. — Мы почти уже приехали. Осталось недолго.

О боже, «почти»! Все должно было

произойти прямо сейчас. Она еще не готова к этому.

— Легко тебе говорить, — с трудом выговорила Лори.

Ему не понравилось, как она это сказала. Почему она так громко дышит? Он посмотрел на нее с удивлением.

— Лори?

Она покачала головой, не произнося ни слова. Однако ее глаза были устремлены на какую-то точку вдали, и она делала глубокие вдохи, так же как бесчисленное количество раз на занятиях в Ламасской школе.

Вот только сейчас это происходит с ней в реальности.

Внезапно она ощутила неожиданную легкость в голове.

— Лори, что с тобой? Почему ты так дышишь?

Она чувствовала, как весь воздух вышел из ее легких. Когда это прошло, последовал странный толчок, на мгновение перевернувший все внутри.

Лори снова сделала глубокий вдох и посмотрела на Кэрсона. Почему он беспокоит ее всеми этими вопросами?

— Ты присутствовал при рождении своей дочки?

Он покачал головой. Это был один из основных пробелов в его жизни.

— Я был тогда на заседании в суде. — Его рот насмешливо искривился. — Жаклин не хотела, чтобы я присутствовал при родах. Она была категорически против.

Даже в своем теперешнем состоянии Лори смогла приостановить схватки.

— Ты почувствовал это?

— Да.

Ее сердце забилось сильнее.

— Тогда я думаю, она получила то, что хотела.

Вздох сожаления слетел с его губ.

— Она, всегда добивалась своего.

Может быть, это было и не так, но Лори не стала спорить. Она очень тепло относилась к Кэрсону. А Жаклин была слишком холодна. Кэрсон заслуживал лучшего отношения.

— Но ты нет.

Это была сущая правда.

— Я пропустил рождение Сэнди. — Жаклин обманула его. — Я даже не знал, что она беременна, пока это не стало заметно. Она ушла и сделала все возможное, чтобы я не узнал ни о чем.

Это были слова его бывшей жены. Она хранила в тайне будущее рождение дочки, словно заранее знала, что очень скоро избавится от Кэрсона.

Лори вцепилась в ремень безопасности, почувствовав следующую волну боли.

— Как ты вообще нашел общий язык с такой расчетливой женщиной?

Кэрсон пожал плечами. Он был одинок. Жаклин была блестящей женщиной и знала себе цену. Она хотела через него добиться своих целей. Но Кэрсон ничего не замечал. Он был словно околдован этой женщиной, которая говорила, что любит его, и он думал, что испытывает к ней те же чувства.

— В то время это казалось искренним союзом. Кроме того, Жаклин

еще не была такой… хитрой. Во всяком случае, — добавил он, — я не обращал на это внимания. — Наверное, это была его вина. — Я был слишком занят собой и своей работой.

Сейчас это все казалось событиями давно минувших дней.

Они съезжали с дороги. До госпиталя оставалось пять кварталов.

— Почти приехали, — сказал Кэрсон, надеясь, что это облегчит ее состояние. Насколько его вообще можно было сейчас облегчить.

— Я вижу, — пробормотала Лори, начиная проваливаться в болевой кошмар, схвативший ее железной хваткой. Она сильно зажмурилась.

И тут почувствовала грубый, неожиданный толчок.

Лори открыла глаза и уставилась на поток машин. Ей показалось, что машины почти не двигаются.

Этого не могло быть. Лори попыталась сесть удобно, но ей это удалось лишь в малой степени. Тело активно сопротивлялось ее действиям.

— Что происходит?

Кэрсон выкрикнул ругательство.

— Какая-то авария впереди. Может быть, дорога скоро расчистится. — Было ясно, что он сам не верит своим словам. Кэрсон взглянул на Лори. — Можешь немного потерпеть?

Она сжала губы и кивнула, но у Кэрсона возникли серьезные сомнения на этот счет.

Дорогу загораживал стоящий впереди грузовик. Отчаявшись ждать, Кэрсон открыл дверцу машины.

Лори посмотрела ему вслед. Он ее покидает?

— Что ты делаешь?

— Стараюсь определить длину этого затора.

Он вышел и, опершись на крышу машины, встал на порожек.

Целое море машин. Ни одна из них не двигалась, вплоть до поворота в госпиталь. Ему показалось, что вдали он различил красный и желтый огни светофора, но проку от них все равно никакого не было.

Он спустился и заглянул в салон.

— Ну? — спросила Лори.

Он знал, ей не понравится его ответ. Но скрывать истину нельзя.

— Не похоже на то, что дорога скоро расчистится.

— Так я и знала. — Боль блуждала вверх и вниз по ее телу. Впечатление было такое, будто кто-то вонзал в самые неподходящие места острые иглы. Она больше не могла терпеть. — Как ты посмотришь на то, если я рожу прямо здесь?

Не было никакой возможности съехать куда-нибудь. Дорога была полностью забита вплоть до поворота к госпиталю.

Оставалось только одно — держаться. Кэрсон захлопнул дверцу машины.

Его охватила паника. Что я вообще делаю? — спрашивал себя Кэрсон. Что я стою?

Лори вытянула шею, чтобы определить, куда он пропал. Затем она поняла, что он открывает дверцу машины с ее стороны. В ее глазах мелькнул испуг.

— Что происходит?

— Нам придется пройтись туда пешком, — сказал Кэрсон и протянул руку, чтобы помочь ей подняться.

Она оттолкнула ее.

— Может быть, тебе, но мне не справиться. Я больше не могу себя вести как герой.