Муж напрокат
Шрифт:
— Ты же знаешь, я всегда скучаю в подобных компаниях, — продолжала Алисон, небрежно проведя пальцем по подбородку.
Смотри, как я хороша, говорили ее слова и жесты.
— Да, тебе всегда не нравилось, когда в центре внимания была другая женщина, — жизнерадостно сказал Энтони и чуть не расхохотался, увидев, как фиалковые глаза Алисон потемнели от злости.
— Прости, мне надо переговорить с Сэмом.
Алисон едва успела придумать колкий остроумный ответ, как Энтони, приветливо помахав ей рукой, уже шел по направлению к Сэму Диллингу. Первый раунд она проиграла. Алисон скривилась.
6
Келли так и просидела весь бал в углу. Ей совершенно не хотелось танцевать ни с одним мужчиной, и она неустанно отклоняла все приглашения. Впрочем, ради одного человека она была готова сделать исключения, но когда Энтони пригласил ее на танец, ее вдруг обуял бес противоречия, и она высокомерно отказалась.
— Благодарю вас, мистер Грейвуд, но сегодня я не танцую, — произнесла она твердо.
Энтони еле заметно пожал плечами, и Келли на секунду показалось, что его очень задел ее отказ. Так вам и надо, мистер Совершенство, злорадно добавила она про себя. Я точно не буду падать к вашим ногам!
Но на душе все равно было мерзко, и стало еще отвратительнее, когда Энтони с ласковой улыбкой подхватил Бланш, и они самозабвенно закружились в вальсе. И чего ты добилась этим, дорогая моя? — ехидно спросил кто-то внутри Келли. Больше он тебя не пригласит… И не надо. Келли гордо выпрямилась. Она в одолжениях не нуждается…
Праздник удался. Гости бесконечно благодарили Бланш и восхищались размахом торжества. Основная часть разъехались по домам, кто-то остался переночевать, а избранные должны были задержаться на всю неделю. Многие завидовали этим счастливчикам, но Энтони с удовольствием нарушил бы правила приличия и уехал бы одним из первых. Увы, об этом нельзя было даже мечтать…
— Знаешь, Энтони, по-моему, здорово, что мы погостим здесь еще недельку, — мечтательно произнес Берни на следующее утро.
Все в доме отсыпались после вчерашнего бала, и друзья завтракали вдвоем в комнате Энтони.
— Ты так считаешь? — пожал плечами Энтони, намазывая апельсиновый джем на булочку. — А я готов уехать прямо сейчас…
Берни вздохнул. Нет, Тони определенно изменился. С каких это пор его перестали интересовать хорошенькие женщины?
— Неужели объединенные усилия Бланш и Алисон не произвели на тебя впечатления? — спросил Берни друга. — Да и многие другие женщины были неотразимы…
— Господи, Берни, когда же ты перестанешь меня сватать, — улыбнулся Энтони. — Это уже смешно.
— А когда ты станешь похожим на себя? После развода с Алисон ты сам не свой. Нельзя же все время только работать! Надо когда-то и развлекаться …
— Берни, ты словно моя матушка. Когда я менял подружек каждую неделю, она с молчаливым упреком не сводила с меня глаз. Когда же я образумился, занялся делами и позабыл о женщинах, она стала переживать еще сильнее, считая, что со мной не все в порядке. Как же, по-вашему, должен вести
— Ладно, не обижайся. Я пошутил. — Энтони хитро прищурился. — Лучше расскажи, кто понравился тебе…
— То есть теперь ты решил заняться моими сердечными делами? — усмехнулся Берни.
— Почему бы и нет? Здесь столько красоток, что было бы странно, если бы ты остался равнодушным. Бланш, Алисон, Кейт Симс, Эшли Беренвойс… Келли Джо Диллинг, наконец.
Если бы Берни действительно отличался проницательностью, он бы обязательно заметил, что голос Энтони чуть дрогнул, когда он произносил имя Келли.
— Да, достойные девушки, — улыбнулся Берни. — Но Келли Джо явно не вписывается в этот ряд.
— Почему?
— Она больше напоминает озорного мальчишку. До женщины она еще не доросла, — небрежно заметил Берни, не видя, что Энтони хмурится.
Много ты понимаешь, чуть не выпалил Тони. Но выдавать свои чувства до такой степени было не в характере Энтони Грейвуда.
— Но нельзя отрицать, что она красива, — как можно более равнодушно произнес он.
— Да, — протянул Берни. — Но больно уж дика. Я попробовал немного поухаживать за ней…
Кровь бросилась Тони в лицо. Перед ним по-прежнему сидел его друг Берни, но ему внезапно показалось, что это его злейший враг.
— … но она посмотрела на меня так, как будто я — ящерица!
Красная пелена постепенно спадала с глаз Энтони. Он глубоко вздохнул, стараясь унять сердцебиение. Если он будет каждый раз так реагировать, когда на Келли Джо будут обращать внимание другие мужчины, он заработает инфаркт.
— С Бланш гораздо проще, — продолжал болтать Берни, не замечая, что творится с Энтони. — Она весь вечер так и липла к тебе. Стоит только руку протянуть, и она твоя…
— Неужели ты думаешь, что я могу соблазнить жену своего компаньона? — с негодованием спросил Энтони.
— Когда-то это тебя не смущало, — подмигнул Берни.
— Я ничего не понимал в женщинах тогда… Доступность казалась мне наилучшим качеством.
— Слушайте все! — прыснул Берни. — Энтони Грейвуд рассуждает о морали!
— Да ну тебя, — махнул рукой Энтони. — Вечные шуточки…
— Прости меня, благородный Энтони. — Берни шутливо поклонился, чуть не опрокинув кувшинчик со сливками. — Значит, тебе больше не интересны женщины, которые сами прыгают к тебе в постель. Погоди-ка…
Берн и прищурился.
— Слушай, я, кажется, понял. Теперь ты попытаешься взять осадой неприступную крепость, не так ли? Разработаешь план кампании и вперед… Да, точно. А ценным призом будет… Келли Джо Диллинг!
Во время проникновенной речи Берни Энтони становился все мрачнее и мрачнее. Он уже проклинал себя за то, что начал этот разговор. Слушать, как Берни переворачивает все с ног на голову, было невыносимо, но объяснять, как обстоят дела на самом деле, Тони не хотелось.
— Я прав? — спросил Берни, несколько обескураженный мрачным молчанием приятеля.