Муза для модельера
Шрифт:
— Такияши-а-а-а, Такияша-а-а-химэ-э! — раздалось противное у самого уха. Тяжело вздохнув, Такия повернула голову в сторону голоса. Он принадлежал гоповатого вида пацану, который опёрся руками прямо на её парту.
Большинство одноклассников были типичными японцами, обращающимися к другим исключительно по фамилии, часто с уважительным суффиксом. Но находились и такие индивидуумы, которые давали другим клички и упорно звали их по ним. Эти клички часто приживались — и потом по ним тебя начинал звать весь класс. С Такией так и произошло — почти все тут звали её «Такияша», самые отбитые иногда с гоготом тянули очень уважительное, в общем-то, «химэ» с таким видом и таким тоном, будто сожрали дождевого червяка живьём.
Ей, считала Такия, ещё повезло — её всего-то сравнили с принцессой-ведьмой, которая знала то ли оммёдо, то ли магию лягушек, и управляла то ли этими самыми лягушками, то ли армией скелетов. Кличка эта, походу, пошла ещё со времён начальной школы — ведь именно там обычно проходят такие легенды, да и придурок, который к ней сейчас приставал, утверждал, что они были давно знакомы.
— Чего тебе? — скользнув равнодушным взглядом по его оттопыренным ушам и тупому начёсу на голове, прохладно поинтересовалась она, захлопывая тетрадь.
— Дай списать домашку по матеше!
— Вынь свой мозг из жопы и научись складывать два плюс два самостоятельно, — невозмутимо убирая тетрадь по физике в сумку, ответила Такия.
— Ты чё, решила, что выучила магию жаб, а? — прошипел пацан, хватая её за волосы. Стрижка у девчонки была типичным каре и хватать было очень удобно. Такия, однако, волосы начала отращивать, ибо привыкла собирать их в хвост, а с волосами по подбородок это смотрелось так себе. К тому же, волосы были красивые, густые…
«Ах ты, мелкий гоблин!» — возмущённо подумала она.
— А ну отпусти! — и, извернувшись, залепила козлу звучную пощёчину. Пацан, однако, и не подумал выпустить её волосы, так что дёрнул на себя со всей силы и она шлёпнулась со стула в проход между партами.
— Ах ты, сучка! — сумка, по неудачному стечению обстоятельств, стоявшая как раз с этой стороны, отправилась пинком в полёт. Поскольку она не была закрыта, всё содержимое разлетелось по передней части класса.
Если та, кто владел этим телом до неё, терпела это на протяжении начальной школы, а затем и в средней это продолжилось — ну, сейчас была почти середина июня и приближались летние каникулы, а девчонка отучилась в средней школе год и ещё целый апрель. И, видать, не вынесла этого дерьма. Да мало какой ребёнок без внимания со стороны взрослых вынес бы.
— Забыла где твоё место?
— Это ты забыл, где твоё! — изловчившись, Такия заехала ему кулаком по яйцам. Вышло не так уж и больно, как могло бы — бить всё-таки стоило с размаху, ногой, а ещё лучше каблуком постараться попасть, чтобы уж наверняка треск скорлупы услышали где-нибудь на марсе, но…
Пацан взвыл и, наконец, выпустив её волосы, шарахнулся в сторону, схватившись за своё самое драгоценное.
— Вернись в сточную канаву, из которой выполз, козёл! — пригладив растрёпанные волосы, прошипела Такия. Очень хотелось вынуть электрошокер, который она недавно прикупила на сэкономленные деньги, но она сдержалась. Всё-таки покупала для самообороны на улицах от всяких проходимцев.
Прозвенел звонок, скоро в класс должен был зайти учитель, так что она поспешила собрать раскиданные по классу вещи — помогать ей, естественно, никто не стал. Ну что за отвратительные люди!
«В следующий раз точно током шарахну», — зло подумала она, плюхаясь на свой стул за несколько секунд до того как дверь в класс отъехала и внутрь вошла учительница английского. До сегодняшнего дня Такия терпела и пыталась говорить вежливо, но ничего не помогало! Жаловаться учителям тоже было бессмысленно — убедившись, что с ней всё более-менее ок, директор просто предпочёл вызывать её к себе в кабинет раз в неделю и проводить воспитательную беседу на тему «как плохо кончать жизнь самоубийством» вместо того чтобы озаботиться дисциплиной
А ведь если бы девчонка реально умерла, с руководства школы бы спросили ведь! Тьфу!
Гопникам её класса, очевидно, не нравилось её новое поведение — она спокойно отказывала в помощи, равнодушно относилась к испорченным тетрадям и бланкам, даже если те портили прямо перед уроком, на котором нужно было бы сдать домашнюю работу. Она просто вставала, сообщала учителю, что её вещи в очередной раз кто-то испортил (она не всегда видела, кто именно это был, но всегда могла показать порванную или заляпанную чем-нибудь работу) и просила возможность написать решение задач на доске — после сдачи домашней работы первые десять минут урока учителя частенько предпочитали разбирать задания или возможность написать на следующей перемене прямо в учительской и сдать, чтобы не было подозрений в списывании. За два месяца такого поведения учителя уверились, что Такия стала куда более усердной в учёбе, чем была раньше, и что одноклассники её, очевидно, не любят. Но делать, естественно, ничего не торопились. Равнодушные ублюдки.
Подперев щёку рукой, Такия размышляла о том, что вот вроде старше всех них она всего на три года — ну почти четыре, ладно — но ведут они себя хуже некуда. Очень не хотелось бы вспоминать своё прошлое хулиганки, но, похоже, придётся, если пацаны от неё так и не отстанут. Такие придурки обычно понимали только силу, но силы в этом теле не было совсем — прошлая Такия не слишком-то усердствовала в спорте и была типичной японской девочкой-фиалкой, которую ветром сдувало.
Это слегка раздражало — она привыкла, что могла хотя бы с двадцать раз отжаться, подтянуться там, пробежать несколько километров и не выдыхаться. В детстве она много дружила с пацанами, дралась с ними на палках, ныряла в крапиву с гаражей по глупости, играла в догонялки — у них был очень шумный и весёлый двор. Драться, конечно, тоже приходилось иной раз, и она даже пару лет в средней школе ходила на карате, но недолго — ей нравилось рисовать, и она мечтала стать мангакой и жить в Японии. И она даже смогла поступить, куда хотела! Было немного обидно начинать сначала, но, с другой стороны, стать мангакой, будучи японкой, было намного проще в том плане, что она хотя бы жила в нужной стране.
Такия хотела бы сказать, что после этого инцидента Чин, придурок-якобы-друг-детства перестал её доставать, но не тут-то было. Последствия настигли её в этот же день в переулке по пути домой в пять часов вечера — этот дегенерат притащил своих дружков, с которыми, походу, тусовался после школы или в дни, когда прогуливал. Некоторые из них были старшеклассниками, судя по росту и неприятным рожам.
— Итак: ты притащил этих парней проучить меня за то, что я не дала тебе списать и врезала по яйцам после того как ты выдрал у меня клок волос. Я правильно понимаю? — оглядев семерых парней, перегородивших ей дорогу и чувствуя, как гулко бьётся сердце где-то в горле, наигранно-равнодушным тоном поинтересовалась Такия. С парнями она дралась раньше, но в этот раз точно находилась в проигрышном положении. Электрошокер поможет дай бог против парочки, а потом его просто вышибут у неё из рук.
— Да, детка, а ты умна, — сплюнув в сторону, усмехнулся самый высокий из них. — Хули свои мозги не включала, когда быковала на нашего братана, а?
Такия кинула взгляд через плечо, чтобы убедиться, что и путь отхода также перекрыт парочкой придурков, похабно ухмыляющихся и держащих руки в карманах широких штанов. Может, получится перевести стрелки и им стыдно станет и они развернуться и изобьют Чина, а?
— А вашему братану маман подгузники до сих пор меняет, раз он притащил дружков, чтобы с девкой разобраться? — нащупывая электрошокер в кармане. — Самому слабо, группа поддержки нужна… У него член-то хоть есть?