Муров
Шрифт:
– Все перемещаемся в столовую!
Алекс облегчённо выдохнул, радуясь обстоятельству, что больше не придётся слушать этого чудака за партой. Все ребята переместились в большую школьную столовую. Режиссёр усадила Лёху за стол с другими ребятами. Они должны были есть в кадре.
Алекса попросила встать с другими учениками на раздаче обедов, около молодой учительницы в обтягивающем платье. Та по сценарию разговаривала с поваром.
– Ты с парнями… -говорит ему второй режиссёр. —Сзади смотришь на жопу учительницы и обсуждаешь с друзьями, в каких позах бы ты её имел.
– Ну вижу… -внимательно сказал Алекс.
– Они геи. Когда будешь по кадру выходить из столовой, по дороге подойди и плюнь одному из них в тарелку и скажи что-то вроде «Петушьё!», ну или «Дырявые». Всё понял?
– Хорошо!
– Удачи!
Женщина сказала в рацию:
– Приготовились к съёмке.
Пока группа готовилась к съёмке сцены, Алекс познакомился с другими ребятами актёрами и весело с ними проводил время. Эти ребята оказались намного интереснее, чем странный азиат с брекетами. Сцену не удалось отснять с первого дубля. Когда Алекс подошёл к столику геев и смачно плюнул в их тарелку, один из геев поднялся со своего места и сказал громко:
– Ты чё, охуел? —кинув в него котлетой. Котлета улетела в сторону, не попав в Алекса.
Со словами:
– Стоп. —второй режиссёр подошла к гомосексуалисту и сказала. —Мат в сериале запрещён ребят, это же первый федеральный канал, вы чего?
Гей извинился и все приготовились ко второму дублю, который оказался вполне удачным. Алекс снова харкнул в тарелку, гей запустил в него котлетку, когда он проходил на выход. Котлета попала ему в кроссовок и разлетелась на куски, а Алекс же в этот момент скорчил злобное лицо и показал представителям нетрадиционной ориентации «фак». По окончании сцены, вторая режиссёр, довольно улыбаясь, сказала:
– Все молодцы. Снято!
К Алексу подошли девочки и сказали, что он круто сыграл.
Он же, с чувством выполненного долга, поспешил на улицу курить со своими новыми друзьями. Когда он шёл с ними по коридору, к нему подошёл Лёха и спросил:
– Кстати, хотел спросить, а ты как сам к геям относишься?
– Мне на них похер.
– Прям вообще всё равно?
– У меня на студии, организатор по концертам, заднеприводный… Если ко мне подкатит, дам пизды. А так… Если не лезет, мне всё равно чем он там занимается абсолютно, это его жизнь.
– Ты ща куда?
– Курить. Сижку будешь?
– Не курю.
– Спортсмен?
– Не… Просто тошнит от дыма.
***
Алекс и азиат с брекетами сидели в вагоне метро и молчали.
«Следующая станция Кантемировская» -раздалось из вагона. Как только двери закрылись, к парням подошли две старухи лет семидесяти. Одна из них говорит Мурову:
– Молодой человек… Старшим надо уступать!
– Чё? —не расслышал Алекс и переспросил.
– Говорю старшим
– И чё? —произнёс Алекс.
– Встаньте…
– Да. Конечно. —сказал Лёша и встал со своего места, старуха тут же присела.
– Вот видите, ваш друг знает, как нужно поступать в таких случаях, а вы парень красивый, но наверное злой…
– С чего вы так решили?
– Не знаете, что старшим должны уступать места в общественном транспорте, не придуривайтесь.
– Я вам ничего не должен. Вы старая, но я не виноват, что вы в таком находитесь положении. А если я в этом не виноват, значит ничего вам и не должен, понимаете?
– Вы несёте чушь…
– А вот если бы вы подошли ко мне и попросили примерно так. «Мальчик, уступи пожалуйста старой больной женщине место, я бы тут же встал и ушёл и ничего вам не сказал!» -Алекс встал со своего места и отошёл к дверям, где стоял Лёша.
– Ну ты не прав, бро, ты не прав. —сказал он.
– Мальчик, тебя кто воспитал вообще? —спросила старая женщина.
– Волки! —гневно посмотрел на старуху, парень.
– Хам!
– Пошёл ты. —ткнул пальцем Алекс в Лёшу.
– И эти твои старухи тоже! Я сказал, я никому ничего не должен…
Поезд остановился и Алекс резко вышел, азиат что-то говорил ему вслед, но он его уже не слушал.
Дома, зайдя на ноутбуке вконтакт, Алекс обратил внимание, что Лёха отправил ему на страницу заявку в друзья, Муров, не раздумывая, отклонил её.
***
Алекс сидел на корточках, облокотившись о стену у открытой двери в ванну, в которой лежала вся в пене, Ангелина, голая и распаренная. Та самая девушка-актриса, очень взрослая, что втянула его в телевизор. В руках у парня были листки бумаги, а на них его текст. Мальчик читал вслух красивой женщине:
– Раньше я думал, что я сошёл с ума, раз стал таким циничным поциком, но на самом деле, это просто мир, в котором мы живём, обезумел… -на губах у парня всё пересохло, он читал свой придуманный текст для будущей книги, а сам думал лишь о голой Ангелине за своей спиной.
Дело в том, что Ангелина давно уже пыталась уяснить ему, что отношений между ними быть не может из-за разницы в возрасте. Она не видела с ним ничего кроме дружбы, а вот Алекс был иного мнения на сей счёт. Он продолжал:
– И это значит, ничего такого странного в том, что я действительно слетел с катушек нет! – закончил он.
– У тебя получается всё лучше и лучше, милый… За все года, которые ты мне читаешь, это мне понравилось больше остального.
– Мда… – парень отбросил листы в сторону. —А мне кажется, у меня ничего не получится.
– Не сомневайся, получится, если перестанешь сомневаться в себе и будешь идти до конца.
– До встречи с тобой, у меня не было интернета в то время и я каждый день после школы ходил в библиотеку в читальный зал в городе, сидел там до вечера, до закрытия… Иногда в школу не ходил, прогуливал там, зарывшись всем мозгом в книгах. И знаешь… Почти всегда я единственный со всего города там находился. Больше никто не приходил… Люди мало читают… И это печаль…