Мургаш
Шрифт:
Всю эту ночь мы провели в пути и только к рассвету добрались до Свештиплаза, где должен был находиться лагерь четы «Бачо Киро». И вот мы обнимаемся с обступившими нас партизанами. Я осматриваюсь. Митре не видно.
— А где заместитель командира?
— Пошел на Мургаш.
— Один?
— Нет, с Кирчо и Марко, но они притворяются больными и хотят уйти в Софию.
В голосе Стефчо звучит явное недовольство. По его глазам вижу, что он недоволен решением заместителя командира взять с собой этих симулянтов.
Во второй половине дня командный
— Товарищ командир, чета «Бачо Киро» за прошедший период провела следующие операции.
20 октября — налет на село Стыргел. За этой успешной операцией последовало занятие села Радославово, где находился полицейский участок и были расквартированы крупные силы полиции. В селе на митинге выступал Митре. В Радославово чета захватила винтовки и пистолеты, много продуктов и одежды.
В тот же день чета вышла в село Петрич. После митинга населению было роздано много продуктов со складов местных общинных властей.
Шесть дней спустя группа партизан четы под руководством Веселина Андреева напала на полицейский пост в местности Голубец. Четверо полицейских сразу же сдались. Когда выяснилось, что эти полицейские не виновны ни в каких злодеяниях против народа, их отпустили. Группа захватила шесть винтовок, три пистолета и много патронов.
Молва о действиях четы быстро разнеслась по округе. Полиция пришла в замешательство, стала явно побаиваться партизан.
Следующая операция — в Буново. О ее успехе нельзя судить только по захваченным трофеям. В селе живет известный богатей Иван Попов. Желязко и еще один партизан зашли к нему в дом, поговорили, и он дал им значительную сумму денег. Об этом сразу стало известно в окрестных селах.
«Раз уж Иван Попов дает деньги партизанам, значит, конец фашистской власти!» — вот какой вывод сделали люди.
Утром 17 ноября чета заняла село Смолско. Население здесь встретило партизан как родных братьев.
Перед тем как оставить село, командование четы решило организовать засаду на полицию. С этой целью мы позвонили и от имени кмета сообщили, что в селе укрываются пятеро партизан. Вскоре появился грузовик с двадцатью полицейскими. В завязавшейся перестрелке один полицейский был убит, двое ранены, а остальные разбежались. Партизаны захватили грузовик.
Вот такое положение, Лазар… — закончил Стефчо свой доклад.
В чете «Бачо Киро» мы провели несколько дней.
То, что Митре ушел с двумя партизанами, которые, по мнению Тодора Дачева, были симулянты и собирались удрать в Софию, серьезно обеспокоило меня. Если они попадутся в руки полиции, то ей, вероятно, станет известно местонахождение нашего лагеря. Поэтому я решил сформировать в подразделении две группы. Одну из них во главе с бай Михалом отправить в деревню Космата, а для другой устроить землянку в нескольких километрах от прежнего лагеря.
В течение двух дней вокруг новой землянки были вырыты окопы, связанные ходами сообщения. Посты издалека могли заметить
Уточнив порядок снабжения продовольствием и связи с отрядом, мы с Васко отправились в лагерь четы «Бойчо Огнянов». Велко оставили с бачокировцами, он был по-прежнему очень слаб и нуждался в отдыхе.
По пути на Мургаш зашли в Осоицы. Увиделись с Георгием Димитровым, одним из наших смелых курьеров, который должен был представить Калояну доклад о деятельности четы «Бачо Киро». От него узнали, что в Софии погиб один из наших товарищей — партизан.
На рассвете мы были уже в лагере. И тут выяснилось, что погиб в Софии наш Пешо-интендант.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
В связи с планом зимовки штаб решил и чету «Бачо Киро» разбить на две группы. Одна под командованием начальника штаба отряда бай Стояна должна была отправиться в Ботевградский район. В эту группу входили бай Марин, Марийка, Сашка и другие бывалые, опытные партизаны.
Другую группу вели Митре, Бойчо и Доктор. В нее входили Атанас, Ленко и другие старые партизаны. Им предстояло действовать в Локорском крае.
На совещании было решено сформировать и третью, штабную чету, которая позднее получила название «Филип Тотю». Ее командиром стал Богдан Атанасов — Станко, заместителем командира — Маке, а комиссаром — Лазар Пейчев.
Штабная чета должна была находиться в Байлово. Временно с этой четой оставался и я.
В начале декабря все три партизанские группы отправились в определенные для них районы действий. Через сутки мы остановились в сосновом леске над селом Осоицы. С нами был и Дечо Стефанов — Ворон, новоселский «апостол».
Мы связались с курьерами, послали Гере в Софию и на другой вечер провели совещание с молодежью из сел Саранцы и Макоцево. Настроение было повышенное. На следующий вечер встретились с бай Райко.
Мне показалось, что партийный секретарь из Осоиц слушал нас рассеянно.
— В чем дело, бай Райко?
— Люди говорят, Лазар… Хотя, может быть, это и неверно…
— Что такое?
— Армия начала блокировать горный район и напала на один партизанский отряд в Литаковском массиве. Произошел крупный бой… Целыми повозками везли убитых солдат и полицейских.
Бай Райко остановился и потер пальцем лоб.
— А что дальше?
— Погибло и несколько партизан… Две партизанки…
Мне до боли в сердце хотелось, чтобы все это не было правдой. Ведь в Литаковском массиве находилась группа бай Стояна, а в ней Сашка и Марийка…
Нас было только пятеро: Васко, Станко, Маке, Сандо и я. Что бы нам сделать такое, что облегчило бы положение наших товарищей там, в горах?
Как бы оттянуть от них часть преследователей, отомстить за погибших?