Мунсайд
Шрифт:
Кое-кого я смогла все-таки приметить. Сборище магов, которые держались вместе и злобно над кем-то хохотали. Несколько парней и девушек, сразу видно – элита школы. Все как по учебнику.
Они мрачно заткнулись, стоило мне пройти мимо. Один из них, самый высокий, с ярко-зелеными глазами, громко хмыкнул, привлекая к себе внимание. Ничего не сказал и молча проводил взглядом, пока другие шептались.
Я сжала кулаки в кармане толстовки, но головы не подняла. Я так и не поняла, где находится кабинет директора, но не собиралась ни у кого спрашивать дорогу. Я была готова ходить наугад.
А вот и дверь «Директор С. Самаэль». Потрясающе, он даже имя не захотел сменить. Интересно, если его фамилия Самаэль, а имя начинается на «С», то он Самаэль Самаэль?
Зайдя в приемную, я сразу почувствовала тухлый, горький запах серы, сопутствующий многим демонессам не самого высокого ранга. «Елизда Адро» – гласила табличка на столе секретарши, но я сразу поняла, кто передо мной.
– Ну и ну, – цокнула она, не отвлекаясь от маникюра. Дьявольски красивая брюнетка в очках смерила меня насмешливым взглядом. – Посмотрите, кто явился.
– Я к Самаэлю. – Я хотела уже пройти к двери директора, но Елизда взглянула на меня так, что пришлось застыть на месте.
На территории Мунсайда люди, не имеющие статуса видящего, даже не догадывались, кто обитал с ними по соседству. Раньше демоны не скрывали своего истинного обличья, не стесняясь ни красных глаз, ни рогов, ни всего того, чем их так щедро одаривали в геральдике. Но со временем людской облик стал смешиваться с истинным, и порой, если сильно приглядеться, то можно заметить первичные атавизмы. В случае Елизды, а точнее, Елизаздры, это пара оленьих рогов и четырехметровый рост.
– Самаэля сейчас нет. Я за него.
Итак, директор школы – ангел смерти и разрушений, его секретарша – вторая жена Сатаны и советник по кадровым вопросам.
– Заместитель директора, – прошипела она. – Напомню тебе, Лавстейн, что Мунсайд называют столицей ада, а не Лавстейнляндией.
– Но и не Диснейлендом имени Елизаздры, – мгновенно выпалила я. Я бы с таким именем порог школы не переступала. Елизда Адро! Серьезно? Может быть, хотя бы Елизадетт, если уж так хочется намекнуть на свою дьявольскую суть?
Демонесса фыркнула, всячески игнорируя мои колкости.
– Смотрю, Лавстейн, ты упертый оптимист. Безумна, как и вся твоя семейка. – Она подула на свои ноготки, второй рукой что-то ища в ящике стола.
– Это у меня от папы.
Елизде (какое действительно дурацкое имя) мои шутки не нравились, и было заметно, как она пыталась быстрее от меня избавиться.
– Список учебников. Все можешь взять в библиотеке. Список предметов на выбор. – Она положила еще два листочка. – Этот – для нечисти, тот – для людей. Код и номер шкафчика. Расписание. Бланк на выбранные предметы, занесешь в конце дня. Все понятно?
Я взяла ворох бумаг и прижала к себе, кивая.
– А Самаэль когда будет?
– Когда сдохнешь, – спокойно ответила она, покрывая лаком вторую руку.
– Если вы со всеми учениками так разговариваете, то сомневаюсь, что пройдете аккредитацию, – пробубнила я себе под нос.
Елизда подняла голову и с жуткой улыбкой
– Мы так разговариваем только с избранными.
На этой ноте я решила ее покинуть, поспешно выйдя в коридор. Меня аж подташнивало от такого «теплого» приема. Я-то наивно полагала, что самое худшее, что меня ожидает, – это неуместная лесть и подхалимство, но, видимо, никто здесь не желал меня видеть.
Будто в подтверждение моих слов тот высокий из компании магов, противно скалясь, стремительно направился в мою сторону. Позади него толпились остальные. Ничего хорошего это не сулило.
– Ну привет, Лавстейн. – Ему пришлось нагнуться, чтобы его лицо оказалось на одном уровне с моим.
Меня не так пугали демоны, как школьные хулиганы. Высоченные парни, не знающие, что такое личное пространство. Упершись спиной в шкафчик, я сжала крепко губы в ожидании, когда это закончится.
– Да… я думал, что ты будешь… – он оглядел меня с головы до ног с заметным отвращением, – презентабельнее.
Шайка позади него противно захихикала.
И как я сразу не узнала, кто это передо мной. Дебильные фразочки, самооценка выше Эвереста, пижонский видок и, конечно, зеленые глаза – их отличительная черта.
«Раз такое слово твой язык смог выговорить, то поздравляю, Вестфилд, ты оправдал фамильное звание лизоблюдов», – хотела бы сказать я, но промолчала, кривя лицо и глядя на его блестящие ботинки.
Вестфилд, одна из древнейших и наипротивнейших семей, с которой мы всегда соперничали: Монтекки и Капулетти Мунсайда. И я согласилась бы быть Джульеттой, если этот Ромео сдохнет первым.
Магическая аристократическая семейка, помешанная на евгенике [1] . Путем скрещивания с магами разных типов у них рождались отпрыски со смежными способностями. Они всегда мечтали о магии демонов, о том, чтобы занять наше место, и в качестве компенсации стали практиковаться в экспериментальной магии, став лучшими в своем роде. Но и этого им было недостаточно. Завидуя нам, во времена Великой депрессии Вестфилды сделали все, чтобы Лавстейны потеряли свой капитал, в том числе местную промышленность, которая первую половину жизни города принадлежала нам. Властные, самолюбивые, завистливые и отвратительные. Не менее отвратителен их отпрыск, который решил продолжить дело предков и доконать меня.
1
Евгеника – учение о селекции применительно к человеку, а также о путях улучшения его наследственных свойств.
– Отлично, новая «принцесса Мунсайда» – умственно отсталая! – Снова противный хохот его шайки. – Нас ждет великое будущее.
Почему я могу ерничать наедине с демоном, но не могу ответить достойно этому сопляку?
Прозвенел звонок, но Вестфилд был все еще возмутительно близко. Его химический едкий запах, смешанный с сильным парфюмом, выбивал меня из колеи, его двухметровая туша нависала надо мной, и казалось, что кислорода не хватает.
– Идем, Варрон, – рыженькая ведьма подтолкнула его и добавила довольно безрадостно: – у тебя будет еще много времени.