Мунфлауэр

Гизатуллина Айгуль Айратовна

Прозвенел звонок, я его дослушала его уже в коридоре, так как выскочила едва он начал давать первые отголоски.

Спряталась в раздевалке – на мой взгляд, хорошее место, чтобы не искали. Туда вообще редко кто заглядывает и крайне редко оставляет вещи, и то только зимой, а сейчас как говорится «не сезон». А уж компашка фифочек вряд ли вообще знает о существовании этого места. Достала из сумки тетрадь по практическим занятиям, психология, и закончила домашнюю работу, ночью которую доделать мне было не судьба.

И вернулась на статистику только после звонка.

К счастью, хоть практика прошла на «ура!». Получив максимальные баллы за таблицы, счастливая, собиралась уже уходить, когда меня поймала налету Урмила.

– Мун, я хотела с тобой поговорить.

Моей первой реакцией было то, что начала мотать головой в поисках Эллин. Но видимо мне опять повезло, ее и след уже простыл – скорее всего, поторопились устраивать козни в других местах.

– О чем? – более дружественно спросила я.

– Во-первых, спасибо, что помогла мне, – тихо, опустив голову, проговорила она.

– Да, забудь! Любой бы так же сделал! – отмахнулась я.

– Нет, не любой, – настояла Урмила.

– Хорошо. Не любой, но самый нормальный человек сделал бы так же.

Она мило улыбнулась, заправив прядь синих волос за ухо.

– Во-вторых, поздравляю с высшим баллом! Ты его заслужила!

– Да, статистика дается мне легко. А тебе, кажется не очень, да? – все же поинтересовалась я.

– Ничего не понимаю в числах, – сказала девушка.

И тут меня осенило: вот как я могу ей помочь, не подпуская близко!

– Хочешь позаниматься со мной? Ну так сказать, подтянуть знания в статистике? – предложила я.

Урмила вся аж загорелась!

– Конечно! – а потом, чуточку успокоившись, – буду рада.

– Вот и договорились. Вот мой номер, – оторвав клочок бумаги из блокнота, написала ей. – Что ж, еще увидимся и созвонимся. Я побежала.

За поворотом отчего-то я повернулась назад и краем глаза заметила, будто Урмила растворяется в воздухе. Ну и почудится же! Видать перенервничала! И не придав этому бреду смысла, дала фору на физкультуру, которая проходила сегодня на улице (сама и не заметила в какой промежуток времени переоделась в раздевалке).

Там меня уже ждали Кэйт и Лео. Подруга делала разминку, а Лео играл на телефоне.

– И снова здравствуй, истребительница бабуль и диких животных! – помахал мне Лео, не отрываясь от экрана.

Я усмехнулась и подошла к Кэйт, которая, прервавшись от растяжки (она пыталась ступней дотянуться до головы, стоя на одной ноге) обняла меня и поцеловала в щеку.

– Как проходит день? – спросила она.

– Что этот день мне еще приготовил, боюсь даже представить, – сказала я, усаживаясь на газон.

– А что? Неприятности тебя сегодня все еще преследуют? – поинтересовалась она.

– Типа того, – ответила я.

– Так, это дух бедного

Бэмби за тобой гонится, – не упустил возможности меня подкольнуть футболист.

Я толкнула его в бок!

– Заткнись, Лео! А то и тебя в приведение превращу! – наехала в шутку я.

– Ну нет, я пас, дорогуша! Меня сегодня еще тренировка ждет. Скоро соревнование, забыла? – отмазался парень.

– Как такое забудешь? Когда выступает легендарный Леонардо Адамс, весь город замирает в ожидании его решающего гола! А потом весь штат пляшет до утра, ведь так, – пришло мое время его подколоть.

– Так и будет, детка, – подмигнул он.

Я знала, что он шутит, знала, что подмигнул он мне дружески, знала, и все равно расплылась в мечтательной улыбке, а бабочки уже танцевали вальс у меня на теле. Чтобы никто не заметил, в особенности сам Лео (и Кэйт в том числе), отвернулась и начала искать нашего физрука. Он как раз собирал нашу группу на середине поля.

Мы, как всегда, размялись, побегали пару километров (в дневном обличье это прямо каторга для меня). И готовились к сдаче норматива по стрельбе из лука.

Когда появилось время, наконец-то, поговорить с Кэйт наедине, быстро ей сообщила:

– А я предложила Урмиле позаниматься на выходных по статистике.

– Кому? – повернувшись ко мне, спросила подруга, – той тупице что ли?

Я, продолжая нацеливаться на мишень, ответила:

– Ну почему ты о ней так, Кэйт? Просто девчонке не везет, и она в числе отстающих, – встала я на защиту Урмилы.

– Да она просто лузер во всех смыслах этого слова, Мун! Ей уже ничто не поможет! Ну, если только ее не шарахнет молния и до нее не дойдет, что нужно меняться и меняться во всем.

– Так, значит, я буду этой молнией, и я ей помогу.

– Послушай, Мунни, она не стоит потраченного на нее усилия и времени. Лучше вон в спорт зал походи, и то полезнее будет, – она выстрелила, попав прямо в цель.

– Да я просто хочу ей помочь, Кэйт! – только сейчас до меня дошло, что мамин благотворительность передалась мне в крови, ибо что еще могло сподвигнуть меня к такому? – Ну почему ты все время против? – я пыталась взять прицел, но все никак не удавалось. – Это мое время и я вольна им распоряжаться как захочу.

Она молчала, рассматривая свои дорогущие кроссы. А потом кивнула:

– Только обещай мне, что она не станет поперек нашей дружбы.

Я посмотрела на нее. И знаете что? Иногда Кэйт бывает невыносимой сучкой, но я знаю, что она меня любит и наша дружба для нее дороже многого.

Я перекинула лук через плечо и уже свободной рукой приобняла подругу, и, целуя ее в щеку, прошептала:

– Ты навсегда останешься лучшей!

Глава 3