Мультипликатор
Шрифт:
– А что, непохож?
– Похож, похож… - хеарх махнул рукой, шмыгнул носом и с утрированным радушием поприветствовал поклоном.
– Ну, здравствуй… Палач. Надеюсь, не по мою душу?
– А что, есть за что?
– Да вроде нет.
– Он улыбнулся, показав ядреные, как у лошади, желтые зубы и представился.
– Меня зовут Мета.
– Я сделал легкий поклон и ответил.
– Панкрат.
– Ну, вот и ладушки. Вот и познакомились. Пошли, посидим, поговорим.
– Я кивнул и направился вслед за Метой.
Все время пока мы бегали, я старался двигаться по кругу и не слишком удаляться от секвой. Но, как оказалось, столовая,
Прошагав километра полтора, мы спустились в глубокое ущелье, по дну которого протекал полноводный ручей. Место для переговоров Мета выбрал очень колоритное. Покрытые различными вьющимися растениями стены - в основном это были орхидеи, плоский овальный валун в качестве стола, плоские камни разной высоты покрытые мхом, маленький, почти игрушечный водопад, падающий на заднем плане, кристально-чистые воды ручья, форель и крупные хариусы в нем. Все складывалось в общую композицию, которой бы бешено аплодировал любой эстетствующий самурай.
Я внимательно оглядел это великолепие и одобрительно кивнул, наблюдающему за моей реакцией хеарху. Тот взял со стола две пустые каменные чаши и наполнил их водой из водопада. Одну поставил на стол для меня, вторую оставил себе. Я пригубил - обычная минеральная вода. Мы уселись - каждый на свой камень. Мета сделал большой глоток, поставил чашу на стол и поинтересовался.
– И какая-такая надобность привела Представителя Богов ко мне в гости?
– Да вот, как человек, которому не чуждо понятие прекрасного, - и я бросил взгляд по сторонам, - решил познакомиться с ярким представителем, который способен создавать вещи достойные восхищения.
– Хеарх прикрыл глазки и я понял, что сумел его удивить комплиментом. Затем продолжил.
– В первый момент нашей встречи я был сильно удивлен. Еще и месяца не прошло, как я сильно повздорил с хеархом Салу. Он не понял мою мятущуюся душу и не оценил мягкий и покладистый нрав. Естественно, для него наша встреча закончилась трагично. Однако, вы сильно похожи… внешне, - и вопросительно посмотрел на Мету. Тот взял чашу, глотнул водички, подумал и выдал.
– От спаривания жеребца с ослицей получается лошак. Они обычно бесплодны и, если берут верх свойства жеребца, то получается - Салу, если ослицы, то - Мета. Здесь, ослица это человеческая женщина, жеребец - пенсар. Что касается Салу из крепости Таши. Я слышал о нем. Мне он глубоко противен.
– Я решил проявить осведомленность и сказал.
– Местные, - я неопределенно махнул рукой себе за спину, - говорили мне, что Салу помесь медведицы и пенсара.
– Чушь и сказки.
– Я кивнул, соглашаясь, и чисто по наитию спросил хеарха о браслетах у него на запястьях. Мета резко замолчал, насупился и минуту сверлил меня недоверчивым взглядом. Затем глубоко вздохнул, успокаиваясь, и сообщил.
– Браслеты сделаны из волшебного дерева магов. Оно растет далеко на полдень, в джунглях. Попадает в мир людей только случайно. Пока оно живое - оно обладает запахом и имеет темно-красный цвет. Если его постоянно носить как браслет, то можно прожить в два-три раза дольше обычного. Точно никто не знает, потому что со временем дерево умирает - теряет запах и приобретает черный цвет. Мои браслеты составные, в свое время мне несколько кусочков дерева подарил жрец храма Голубой горы. Как они попали
– Мета еще раз тяжело вздохнул, расстегнул браслет на левой руке и, пересиливая себя, передал мне посмотреть.
Я принял украшение и повертел перед глазами. Десять кусочков, чем-то похожих на черные кабошоны из обсидиана. Все десять соединены между собой звеньями серебряной цепочки. Девять кусочков черные как ночь, десятый еще имел легкий оттенок красного цвета. Я молча показал на него хеарху и тот кивнул.
– Да, из десяти остался в живых лишь один. Поэтому браслет и не потерял еще колдовскую силу. Как только почернеет полностью - браслет можно выкидывать.
– Я вернул украшение хозяину и посмотрел на него с усмешкой.
Передо мной стояла альтернатива - или еще постараться вытянуть какую-нибудь информацию, или достать брусок и начать торговлю. Ничего не решив, полез в карман, достал серебряный терн и кинул монетку вверх. Поймал, раскрыл ладонь - орел. Значит, начинаем торговлю. Под озадаченным взглядом хеарха, снял рюкзак, достал завернутый в тряпочку кусок дерева, развернул, положил образец на стол и пододвинул его поближе к Мете. Тот схватил брусок дрожащими руками, понюхал, лизнул, ковырнул ногтем, осмотрел со всех сторон и задал мне неожиданный вопрос.
– Кого ты убил, Черный?
– От неожиданности у меня даже отвалилась челюсть. И я уж было хотел громко возмутиться - дескать, честно нашел - век свободы не видать, но поперхнулся. А ведь хеарх-то, прав. Пусть косвенно, но действительно убил, и довольно много народа. Бедные индейцы, которые заступили мне дорогу, они ведь тоже люди, хотя и не ведали, что творят, и напали первыми. Так что, вопрос закономерен и честный ответ на него мне неприятен. А посему, я задал наводящий вопрос.
– Это важно знать?
– Мета посмотрел на меня с превосходством - эдакий сам из себя архангел, белый и пушистый, а мы значит змеюки подколодные у его ног - в дерьме с ног до головы. Хеарх заметил мои душевные метания, усмехнулся и пояснил.
– Черный он потому и Черный, что Палач. Ему прощается все. Так что не тушуйся Панкрат, все путем. Это ничуть не умоляет цены. А она велика!
– слушая эти сентенции, я невольно вспоминал Землю и тамошних общечеловеков-правозащитников, которые с виду так святее Папы Римского, а немного поскобли белый цвет, да загляни внутрь каждому… и увидишь - гной, ложь и полный набор безобразных скелетов в шкафу. Ха, утешитель, блин! Херувим, мля! Видали мы еще и похлеще. Но впрочем, что-то я действительно увлекся. Не ко времени. Лучше попей водички Панкрат и остынь. Подхватив чашу, я сделал несколько глотков. Тем временем Мета размышлял и, видимо, надумал нечто важное, поскольку убрал с лица ухмылочку и спросил.
– Э-э, Панкрат, а этого дерева у тебя много?
– Я решил уточнить.
– Много, это сколько?
– хеарх показал руками длину, ширину и высоту. Получалось, примерно половина моего штабеля и я кивнул.
– Много, - и решил прибавить, - но было еще больше.
– Я посмотрел на Мету и понял, что он сейчас заплачет. Лишь великим усилием воли ему удалось взять себя в руки и он попросил.
– Покажи сколько.
– Я продемонстрировал, для чего мне пришлось, показывая длину бревен, встать с камня. Мета убитым голосом спросил.