Мульт
Шрифт:
Но мы этого уверенно не замечали.
Ни я, устало отошедшая к дивану и рухнувшая на него с протяжным выдохом. Ни Док, добродушно похлопавший Демидова по бедру и поздравивший с новым этапом в его жизни. Ни Егор, легко соскочивший со своего стула и севший рядом со мной, чтобы секунду спустя прижать к себе и шепнуть слова поддержки и благодарности, хотя я не совсем поняла, за что.
Ни Сергей Анатольевич, Семен и Матвей, всё это время также присутствовавшие на операции, но в качестве наблюдателей.
Правда, Сидоренко, которого Савелий
— Необходимо насытить новый хрящ кальцием, причем постепенно, дня за три, чтобы не ошибиться в дозировке. Наступать на ногу всё это время категорически не рекомендую. Затем как минимум неделя реабилитационной гимнастики под присмотром инструктора. Слышите меня, Ярослав?
— Да, конечно.
— В остальном… Идеально. Просто идеально.
Сергей Анатольевич повернулся всем корпусом ко мне и удивил уважительным поклоном.
— Полина Дмитриевна, примите мои искренние комплименты. Не имея в своём арсенале целительской энергии и не переступив порог «ультра», вы совершили поистине невозможное. И я искренне рад, что судьба свела меня с вами. Как ваше собственное самочувствие?
— Я в порядке, — улыбнулась слабо, но удовлетворенно. — Больше волнения, чем слабости. К тому же мы подобрали отличный раствор, работать с ним было одно удовольствие. А учитывая внутренний дар регенерации самого Ярослава — и вовсе легкотня.
Кто-то из парней закашлялся, но я не стала акцентировать на этом внимание, предпочтя сесть ровно. Больно уж Стужев нагло себя вел, продолжая обнимать. Хотя я и повода-то не давала!
— В общем, три дня вам на стабилизацию, Ярослав Ефимович, — обманчиво строго обратилась я к пациенту, — а потом милости просим на выращивание левой ноги. Договорились?
— Договорились, Полина Дмитриевна, — чуть дрогнувшим голосом, но вместе с тем не теряя достоинства отозвался Демидов. — Спасибо вам. Я ваш вечный должник.
Не зная, что на такое ответить, я просто кивнула, затем покосилась на Стужева и, отметив его глубокую задумчивость, решила ковать железо, пока горячо.
— Егор, какие планы на вечер?
Он перевел на меня заинтересованный взгляд.
Пф! Размечтался!
— Взаимопомощь. Помнишь?
В его глазах мелькнула досада, но лишь на миг. Уже в следующую секунду рядом со мной сидел настоящий профессионал.
— Сегодня?
— Да, пока есть время. Сам знаешь, надо пользоваться моментом. Или ты устал?
— Нет. А ты?
— Поем и буду готова к новым свершениям, — заверила его.
— Хорошо. Давай ближе к восьми. И ещё…
Он посмотрел на меня, затем на мужчин, которые помогали спускаться Ярославу, затем снова на меня и его взгляд обрел особую глубину и суровость.
— Полина, ты осознаешь, что именно сейчас сделала?
— Конечно. — Я обманчиво беспечно пожала плечами. — Помогла хорошему человеку. А в чем проблема?
— Ну, как тебе сказать, — хмыкнул. — В том, что это уникально? До сегодняшнего дня я слышал лишь о трех
— Большим спасибо от Ярослава? — улыбнулась со смешком, а потом закатила глаза. — Ну всё-всё, не думай, что я дура. Да, я понимаю. И что? Глупо не помогать людям только потому, что этого больше никто не умеет. Тем более я не одна и не беззащитна. Я графиня, рядом вы, за спиной министерство. Вы ведь не дадите меня в обиду?
И посмотрела так бесхитростно, как только могла.
— Зараза… — усмехнулся, произнеся то ли мой позывной с восхищением, то ли оскорбление с нежностью. — Конечно, не дадим. Но пока никаких отчетов в министерство и новых экспериментов. Док, слышишь? Сначала закончим с Ярославом от и до, затем решим, что со всем этим делать. Подобные знания точно не для широкой общественности. Нам не нужны толпы неадекватных калек, осаждающих особняк. Нужно отработать методику, понять оптимальный алгоритм действий и то, можно ли в этом обойтись без тебя. Только усилиями целителей.
— Нет, — качнула головой. — Точно нет. Прежде всего это регенерация и импульс морфизма. Без них конечность не начнет расти.
— Всё равно будем думать, — возразил Стужев. — А ты напиши мне отчет. От и до. Чтобы нам было о чем думать. Договорились?
— Ненавижу бюрократию, — скривилась, но кивнула. — Напишу. Завтра.
— Хорошо. Завтра. Идем ужинать?
Ха! Вот с этого и надо было начинать!
Правда, когда мы вышли из операционной, моё внимание привлек Прохор, степенно беседующий с курьером, обнимающим внушительный букет. Оказалось, что парню дали задание вручить презент лично и он ждет меня уже сорок минут, отказываясь оставлять цветы и уезжать.
Крупные алые розы в количестве не меньше полусотни, они были туго перевязаны широкой алой лентой и выглядели красиво… Но в целом вызывающе.
— От кого это? — поинтересовалась с легким напряжением.
— От княжича Долгорукого, — с достоинством ответил курьер, протягивая мне букет. — Примите, пожалуйста.
— От княжича?
Не знаю, что удивило меня больше. Его намерения или его двуличие. Но это было так неожиданно, что первые три секунды я просто растерянно моргала, впрочем, не протягивая рук, чтобы принять презент, а потом и вовсе нервно хохотнула и мотнула головой, отступая.
О, нет-нет. Я в такие игры играть отказываюсь. Понятия не имею, что он задумал, но нет. Нет на всё!
— Молодой человек, — обратилась я к растерянно замершему курьеру, — я не приму этот букет. Уходите.
— Но как же… Мне велено!
— Я отказываюсь принимать это, — я брезгливым жестом указана на ни в чем не повинные цветы. — Личность дарителя не вызывает у меня теплых чувств. Посему покиньте мой особняк и впредь не смейте ничего приносить от княжича. Я понятно изъясняюсь?
— Но мне велено… — парень явно ощущал себя в высшей степени неловко. — Я обязан…