Мстящая
Шрифт:
В тот момент мы были где-то под знаменитыми камнями. По крайне мере, я так полагала. С того момента, как мост Клэренса выкинул нас в подземный туннель, я вообще ни в чем не могла быть уверена.
И вот тогда я задумалась, что немного взрывчатки возможно и не было бы таким уж риском.
– Смотри, — сказала я, светя своим фонариком впереди нас, – Туннель просел.
Луч моего фонаря играл на груде камней, которая достигала потолка туннеля. И сквозь ее трещины и щели пробивался слабый свет.
–
Она карабкалась, а я освещала путь.
– Ничего не вижу, — сказала она, – И я не могу сдвинуть эти чертовы булыжники.
Я вздохнула.
– Спускайся. Может, есть другой путь.
И следуя за лучами света, мы поползли в противоположном направлении. Но мы не ушли далеко, в основном потому что, как только мы приближались к груде камней, мою руку начинало жечь, а когда мы отдалялись, боль слабела. Теперь, однако, я надеялась, что мы сможем походить вокруг и найти источник боли.
Разве это не звучало, как песня в стиле кантри?
По этой причине, я чувствовала, как будто вся моя жизнь была кантри песней. Своего рода печальное рыдание по потерянной любви и доверию, и всей подобной слезливой ерунды. А еще я была на чеку, в любую секунду ожидая увидеть Дьякона. Потому что исходя из того, что я увидела в голове демона, Дьякон Кэмпфайр был гораздо более заинтересован в этой реликвии, чем показывал.
Более того, демон, казалось, верил, что Дьякон знает, где третий кусочек. И если это был наш случай, то это вполне объясняет, почему Клэренс не хотел, чтобы Дьякон умер. Случись что со мной, и Дьякон может остаться единственным источником информации.
Но вот чего я не понимала, так это почему Дьякон позволил оставить мне первый кусочек реликвии. Если уж он был заинтересован собрать их, то почему же он тогда не сделал все, что было в его силах, чтобы забрать у меня ожерелье в Китае?
Я потянулась, чтобы дотронуться до ожерелья, понимая, что Дьякон все очень умно разыграл. Если он не знал, где был второй кусочек, то ему нужна была я, чтобы найти его. И это означало, что как только я найду кусочек номер два, очень вероятно, что Дьякон собирался выпрыгнуть и постараться забрать реликвии у меня.
Черт бы побрал его гнилую душонку. И черт бы меня побрал, за то, что запала на него.
Но у меня не было много времени, чтобы бранить себя или Дьякона, потому что Киэра подошла к тупику напротив меня.
— Здесь, — сказала она низким голосом. Она нашла трещину в камне, формой, как замочная скважина, но высотой с невысокого человека.
— Она идет насквозь? – спросила я, освещая темноту.
— Думаю, да. Смотри, — она покрутила свои фонарем и луч, казалось, отразился от чего-то, создавая впечатление открытого пространства, а не следующей за этой пещеры.
— Там ничего
Вскоре я поняла, что могу видеть и без луча моего фонарика.
– Выключи свет, — сказала я, делая то же самое.
Она это сделала, а затем удивленно вздохнула. И я тоже. Мы стояли в пещере кристаллов, и какой-то неизвестный источник света освещал кварц, который покрывал стены и потолок, заставляя это место сиять так, будто оно пришло из книг о небесах.
– Забираю слова назад, — сказала она, – Забудь дурацкие старые камни. Это восхитительно.
Я беззвучно согласилась. И так как моя рука снова начала гореть, я поняла, что мы прибыли в нужное место.
– Это здесь, — сказала я.
Она посмотрела на меня.
– Ты уверена?
Я вытянула свою руку.
– Сильно бо-бо. Я уверена.
— Ну и где? – она закружилась, как и я, осматривая место. Она была права. Здесь действительно ничего не было, что бы напоминало реликвию, – Может, тебе еще походить вокруг? А вдруг твоя рука начнет по-настоящему болеть где-нибудь?
Я не была в восторге от этого плана, учитывая размеры комнаты, но так как у меня не было другого, я сделала, как она посоветовала – и поняла, что мы не заметили с первого взгляда.
— Киэра, — позвала я, – Иди сюда.
Она поторопилась ко мне.
– Оу, — сказала она, ее голос наполнился страхом, – Вот оно.
Я нашла символ, вырезанный в полу. Геометрический узор, полностью повторяющий дизайн, выжженного посреди моей руки узора.
— Что теперь?— спросила она.
— Не знаю, — ответила я честно, – Но могу догадаться.
Я вошла в центр и достала нож. Быстрым движением я полоснула по символу на руке, вздрогнула, а затем вытянула ее так, чтобы кровь стекала на пол, на символ, вырезанный в полу.
Мгновение ничего не происходило, и я испугалась, что слишком быстро решила, что моя кровь снова была решением. А затем пол начал трястись и символ начал подниматься. Я отпрыгнула в сторону и встала рядом с Киэрой, наше оружие наготове, в то время как камень поднимался как кухонный лифт, являя лестницу под собой. Мы посмотрели друг на друга, а затем осторожно последовали вниз.
Мы оказались в маленькой пещере, снова кристальной.
Но в этот раз мы были не одни.
Старик с бородой, длиною с его руку и слезящимися глазами, уставился на нас сквозь танцующее пламя.