Мститель

Уоллес Эдгар Ричард Горацио

— ответил он. — Меня, по правде, всегда удивляло, почему Пенн позволяет пользоваться своим парком для съемок, но теперь я понимаю. Говорю вам, не нравится мне он. В этом замке на каждом шагу какие-то секреты.

Майкл самодовольно улыбнулся.

— Один из этих секретов будет раскрыт сегодня ночью. Я подвергну Грифф-Тауэрс небольшому осмотру, не спрашивая разрешения сэра Грегори Пенна. И если я найду то, что рассчитываю, Грегори Пенн проведет остальную часть ночи в наручниках и под замком!

17. НОЧНАЯ РАЗВЕДКА

Майкл Бриксен выписал из Лондона

тяжелый чемодан с нужными вещами. Около получаса он возился над приведением их в порядок, когда хозяин гостиницы доложил ему, что из гаража привели нанятый им мотоциклет.

Подвязав дорожный мешок к плечам, Майкл сел на машину и выехал из города, делая круг и направляясь к Доуэр-Хаузу. Не доезжая до усадьбы Лонгваля, он сошел с мотоциклета, спрятал машину в кусты и дальнейшую часть пути преодолел пешком.

Было около одиннадцати часов вечера, когда он подошел к стене парка, поминутно оглядываясь, чтобы не натолкнуться случайно на Бага. Калитка, выходившая в поле, была заперта. Майкл предвидел это. Из мешка « за спиной он вынул веревочную лестницу с приделанными к ней стальными крючьями. Забросив крючья на стену, он в одно мгновение перелез на другую сторону и очутился в парке.

Пробираясь тем же путем, каким он проходил здесь на рассвете, держась в тени кустов и деревьев, он приблизился к замку и остановился у края площадки перед входом в башню. Дверь была открыта, и на пороге стояли два человека. Один из них был Пенн, второго же он узнал только тогда, когда тот заговорил, — Самсон Лонгваль!

— Думаю, она скоро поправится. Раны воспалены и очень болезненны. Можно подумать, что какой-то зверь исцарапал ее лапой, — сказал Лонгваль. — Надеюсь, я облегчил ее страдания, сэр Грегори, хотя, повторяю, вот уже почти пятьдесят лет как я забросил медицину и никого не лечил.

Итак, старый Лонгваль был доктором!

— Моя машина отвезет вас, — предложил сэр Грегори.

— Нет, нет, я пойду пешком, благодарю вас. Это недалеко. Спокойной ночи, сэр Грегори.

Баронет, пожелав гостю счастливого пути, вошел обратно в дом, и Майкл услышал шум задвигаемых засовов.

Настало время действовать. Майкл осторожно размотал веревочную лестницу, стал в тени дерева и ловко забросил крючок на каменный выступ окна. Расстояние было высчитано правильно. Лестница не доходила до земли всего на пару дюймов. Ловко перебирая руками узлы веревки, он за несколько секунд добрался до окна. Окно было закрыто. Но запор был несложен и прост. Прошло еще несколько секунд, створы окна распахнулись, и Майкл, перебравшись через подоконник, очутился на узкой каменной лестнице, проделанной в стене.

Вынув карманный электрический фонарь, сыщик осветил лестницу. Внизу видна была крошечная дверь, выходившая, насколько можно было догадаться, в приемный зал. Напрягая память, Майкл вспомнил, что в этой части зала стена была завешена тяжелой портьерой. Он спустился и убедился, что дверь была заперта на ключ. Вынув из кармана связку отмычек, он провозился с замком несколько минут, прежде чем удалось его отпереть. Дверь была открыта, и часть дела, таким образом, была сделана. Теперь можно было сравнительно безопасно идти вверх и обследовать верхнюю половину башни.

Вверху лестницы

Майкл наткнулся на дверь, остановился и, затаив дыхание, прислушался. Кто-то двигался за дверьми. Слышно было мягкое шлепание ночных туфель. Шум удалился. Осторожно потрогав ручку, Майкл убедился, что дверь не заперта. Приоткрыв ее ровно на дюйм, он заглянул в щель и увидел перед собой часть комнаты.

Это была небольшая, совершенно пустая комната, если не считать низкой железной койки в углу. На койке лежала женщина. К счастью, она лежала спиной к двери и не могла видеть Майкла. Судя по черным, как смоль, волосам и темному цвету руки, свисавшей с койки на пол, она не была европейкой.

Женщина глухо застонала и повернулась. Теперь Майкл мог видеть часть ее лица. Он сразу узнал черты, которые видел на экране в лаборатории Небворта. Женщина была молода и по-своему красива. Глаза ее были закрыты. Она, по-видимому, стонала во сне.

Майкл бесшумно раскрыл дверь и вошел в комнату. Но едва сделал шаг, как увидел, что ручка двери на противоположной стороне комнаты повернулась. Мгновенно он потушил фонарь и одним прыжком вернулся обратно на лестницу.

Это был Баг. Обезьяна была в синей блузке и синих штанах. В громадных лапах она держала поднос с едой.

Баг бесшумно подошел к постели и поставил пищу на табурет у кровати. Молодая женщина открыла глаза и с восклицанием, полным ужаса и отвращения, отодвинулась к стене. Обезьяна, очевидно, привыкшая к такому приему, спокойно поправила одеяло на кровати и бесшумно удалилась.

Майкл снова вошел в комнату и, не обращая внимания на больную женщину, прямо подошел к двери, за которой скрылся орангутанг. Дверь была полуоткрыта. Майкл просунул голову в щель и заглянул. В шести шагах от него стоял Баг, нюхая воздух и вытянув по направлению к нему голову.

Майкл быстро захлопнул дверь, бросился обратно на лестницу и захлопнул вторую дверь. В двери не было ключа. Не теряя ни секунды, он скатился вниз по лестнице. Нужно было во что бы то ни стало избежать встречи, которая обнаружила бы его присутствие в доме.

Бежать через окно было невозможно. Единственным выходом была нижняя дверь. Хваля свою предусмотрительность, Майкл толкнул дверь и очутился в приемном зале. Двух секунд было достаточно, чтобы поставить на место чугунные болты и повернуть ключ в замке. Майкл перевел дыхание и прислушался. За запертой дверью послышались быстрые шаги и сопение зверя, уткнувшегося мордой в замочную скважину.

Первым делом было обеспечить отступление. Стараясь не шуметь, Майкл снял болты и засовы с входных дверей, отперев их, проверил, хорошо ли они открываются, и затем направился по коридору в кабинет сэра Грегори.

Опасность заключалась в том, что его мог увидеть кто-нибудь из темнокожих слуг. Но на этот риск нужно было идти. Во время прошлых посещений он заметил, что рядом с кабинетом была небольшая комнатка неизвестного назначения, отделенная от кабинета висящим ковром. Он благополучно проник в комнату. Из-за ковра доносился звук голосов… Майкл осмотрелся. Рядом с дверью, завешенной ковром, находилось окно; оно было открыто и выходило прямо в парк. Этот путь также мог пригодиться на случай бегства.