Мраморный рай
Шрифт:
Гул нарастал, постепенно перекрывая гудение рельсов. В нем уже можно было различить потрескивание и объемное «пу-уф», «пу-у-уф» воздуха. Столб огня шириной и высотой с туннель медленно двигался в их сторону, и было в этой неторопливости нечто жуткое, завораживающее; огонь словно бы говорил: дергайтесь, пробуйте найти убежище… все равно вам от меня никуда не скрыться!
Первый легкий жар притронулся к лицу Сергея. Он все продолжал рыскать лучом по стенам, метнулся вперед и назад, но вокруг не было ничего, что могло бы стать убежищем хотя бы для одного путника. Хотя бы для мальчишки.
А ведь Денис был прав, подумалось
— Денис! Иди сюда! — крикнул Макс.
В луче его фонаря чернильным пятном обнаружилась небольшая выемка в правой стене туннеля. В самом низу… Канализационное отверстие? Какая разница!
Мальчик посмотрел на отца и помотал головой.
— Быстро, — сказал Сергей и подтолкнул сына. — Макс! — крикнул он. — Спаси пацана, прошу…
— Да пошел ты… — процедил товарищ по оружию. Теперь Сергей отчетливо ощущал несущийся горячий воздух, выметавший из-под ног мелкие камешки. Гудение рельсов полностью перекрывалось ровным, мощным и страшным гулом приближающегося огня. И тут он увидел. Господи, как же раньше-то…
Сергей метнулся к темному проему. В него вполне можно было забиться целиком, спрятаться и переждать огонь. Он посмотрел на противоположную стену. Макс втиснул в выемку Дениса, а сам заслонил ребенка собой, постаравшись как можно глубже убрать лишь голову, — спина и ноги выпирали наружу.
Что-либо менять в их диспозиции было поздно: прибытие огненного поезда ожидалось с секунды на секунду. Сергей полез в темный проем…
И тут же мощный удар ногой в лицо заставил его вывалиться наружу. Ничего не понимающий, оглохший и ослепший на мгновение, он снова оказался в туннеле; его осыпал град горячих камешков; открыв глаза и повернув голову, он увидел мрачное и величественное зрелище, адов огонь: огромный, ревущий столб, переливающийся внутри черным, желтым, оранжевым, выпускающий перед собой огненные щупальца… Огонь был уже совсем близко.
Сергей, как одержимый, пополз к своему убежищу, ухватился за черный бетонный угол руками, стал подтягивать тело… Все решали мгновения… Он чувствовал, как чьи-то костлявые руки — не самой ли Смерти? — отдирают его пальцы от бетона… и тут же, собравшись, бросил тело вперед, толкнулся руками, ударил в темноту выемки ногой (раздался вопль, едва слышимый за нарастающим гулом). Сергей вжался в нишу…
И в тот же миг огненный столб, ревя, воя, плюясь камнями, обдавая нестерпимым жаром (Сергей закрыл лицо руками), захлестывая щупальцами пламени, медленно и величаво, как истинный властелин туннеля, прошел по тому самому месту, где Сергей только что находился.
На миг Сергей почувствовал себя в аду… И провалился в небытие.
— Нет тут никого, — сказал Макс.
Сергей в обнимку с сыном сидел, прислонившись спиной к правой стене туннеля. Мальчик прижимал к лицу отца марлю со слабым раствором перекиси из аптечки, полученной в «Новогиреево». В воздухе стоял жар от прокатившегося «дыхания дракона». Макс в обожженном до черноты на спине, ягодицах и икрах камуфляжном костюме, кряхтя и матерясь, лазил в нише, светил фонарем.
— Нет тут никого, — повторил он. — И, скорее всего, не было никогда.
— А ногой в морду я сам себя двинул… — устало и невнятно прошамкал Сергей из-под марли.
Макс опять закряхтел, заматерился, но вылезать не спешил.
— Задница
— Уж сгорела вся, — ответил Макс беззлобно и показался наружу. — Кое-что нашел… Посмотришь? Да отпусти ты его! — сказал он Денису.
— Не могу, — твердо сказал мальчик. — Папа ранен.
— В голову. Давно, еще при рождении. Он не ранен, он с раной. — Макс хрипло хохотнул.
Звучало похабно, но не обидно.
Сергей отодвинул руку сына, не с первого раза поднялся и пошел к противоположной стене. Макс посветил ему в лицо и сказал:
— О-о… И так-то писаный красавец, а теперь вообще все девки твои…
— Я их буду завлекать и уговаривать, чтобы тебе порты на заднице штопали, авось, какая-нибудь дурочка поведется, — парировал Сергей и опустился на корточки. — Что у нас здесь?
Максов фонарь осветил довольно глубокую — в ней легко могло поместиться трое человек, — но небольшую по ширине и высоте нишу в бетонной стене. Ниша действительно была пуста, спрятаться в ней было негде.
— Смотри сюда, — сказал Макс.
Он заскользил лучом по стенам, освещая пустые пыльные бетонные поверхности… и вдруг луч словно провалился. В углу, у самого пола, обнаружился незаметный лаз. Макс очертил лучом его контуры. В лаз мог проникнуть далеко не каждый ребенок, а уж взрослый и подавно.
— Куда он может вести? — пробормотал Сергей.
— На Кудыкину гору, — сказал Макс. Он протиснулся в нишу поближе к лазу, светя фонарем. Луч доставал недалеко, осветил низкий бетонный потолок, пол, уходящий под небольшим наклоном вниз, и стены. Из лаза не доносилось ни звука.
— Я был прав, — сказал Сергей. — Здесь кто-то был, двинул мне ногой в лицо, а получив сдачи, убрался через лаз.
Макс посветил на него фонарем и дернул головой:
— Ну и рожа у тебя, Коломин, ох, рожа… Может, попросим Дениса — пусть исследует, куда твой обидчик мог деваться?
— С ума ты сошел? Никуда я его не отпущу! Да и времени у нас совсем нет.
Макс полез наружу; Сергей последовал за ним.
Как и рассказывал усатый коренастый боец, знаток легенд метро, огонь прошел, и скоро все в туннеле стало таким, как до его появления; если бы не жар в воздухе, обгоревшие куртка и штаны Макса, Сергей мог бы подумать, что все это ему привиделось… Просмоленные шпалы, к примеру, совсем не пострадали.
Выбравшись в туннель, Макс стал хлопать себя по ногам и бокам, отряхивая годами копившуюся в нише пыль.
— Да ладно, не выпендривайся, — сказал Сергей.
— Скоро станция. Не могу же я выглядеть, как бомж какой-то… — ответил Макс, мельком глянул на Сергея и невозмутимо добавил: — Как ты, например.
Сергей осветил себя. Весь его прежде относительно чистый камуфляжный костюм был в серо-черных грязных разводах. Он тоже начал отряхиваться.
Лицо болело и жгло. К тому же стала ныть и дергать рана в плече. И вообще, чувствовал он себя прескверно: на борьбу с невидимым врагом ушло много сил; понятно, что действие транквилизаторов заканчивается, он начинает слабеть. Впереди — завершающий участок трассы, на котором определится: он обогнал смерть, спас Возницына, а тот, в свою очередь, вытащил его, Сергея… либо костлявая вышла вперед и преградила дорогу, как попыталась сделать это только что, во время «дыхания дракона». Пока ему удавалось опережать главного противника. Но станет ли везти и дальше?