Мракоборец 2
Шрифт:
— Бежим, — сказал я, выходя из машины. — Поезд вот-вот тронется.
Мы, не теряя времени, помчались к перрону. Действительно, там царил дурдом: множество людей бегало с чемоданами, разыскивая свои пути. Лина наклонила голову, пытаясь что-то разглядеть, а я вслушивался в общую какофонию.
На табло высвечивались отправления, я в спешке ловил глазами направления. И вдруг заметил в дальнем конце пятого пути состав, который уже выпустил клубы дыма и вроде как должен тронуться. Туда и поспешили. Но когда мы почти добрались, услышали прощальное шипение,
— Стой! — выкрикнула Лина, голос сорвался в крик. Она бросилась вслед вагонам, но понятно, что машинист на крик реагировать не станет.
— Проклятье, — прошипел я, оглядываясь. Скорость набиралась, вагоны уходили вперёд.
Я уж думал развернуться к машине, собираясь обогнать поезд и встретить его на следующей станции. Но вдруг состав резко дёрнулся и встал. Тормоза заскрипели, и громоздкий локомотив уткнулся носом в воздух. Лина замерла, переведя дыхание.
— Быстро, идём! — крикнул я, подавая Лине знак. Мы рванули вдоль вагонов, при этом замечая группу азербайджанцев, стоявших дальше у платформы. Я узнал среди них Сухбана — того самого, который когда-то неслабо на меня злился. И всё же сейчас он, увидев меня, выглядел не враждебно, а решительно.
— Ваших рук дело? — спросил я, подбежав к ним и кивнув в сторону остановившегося поезда.
Сухбан удовлетворительно кивнул и неожиданно для меня расплылся в улыбке. Похоже до него дошла вся серьёзность ситуации.
— Пятый вагон, восьмое купе. Мой человек смотрит за ним. Ты вдарь там ему как следует.
— По-другому и не умею, — коротко отрезал я.
Я зашагал к нужному вагону, мельком глянув на Лину: она шла за мной, в глазах страх и решимость перемешались. Если это действительно Давид, он не сдастся без боя. Силы у него много.
Я открутил крышку двух колбочек: «Защитник» и «Жажда крови», глотнул залпом, чтобы быть в форме. Сейчас нужна была максимальная боеготовность.
— Выглядишь, как будто собрался убивать, — сказала Лина, заметив мои манипуляции.
— Стараюсь готовиться ко всему, — бросил я.
Лина прикусила губу, молча кивнула.
Я ворвался в вагон. Люди высовывались из купе, испуганные внезапной остановкой. В коридоре бегали проводницы, кое-где пассажиры ругались, что поезд задержали. Я не стал на них даже смотреть, двинулся к нужному купе.
— Восьмое… — пробормотал я, читая цифры на дверях. — Вот оно.
Как только моя ладонь коснулась ручки, я услышал за закрытой дверью шебуршение и почувствовал запах озона. Резко дёрнув дверь в сторону, я не остался в проходе, а резко спрятался за стеной. И как раз вовремя, потому что оттуда вылетел стремительный поток воздуха, который под давлением впился в окно напротив. Стекло треснуло, а потом содрогнулось под натиском и лопнуло.
Глава 3
C перрона слышался приглушённый гул паники — толпы пассажиров в спешке покидали его, столпившись у турникетов.
Давид понял, что мы вычислили его, и решил не мелочиться. Да и чему удивляться?
Сейчас, сидя здесь, в вагоне, он не надеялся на мирный разговор: видел меня в окно, как бегу по перрону, и приготовился к схватке. Ему не впервой применять магию на полную.
Прикрыл веки, сосредоточился. Сквозь едва уловимую рябь эфира ощутил пространство купе: тесное, узкое, там остался только один человек — Давид, стоящий в центре.
Где-то за моей спиной звучали голоса — пассажиры сбегали, некоторые кричали, потому что чувствовали, что внутри вагона происходит нечто сверхъестественное.
Я набрал в грудь воздух:
— Сдавайся, Немирович! — рявкнул в приоткрытую дверь, стараясь перекричать грохот. — Все уже знают, кто открыл разрыв. Думаешь, тебе удастся сбежать — ошибаешься!
Ответа не последовало. Вместо этого наверху послышалось лёгкое свистящее движение эфира. Я мгновенно упал на пол, точно предчувствуя, что сейчас полетит. И в тот же миг над моей головой пронёсся раскалённый огненный снаряд — он сшиб обгоревшую обшивку стены на пути и вылетел наружу, ударив в стекло окна. Осколки посыпались на платформу.
— Вот ублюдок, — выдохнул я, поднимая взгляд.
В дверном проёме ещё сохранялась дымка от взрыва. Я криво усмехнулся, раздражённо ощутив, как быстро Давид перешёл в открытую конфронтацию.
Сложив пальцы в привычную руну «Борн», я вдарил в дверной проём. Причём не точечно, а разбросом — чтобы охватить всё купе, максимально вывести из строя вещи, которыми он мог прикрываться. Ткань сидений, пластиковые полки, обломки фанеры — пусть летят во все стороны. Давид наверняка наложил щит, и я понимал, что прямым ударом его не возьму. Но если я внесу как можно больше хаоса, тогда…
Взрыв вышел громче, чем я ожидал: стена ещё больше пробилась, коридор заволокло пылью. Лина, которая притаилась сбоку, закрыла нос рукавом. А я сразу закинул другой козырь: вытащил блокиратор магии. Тот самый, что одолжил у патрульных), активировал и швырнул в купе вслед за своей волной «Борна».
Раздался негромкий хлопок, а эфир вокруг расползался в разные стороны. Я ощутил, как магические вибрации становятся глухими, почти выхолощенными — всё, Давид на время лишён своего самого сильного козыря.
Дольше тянуть было нельзя. Я ворвался в пыльное пространство, чувствуя, как под ногами хрустят обломки: куски стекла, металлические стойки, сорванные полки. В центре купе я увидел Давида: он стоял, пошатываясь, с перекошенным от злобы лицом. Ему явно досталось от моей хаотичной атаки, но щит спас. Однако с исчезновением магии он остался уязвим.
— Ты! — прорычал он, подбирая эпитеты.
— Я! — кивнул. Словесные препирательства меня сейчас не волновали. Я рванул вперёд, намереваясь вырубить его одним мощным ударом в челюсть, но он оказался шустрее, чем смотрелся. Уклонился, прикрыв голову рукой — хоть и повёрнутой набок, но всё же ухитрился отступить на шаг.