Мрак
Шрифт:
Охотничий домик внутри был похож на Администрацию, разве что лестниц и коридоров в разы меньше, да и народа Син пока не заметила. В комнате, куда её привёл Дэй, уже сидела Изольда, запрокинув ногу на ногу, попивая ароматный чай из красивой сервизной кружки.
— А вот и ты! — радостно пропела Изольда. — Присаживайся.
— Мы будем заниматься прямо здесь? — настороженно спросила Син, оглядывая маленькую комнатку.
— Конечно, а ты ожидала увидеть школьную парту? — Дэй весело улыбнулся,
— Ты, наверное, замерзла, — Изольда с виноватым видом разливала горячий чай по кружкам, взмахами маленькой и изящной ручки.
— Я уже разобрался с этим, — Дэй подмигнул девушке.
Син наблюдала за ними двумя, поражаясь. Они выглядели как самые обычные люди. Увидев их на улице, она бы никогда и не подумала, что они могут сотворить что угодно из воздуха. И в какой-то мере ей было неловко сидеть вместе с ними. Она ощущала себя двоечником, которого оставили после уроков, ведь он не может потянуть даже элементарную школьную программу.
— Син, — голос Изольды прервал раздумья девушки. — Для начала нам нужно заставить твою магию проявиться.
— А вдруг её и вовсе во мне нет ни капли.
Дэй тихонько усмехнулся.
— Ты — дочь двух сильнейших магов — такого не может быть. Случаи пятьдесят на пятьдесят бывают лишь в семьях, где один родитель маг, а второй нет, и то такие семьи редкость.
На секунду Син задумалась.
— Все только и говорят об их величии, но я даже представить не могу из какой семьи я на самом деле, — она грустно выдохнула, подпирая щеку ладонью.
Изольда и Дэй молча переглянулись.
— Джонатан Дальстен — сразу родился особенным. Его семья из поколения в поколение занимала почетное место в Высшем Эшелоне, благодаря своим исключительным способностям, — начал Дэй.
— Амелия Дальстен, в девичестве Дюруа, — сирота, воспитанница одного из домов Аркетт. В эти дома попадают дети магов высших сословий, в случае их гибели. Её родителей забрала хворь от проклятья, — продолжила Изольда.
— Твоя мать была исключительно пробивной женщиной. Она добилась одного из главенствующих мест в Эшелоне собственными силами.
Син слушала это всё, а её сердце предательски ёкало. Для неё это были просто мама и папа, которые любили и растили её, а на деле этих людей знали почти все в магическом мире. Узнавая о них все больше, раны на душе Син начинали кровоточить сильнее. В её памяти всплыл разговор с воспитательницей из приюта:
— Глупая, почему отказалась поговорить с этими людьми? Может, наконец выбралась бы отсюда.
— Зачем я людям, готовым отдать мне свою любовь? Я ведь не готова полюбить их взамен, у меня уже есть родители.
Маленькая ручка Изольды мягко легла на плечо Син, вырывая её из
— Всё хорошо, милая?
Син кивнула, выдавливая из себя подобие улыбки.
— Тогда начнем?
Дэй всё это время молча наблюдал за Син, тонущей в собственных воспоминаниях. Ему было жалко девчонку.
— Итак, закрой глаза и представь, как в твоей ладони разгорается огонь.
Син закрыла глаза, держа руку ладонью вверх перед собой. Глубокий вдох, затем выдох. Она представила уголёк из камина, лежащий у нее на ладони, который вот-вот снова окутает пламя.
Шла минута, вторая, но никакого тепла на ладони не ощущалось. Открыв один глаз, она с разочарованием посмотрела на Изольду.
— Ничего не происходит.
— Это нормально, — махнул рукой Дэй. — Чтобы моя магия проявилась, отец бросил меня одного посреди леса в метель.
Син глянула за окно, на лес, утопающий в снегу, и поморщилась, вспоминая холод и приют. Не хотелось бы ей остаться посреди метели и замерзнуть насмерть.
— Представь, как достаешь прямо из недр маленькую искру и несешь её сквозь туман.
Изольда закрыла глаза, выдохнув. В её ладони заискрился маленький огонёк мутного цвета.
— Это самый простой тест для проявления магии.
Син попыталась еще раз. Глубоко дыша, она представляла себя, идущую по туманному лесу с пустым фонариком в руке. Она искала ту самую маленькую искорку, прячущуюся где-то. Заглядывая под каждый камень, она звала её, но ничего не происходило.
Син не сдавалась, пытаясь снова и снова. В одну из попыток ладонь начала нагреваться, но постепенно это тепло начало обжигать.
— Чёрт!
Син вскочила, тряся рукой, ругаясь себе под нос. Нежная кожа ладони покраснела. Дэй подошёл, беря её за запястье, осматривая красный след.
— Ты злишься, — покачал головой парень. — Не надо, только хуже сделаешь.
Он достал из кармана маленькую черную шайбочку, отвернув крышку Дэй аккуратно нанёс содержимое на красный след. Холодок стал приятно пощипывать кожу, ожог успокаивался и бледнел.
— Обычная мазь, но помогает хорошо, — он убрал шайбочку обратно в карман. — Лучше?
— Спасибо. В очередной раз, — Син благодарно кивнула.
Обида и злость от собственной бесполезности копилась в ней, готовясь вот-вот переполнить чашу и политься через край. Сколько всего можно сказать про её родителей, а она что? Даже собственную магию пробудить не может.
«Позорище» — пронеслось у Син в голове.
Изольда всё это время стояла у кофейного столика, тщательно смешивая что-то.
— Вот, — блондинка протянула Син чашку с чем-то крайне ароматным. — Лавандовый чай с мелиссой. Думаю, на сегодня достаточно.