Мрак
Шрифт:
— Дура! Идиотка малолетняя! Куда нам их брать, а? Ты сама еще черт знает куда едешь, куда этих бедолаг-то потащим? Кому они нужны сейчас? — Я практически орал в голос, еле сдерживаясь, чтобы не выпустить весь магазин в потолок. Ну не могу я ее оставить, не могу!
— Если по дороге попадется какая-нибудь деревня с нормальными жителями, там мы и выйдем — Семен сделал ко мне еще шаг, и еще.
Я снова поднял опущенный, было, пистолет и практически упер его в лоб старику.
— А и стреляй, сынок. Хоть быстро умру, и первым, уже не так плохо. А ты ж все-равно девчонок не бросишь,
Договорить я ему не дал. Без размаха двинул ему в челюсть — не чтобы сломать, просто от избытка эмоций. Тут же подорвались сестрички, но я уже отошел на шаг назад.
— Сссука, засунь свои психологию и философию себе в задницу. Быстро собрались и бегом за мной! Кто отстанет — тот остается здесь, ждать никого не буду!
Развернулся и вышел на улицу. Нет, ну какого хрена??? Ксюша, дура бесхребетная, язык вырву! Вскоре на свет божий показались все остальные — первая секретарша, за ней Семен и последними сестрички. И все побросали с трудом нажитые стволы в доме!
— Вы адекватные вообще? — Взревел я — Выбросите нахрен свои трусы и картошку, что вы там набили в мешки свои сраные! Подхватили стволы и рюкзак Макса, убогие! Да куда ты — это уже к Ксюше, начавшей разворачиваться. Она была единственная, кто был нагружен нашим имуществом. — Эти пусть тащат, хоть какая-то польза!
— Но… — начал, было, Семен, но я тут же перебил.
— Говно! Взяли и бегом за мной!
Путь до оставленного УАЗика был близкий, но все время приходилось ждать кого-то — что дед, что девчонки не поражали формой и расстояние примерно в километр мы преодолевали минут десять. Ей-богу, руки чесались начать отвешивать поджопников, но держал себя в руках, нарезая широкие круги вокруг отряда. Отряд, тьфу… Скорее, на французов под Москвой похожи. Вот бы мне сюда Муху вместо них…
В машину залез последним, дождавшись когда все загрузят поклажу и залезут сами — мало ли, кто вылезет, обидно было бы нарваться в самый последний момент. Бешенство потихоньку отступало, хоть и не до конца, но хотя бы пропало желание кого-нибудь покалечить. Запрыгнул за руль, натянул перчатки, позаимствованные из запасов старика — все же на улице зима, абез лобового руль стал ледяным. Завелась машины с полпинка, хрустнул коробкой…
— А где Максим? — Раздался сзади голос одной из сестричек, которые до этого не проронили ни звука, даже когда я матерился по дороге на черепаший темп.
— Он осознал свои ошибки и решил, что больше нам не по пути — буркнул я и все же тронулся.
Спустя пару минут подал голос Семен:
— Сынок…
— Пошел в задницу! — Тут же перебил я его. Не уперлись мне ни его благодарности, ни извинения.
Дед помолчал, но опять начал:
— Погоди, сынок, дай сказать! — И даже чуть повысил голос в конце. — По делу я.
— Ну?
— Нельзя нам на трассу выезжать, никак нельзя! — Старик для убедительности даже затряс головой мне в зеркало.
— Почему? Я доходил до выезда, там никого нет, а кордон стоит правее, где развилка.
— Там, может, и есть, но основные силы в другой стороне, на мосту через Анюшку, в километре отсюда. Знают, сволочи, что там с дороги не съехать и не объехать никак…
—
— К той общине в “трешке” прибился не так давно парнишка, так его как раз там и остановили и машину забрали, он рассказывал. И его бы забрали, да он инвалид одноногий. Не знаю я, что предложить, но вот так точно нельзя. И машину отберут, и самих в неволю угонят. Разве что пешком по лесу обойти, на машине точно не проедем никак…
Сука! Налево я как раз далеко не ходил на разведку, потому что там нечего было смотреть, как я думал. Все же на стыке двух довольно крупных трасс стратегически более выгодная позиция, но мост меняет дело. Но хрен там я брошу машину, не для этого я столько времени терял…
— Как там они расположились, знаешь, старый?
— Да откуда мне! Так, слышал только, что перегородили мост и всех тормозят, а уж как стоят мне и не говорили, да и не интересно. А что ты удумал?
— Не твое дело — весьма невежливо бросил я и задумался.
Сейчас я вспомнил мост, видел на карте, его и правда никак не объехать. Хоть он совсем крошечный, как и речушка — метров пять шириной максимум, но не зря всегда мосты и переправы считались стратегическими объектами. Но непонятно, как там вояки расположились, надо идти смотреть, а там уже на месте чего-нибудь придумаю. Как раз уже почти темно и облачно. Только вот несколько боязно тут попутчиков оставлять. Можно ли теперь доверять Ксюше? Или опять выберет не мою сторону? Да нет, не думаю. Все ж Макс тоже пытался ее склонить на свою сторону, а то что ехать отказалась — так это, скорее, добросердечная дура, не вижу я в ней предательницу. И с собой ее брать не хочу, черт его знает, что я там придумаю.
До выезда на трассу доехал на самых низких оборотах и без фар, чтобы не заметили ни откуда, и съехал в лесок, чтобы посреди дороги не светиться… Дал наставления секретарше, всех остальных пристегнул наручниками и велел сидеть тихо, а сам отправился на разведку. Надеюсь, мертвяков хоть здесь не попадется, а то неловко получится.
Мертвяк попался. Но абсолютно не помешал — он сидел на цепи у блок-поста на мосту и всячески пытался достать до клетки с запертым там здоровенным бородатым парнем, который никак не реагировал на него, только обхватил себя руками и сидел, покачиваясь. Ну да, хоть и в пуховике, но замерз, поди, в одном положении находиться.
Впрочем, блок-постом это можно было назвать весьма условно — просто дорогу перегораживал самосвал КамАЗ, вставший поперек злополучного моста, и чуть ближе на обочине стояли старый ЗИЛ-131 с КУНГом и полугрузовой УАЗ-”буханка” цвета хаки. И с лобовым, кстати… Блин, заманчиво, особенно КУНГ, там же вполне можно жить, и зомби, поди, не страшны.
Оборвал эти мысли — рано еще, непонятно, что будет и как тут все поставлено. Я устроился метрах в пятидесяти от машин на опушке леса и наблюдал их вполне сносно — и ЗИЛ, и КамАЗ стояли с включенными фарами и явно никого не боялись и не стеснялись. Ну конечно, почти власть же, кто им будет угрожать, дураков нет. А вот и не угадали, есть дураки. Один, как минимум.