Может сейчас

Гувер Колин

– Зато было весело, – говорю я с улыбкой. – Не каждый день я вычеркиваю из своего списка сразу два пункта.

Он отодвигает обе наши тарелки к краю стола и наклоняется вперед.

– И что же еще есть в твоем списке?

– Вегас. Северное сияние. Париж. Вполне заурядные желания.

Я не могу признаться ему о надежде, что он будет номером восемь в моем списке. Мы сегодня так хорошо повеселились, что я хотела бы все повторить. Но я не могу просто потому, что нам было так весело сегодня вечером. Я провела всю

свою взрослую жизнь в отношениях. И больше этого не хочу. Даже несмотря на то, что он слишком хорош, чтобы быть реальным человеком.

– Почему же ты не женат? – спрашиваю я его.

Он закатывает глаза, как будто этот вопрос смущает его. Он ставит перед собой стакан с водой и отпивает из него, чтобы еще несколько секунд не отвечать на вопрос. Когда он выпускает соломинку из губ, то пожимает плечами.

– А почему бы и нет.

Я смеюсь. Полагаю, моя реакция вполне ожидаема. Парящий в небе, гоняющий на Тесле симпатичный кардиолог не сидит дома вечерами по пятницам.

– Ты что, казанова?

Он качает головой.

– На самом деле все наоборот. У меня только что закончились отношения, которые длились очень долго.

Я не ожидала такого ответа.

– Как долго ты с ней встречался?

– Двенадцать лет.

Я бормочу, кашляя:

– Двенадцать лет? Сколько же тогда тебе лет?

– Двадцать девять. Я начал встречаться с ней еще в школе.

– Могу я спросить, почему вы расстались или ты хочешь сменить тему разговора?

Джейк качает головой:

– Я не против поговорить об этом. Я съехал примерно полгода назад. Вообще-то мы были помолвлены. Я сделал ей предложение четыре года назад. Мы откладывали свадьбу, потому что ждали, пока закончим ординатуру.

– Она тоже врач?

– Онколог.

Чёрт побери. Я вдруг чувствую себя такой... зеленой.

Я только-только защитила диплом, а тут он с бывшей невестой, с которой вместе учился в медицинском университете, спасают жизни. Я подношу стакан к губам и делаю глоток, пытаясь запить собственную неуверенность в себе.

– Это было обоюдное решение? – спрашиваю я его.

Он резко опускает взгляд на свои руки. В следующее мгновение муки совести мелькают на его лице прежде, чем он отвечает:

– Не совсем так. Примерно через двенадцать лет я понял, что не хочу провести с ней всю оставшуюся жизнь. Я знаю, это звучит ужасно, особенно после того, как я жил с ней довольно долго. Но по какой-то причине выбор расстаться казался намного привлекательнее, чем провести с ней остаток жизни.

Почему мне близко все, что он говорит? Я ловлю себя на том, что мне хочется поднять руку и провозгласить: «Аминь», как в церкви.

– Я абсолютно понимаю, каким трудным это было решение.

Джейк наклоняется вперед и складывает руки на столе. Он на мгновение задумчиво наклоняет голову, а затем говорит:

– Я много размышлял, прежде чем порвал

с ней. Помню, как спрашивал себя, о чем я буду жалеть больше. Закончить что-то хорошее, боясь потом раскаяния? Или провести остаток жизни в сожалениях о том, что у меня не хватило мужества завершить что-то просто из-за страха разочароваться? Я сожалел бы в любом из этих вариантов, поэтому я решил прекратить отношения. И это было нелегко. Но я скорее пожалею о том, что сделал, чем о том, что не сделал.

Я пристально смотрю на него, но мне приходится отвести свой взгляд, потому что во мне снова возникает то чувство желания, чтобы он был не просто парнем на одну ночь.

– Как долго ты встречалась со своим парнем? – спрашивает он.

– Почти шесть лет.

– Вы расстались по твоей инициативе?

Я на мгновение задумываюсь над его вопросом. Глядя со стороны, я бы сказала, что да. Но зная ситуацию изнутри... не совсем уверена.

– Не знаю, – признаюсь я. – Он влюбился в другую девушку. И это не было похоже на какой-то бурный скандальный роман. Он хороший человек и в конце концов выбрал бы меня. Но он сделал бы свой выбор по неправильным причинам.

Джейк выглядит удивленным.

– Он изменил тебе?

Я ненавижу это слово. Я ловлю себя на том, что качаю головой, хотя он так и поступил. Ридж изменил мне. Это выставляет его изменщиком, но все не совсем так.

– Измена – это такой уродливый термин для обозначения того, что произошло, – на мгновение задумываюсь об этом, помешивая соломинкой напиток в своем стакане. Затем я смотрю на Джейка и говорю, – Он... связан с ней на более глубоком духовном уровне. Называть его изменщиком – это оскорбление, которого он не заслуживает. Он пересек черту с кем-то, с кем почувствовал связь. Мы просто оставили все как есть.

Джейк некоторое время наблюдает за мной, читая выражение моего лица.

– Ты можешь не говорить об этом, если не хочешь. Я просто нахожу очаровательным, что ты говоришь так, будто не ненавидишь его.

Я улыбаюсь.

– Он один из моих лучших друзей. И он старался поступить по чести. Но иногда правильное оказывается неправильным.

Джейк борется с улыбкой, как будто он впечатлен этим разговором, но не хочет показывать этого. Мне это нравится. Мне нравится, что он мне интересен. И мне нравится, что я ему интересна.

Он все еще смотрит на меня, как будто хочет услышать больше, поэтому я продолжаю:

– Ридж пишет песни для группы. Около двух лет назад группа выпустила новую песню, и я никогда не забуду, как впервые услышала ее. Ридж всегда присылал мне песни перед их записью, но по какой-то причине он никогда не присылал мне конкретно эту песню. После того, как я скачала ее и прослушала, я сразу поняла, почему он никогда не отправлял мне ее. Все потому, что он написал ее о нас.

– Песня о любви?