Моя жена стриптизёрша

Кружнов Андрей Эдвардович

ПЯТАК. У тебя чё заело, что ли? (Седому.) Любит по-турецки словечко вставить. (Геле, дурачась.) Киргуду бам-бар-бирья.

ГЕЛЯ. Повторяю для особо продвинутых – сделайте моё помещение свободным! (Демонстративно указывает на дверь.) Иначе это сделаю я.

Седой направляется к выходу.

А ты куда? Это я

Пятаку говорю. Давай, Пятаков, одевайся потеплее и к Ларусику под крылышко, под юбочку… А то она опять на меня ведро помоев выльет.

Пятак идёт к двери и одевается, прихватив с собой баклажку с пивом. Геля помогает ему одеваться.

ПЯТАК. Я ей вылью, блин… Уволю из ларька, будет выпендриваться.

ГЕЛЯ. Смотри, как бы тебя не уволила. Иди.

ПЯТАК (останавливаясь на пороге). Это чё, вы тут без меня гульбанить будете?

ГЕЛЯ. Человеку с дороги отдохнуть надо. Никто гульбанить не собирается. Всё, Пятак, отчаливай.

Геля выпроваживает Пятака и закрывает за ним дверь.

СЕДОЙ. Значит, можно пожить?

ГЕЛЯ. Живи. Спи где хочешь. Хочешь в этой комнате, хочешь в этой. Хочешь в зале ложись.

СЕДОЙ. А ты где спишь?

ГЕЛЯ. На диване. (Показывает на диван.) Рядышком хочешь?

СЕДОЙ (не замечая услышанного). Ноутбук я могу здесь оставить?

ГЕЛЯ. Не поняла.

СЕДОЙ. Ну, просто я смотрю ходят тут всякие… (Пытается отшутиться.) А потом трусы пропадают.

ГЕЛЯ. Пятак мой любовник, он спички не возьмёт.

СЕДОЙ. Я не помешаю?

ГЕЛЯ. Не бойся, я давно его послать хотела – ты вовремя подвернулся. Бизнесмен, блин. Два ларька в Зелёном посёлке держит: в одном жена торгует, в другом тёща. А сам бухает. Только от скуки и терплю его.

СЕДОЙ. Значит, есть на что бухать. (Достаёт из сумки ноутбук и кладёт на стол.)

ГЕЛЯ. Ух ты – «ай би эм»! Оттуда?

СЕДОЙ. В Москве, с рук взял. На новый денег жалко. Впереди ещё трат до чёрта – виза, билеты, переезды…

ГЕЛЯ. Седой, давай так уговоримся. Как видишь, я женщина современная, за собой слежу. Не обабилась.

СЕДОЙ. Ну да.

ГЕЛЯ (передразнивая). Ну да, ну да… Ко мне молодняк клеится, за ровесницу принимают – «девушка, а девушка, познакомиться можно?» Сороковник мне разве дашь?..

СЕДОЙ. Это к чему щас?

ГЕЛЯ. К

тому. Я человек прямой и говорю всё в глаза, как есть.

СЕДОЙ. И?..

ГЕЛЯ. За квартиру мне денег не надо, придёт квитанция за ЖэКэХа – оплатишь. Не бойся, мой хауз /англ. Дом/ недорого обходится. Ну, еда и выпивка с тебя ещё. Пойдёт?

СЕДОЙ. Пойдёт. Что: за пивком сгонять?

Геля отрицательно качает головой.

Перекусить чего-нибудь?

ГЕЛЯ. Тостами и апельсином обойдёмся.

Геля демонстративно открывает холодильник настежь, где в абсолютной пустоте красуется одинокий апельсин.

Пустой холодильник – секрет фигурности. Моей. (Достаёт апельсин и кладёт на тарелку. Чистит и разламывает его на части, читая стихи.) Купила мама апельсин, много нас, а он один. Эта долька для меня, эта долька для мента, эта долька для Седого…

СЕДОЙ. А эта для мужика кривого… Там другие слова были.

ГЕЛЯ. Не нравятся стихи, разливай виски.

Седой наполняет стопки.

СЕДОЙ. У тебя дети есть?

ГЕЛЯ. Вот ещё. Головная боль.

СЕДОЙ. А работаешь где?

ГЕЛЯ. В домбыте и в гортопе.

СЕДОЙ. Любовник кормит?

ГЕЛЯ. Пятак, что ли? Да жмот он, даже к пиву рыбки не взял. Пока доллары свои проедаю, дальше гляну что к чему.

СЕДОЙ. Я так и подумал. Где работала?

ГЕЛЯ (жеманно закатывая глаза). Фух! Иде я тока не работала. (Загибает пальцы и вспоминает.) Год в Греции, год на Кипре… год в Испании, полгода в Португалии… чуть-чуть в Италии, два года в Болгарии, четыре в Турции… ну да. Всё вроде вспомнила.

СЕДОЙ. Богато. А я только в Штатах. Четыре года.

ГЕЛЯ. Зато в Штатах. У меня все девки знакомые мечтали в Штаты попасть.

СЕДОЙ. Чего ж не попали? Клиентов везде полно.

ГЕЛЯ. Саш, ты чё? Мы же не проститутками работали.

СЕДОЙ (смешавшись). Да я не про это имел в виду.

ГЕЛЯ. Ладно, проехали. Ты помнишь в юности как я танцевала?..

СЕДОЙ (цокая языком от восхищения). М-м!

ГЕЛЯ. Правда, в ансамбль «Берёзка» не попала. Сказали, для народников фактура слишком сексуальная…