Моя воля

Нэльте Нидейла

Сафира задумалась, вспоминая объяснения Лунара. Значит, мама Араса с Арайей потеряла контроль над силой, а возможно, и память. Или наоборот, что-то узнала…

— Думаешь, это как-то связано? — прервала гнетущее молчание Сафира. Арайя повела плечами, вздохнув. — Надо, наверное, Лунару будет рассказать.

— Надо, — согласилась Арайя. — Я же не знала, что у вас там такое творится.

— А что с Фааром?

— Нашла, — откликнулась Арайя. — Недалеко от Мемориала, в одной из улочек. По-моему, что-то искал.

К нему подошла какая-то женщина…

— Женщина? — удивилась Сафира.

— Молодая. Я была далеко, да и в машине, о чём говорят не слышала, но показалось, он удивился. А потом позвонил Арас, и я бросилась сюда.

— Он говорил, никого не знает. А она не из тёмных? Может, какая-нибудь подруга Марьялы?

— У та-арр почти нет друзей, друг с другом тоже не могут долго контактировать: один обязательно подавляет другого. Нет, она была не тёмной. Волосы, кстати… — Арайя бросила взгляд на Сафиру: — Слу-ушай! Я подумала, она крашенная, а может просто такая же, как ты? Пряди двух цветов, тёмно-каштановый и ещё какой-то зелёный, искр я не видела, но при свете дня и издалека могла просто не заметить. У вас есть зелёные?

— Сине-зелёный — редкий цвет. Цвет тех, кто работает с драк-конями. Но у нас вроде никто больше не пропадал… хотя, как знать. Малит была одноцветной, и ещё Тельра. Я не спрашивала у Лунара, какие у неё цвета, кроме кобальтового. В любом случае три. — Сафира с удовольствием не спрашивала бы и дальше. Но, видимо, придётся.

— Чем нам поможет сержант Дархан? — поинтересовалась предводительница после паузы.

— В охрану не берут людей с силой ниже определённого уровня, а у него вообще очень высокий, его специально сегодня в смену поставили.

— Специально? — хмыкнула Сафира. Глаза закрывались, но вслушиваться и поддерживать разговор она пока ещё пыталась.

— Ну… — в голосе Арайи проскользнуло смущение.

— Мне предстоит… допрос?

— Ты только не обижайся. У тебя же нет документов, ничего пока… кроме ливен-ра. Это, конечно, тоже неплохая гарантия и эээ… удостоверение, но всё-таки не достаточное. Поэтому ты пока числишься как часть эксперимента под непосредственной ответственностью Лунара. Без него тебя, ну если не случится чего-то из ряда вон выходящего, трогать не станут.

— До сих пор не случилось? — хмыкнула Сафира, стараясь не задумываться о своём статусе. Быть невестой всё же, как оказалось, приятнее, чем экспериментальным экспонатом.

— Якобы, всё под контролем. И им достаточно моих показаний.

— Что ты рассказала?

— Про сон о Марьяле, и что снятся странные — только я без тебя не перескажу. Может, спросят. Они знают, что за тобой охотились. Про имя, про то, что ты не могла проснуться. Кстати, Дархан помог — позвал как-то особенно.

— Про Фаара?

— Тоже пришлось… Выслушала, конечно, много… а по глазам всё недосказанное поняла, — усмехнулась

Арайя. — Иногда хорошо быть дочерью делегата Регионального Совета и сослужительницей Храма. Меч, я видела, уже у тебя. Им интересовались, но я тут ничем не помогу, напомнила, что такой же в лаборатории. О гнаране спросила — вроде бы с ним порядок, только нервный слегка. Ну и… думаю, Велта рассказала, что мы видели в зеркале. Не спрашивали ещё, но мне так показалось. Сафира, ты спишь?

— Нет, — пробормотала предводительница, сопротивляясь из последних сил.

— Лунар… так странно, не могу понять, почему всё ещё выскакивает блок на его имя. Разве ты до сих пор не знаешь? Или это остатки?

— Не знаю что? — переспросила Сафира. И вдруг поняла… Все эти напряжённые взгляды, ожидание, да и его собственная реакция… Но ответить так и не успела, сон накрыл неудержимой волной.

— Девке не место среди сволоты…

Ворчание сопроводил скрежет уходящего в ножны клинка. Кадим открыл дверь, впустил прибывших. За окном вечерело, вызывая смутное ощущение, что времени прошло довольно много. Но эта мысль не показалась важной.

Лунар внимательно осмотрелся. На единственной кровати лежала Лиссанна, по-прежнему без сознания, но в чистой одежде и простынях. Посреди комнатушки стояла лохань с остывающей водой.

— Откуда деньги взял? — поинтересовалась Китилья, направляясь к кровати.

— Лиарке много всякого надарили, она и не пользовалась.

— Украл без спроса, значит?

— Приказа не брать не было, — пожал плечами мараг. — А ей, — кивнул на лежащую, — нужен уход.

— Как тебе удалось? — поинтересовалась Китилья, проверяя у девушки пульс.

— Мы же с тобой её нашли, пока вас ловили — вернулся. Сбежали, прятались, но это не дело — то в седле, то на земле. Добить проще.

— Иногда полезно к другим прислушиваться, — проворчала Китилья. — Полетел бы со мной, как просили, может, уже давно дома были бы.

— Что ж вы так задержались-то? — ехидно отозвался Кадим. — Я уже который день бегу от погони, а дурацкие приказы лиарки вроде “не прикасайся к женщинам” дело не облегчают.

— И как ты их обходил? — полюбопытствовала Китилья, сняла с Лиссанны простыню, наскоро оглядывая. Девушка оставалась всё такой же бледной, но без видимых повреждений.

— Приказ найти и забрать — последний. А с прикосновениями мы уже давно придумали, — Кадим бросил взгляд на Лунара. Тот подошёл к окну, осматривая окрестности.

— Нужно уходить. Что-то мне не нравится… ищут нас.

Китилья приблизилась, всмотрелась в небо.

— Вы вдвоём? На гнаране?

— На машине, надо придумать, как с гнараном быть. Конный отряд ждёт в срубе.

— Зачем? — хмыкнул Кадим.

— Планы изменились, — отозвался Лунар. — Давайте вы летите, а я заберу животное. Не бросать же.