Моя воля

Нэльте Нидейла

— У меня есть время подумать?

— К сожалению, леди. Дожидаться вашего жениха мы не планируем.

“Не специально ли удерживает его Хэл? — мелькнула мысль. Возможно, всё изначально было разыграно? Или Адам мог получить приказ через загадочный “Круг”?”

— В таком случае, возможно, вы не откажете мне в ответе?

— Спрашивайте.

— Если все наделённые силой входят в Круг, вы должны знать, кто стоит за исчезновением драгоценностей и… бывает в той разрушенной церкви.

Тайру слегка сузил глаза, не отводя взгляда.

— Видимо, я обязан поблагодарить

вас за информацию, леди. Как только узнаем, обязательно вам расскажу. А все предположения, с вашего позволения, оставлю пока при себе.

Квазо поднялся, почти в тот же миг дверь отворилась, пропуская нескольких охранников.

— Я вынужден поторопить вас, леди.

— И что мне нужно сделать?

— Идёмте со мной.

Сафира бросила взгляд в окно. Так хотелось верить, что сейчас откуда-нибудь появится Лунар, разгонит всех этих людей, настолько увлечённых своими проблемами, что, сами того не замечая, создают дополнительные.

Предводительница поднялась, мысленно пытаясь прикоснуться к фитарели воина, вспомнить контакт. Но нельзя было ослаблять внимание и к окружающему, поэтому углубиться в ощущения не удавалось.

Тайру вывел её через верхнюю дверь, но повёл не так, как шли сюда, а к узкой винтовой лестнице, уходящей на несколько ярусов вниз. Каменные стены дышали холодом, создавая гнетущее ощущение неприступности. Один из охранников спускался впереди, Тайру и остальные — сзади.

Неприятного вида массивная железная дверь напомнила о темнице дривов, откуда они с Китильей и Кадимом вытащили Лунара. Сафира не ошиблась: когда створка бесшумно открылась, даже не скрипнув смазанными петлями, глазам представилось мрачное помещение, предназначение которого не вызывало сомнений.

В камерах лиаров, и то было уютнее: там всегда поддерживалась чистота, пленникам подавалась вода, помещения проветривались. Здесь же стояла застарелая прелая вонь, по стенам расползались влажные пятна грибка, а устрашающего вида орудия даже у предводительницы вызывали приступы тошноты.

Острое осознание опасности заставило снова призвать мысленно марага. На этот раз привычного ругательства не послышалось: то ли контакт был слабым, то ли наоборот, Кадим успел заметить, где она.

Тайру расценил заминку по-своему, приостановился, давая время осмотреться и оценить. Сафира не спешила переступать порог. И не сразу узнала свернувшуюся на каменной скамье женщину в заляпанной грубой серой рубахе. Та подняла голову, из-под спутанных волос сверкнули ненавистью глаза.

— Мадам Кальян? — изумлённо пробормотала предводительница. Перевела взгляд на Тайру.

— Мадам Кальян поехала в южное имение, — холодно отозвался тот. — Мало ли что могло случиться по дороге.

Сафира нахмурилась: и много ли пропавших девушек приписывают не тем, кто повинен в их исчезновении? Как же страшно, наверное, жить в таком мире, не имея возможности опереться на ведущую силу и устои собственного народа.

— За что вы её так?

— Для ритуала нам необходима ненависть недруга, леди.

Предводительница снова нахмурилась. Всё-таки большинство обрядов родного мира базировались

на добровольном согласии. Энергия ненависти, возможно, и сильнее, но куда менее управляема. Да и сила её спорна: желание творит порой чудеса, в отличие от нежелания.

— Вы не ту выбрали, — скривилась Сафира.

— Разве? — приподнял бровь Тайру. — Из-за вас она лишилась милости короля. А кроме того, пыталась завладеть вашим женихом.

— Не заметила, — пожала плечами предводительница, не позволяя ревности взять контроль над разумом. — К тому же, мой жених не позволит никому собой “владеть”.

Женщина села, звякнула цепь. Сафире захотелось добавить сверху и от себя: она же даёт шанс к спасению, а мадам Кальян только всё портит!

“Им нужна твоя ненависть, так не показывай её!” — хотелось закричать.

— Если вам необходим действительно недруг, разыщите того, кто украл мою цепочку, — произнесла предводительница, отчаянно надеясь, что не сделает хуже.

— На это нет времени, леди. Заходите, — Тайру попытался взять девушку за локоть, но она резко вырвала руку:

— Вы омерзительны!

— Вы не правы, леди, — устало вздохнул глава “тайной канцелярии”. — Если вы действительно были королевой своего народа, то должны знать, что ради общего блага иногда приходится делать нелицеприятные вещи.

— А иногда общим благом хорошо их оправдывать! Я туда не пойду.

— Не вынуждайте меня применять силу, леди.

Не нужно было спускаться по этой мрачной лестнице, ведь ясно же, что ни в какое хорошее место она привести не могла! Но прорвавшись мимо стражи, возможно, удастся сбежать. Если бы не это неудобное платье, да и туфли далеки от привычных специальных сапог.

Не оглядываясь, Сафира наскоро прикинула, кто из воинов где должен стоять, у кого можно попытаться выхватить оружие. Первый — Тайру, без его приказов они, возможно, побоятся её убивать.

Резкий выпад, предводительница метнула ставшую уже привычной искрящуюся силу сразу двумя руками. Тайру отлетел к противоположной стене, забился в судорогах. Стараясь не выпускать его из поля зрения: вдруг защита всё-таки сработает, предводительница резко развернулась.

Воины, вышколенные и бесстрастные, оказались готовы. Ощетинили мечи, плавно окружая. Сзади оставалась дверь темницы, и отступать предводительнице совсем не хотелось. Ещё один рывок, прикосновение к ближайшему лезвию, разряд…

Воин ухмыльнулся. Что не так? Перчатки? Специальные, как-то задерживают силу, называемую “током”? И, похоже, у каждого: перестраховались после вчерашнего.

— Зря вы это, леди, — раздался сзади голос. Боковым зрением предводительница увидела, что Тайру поднимается. Резко бросилась вперёд, под меч ближайшего, осознавая, как мало шансов.

Ей даже удалось — вывернуть руку, выбить оружие, не зря столько времени провела на тренировках. Но перехватить не успела: оставшиеся бросились на неё, в доли секунды предводительница приняла решение бежать по лестнице. Приподняла подол, успела сделать почти половину оборота, когда сверху послышались шаги и голоса. Девушка притормозила. Подкрепление.