Моя судьба

Га?бро Амелия

Но я не могла ошибиться. Его поза, движения, аура – были всё те же. Это был он. Мой зеленоглазый.

Он стоял около ворот небольшого трёхэтажного коттеджа. Который, на удивление, не охранялся королевскими гвардейцами.

Мне хотелось крикнуть, подбежать, ударить его. Хотелось посмотреть в светло изумрудные глаза и узреть в них сожаление. Я жаждала увидеть, как чувство вины разрывает его при виде меня.

Я сделала шаг из темноты переулка, как вдруг двери дома открылись. Прильнув к холодной кирпичной стене, я увидела Франциску. Она вместе с тремя незнакомцами спускалась

по лестнице к воротам. Лицо Франциски было сдержано. Лица других скрывали серебрянные маски. Они отражали лунный свет так ярко, что на них было невозможно посмотреть. В голове промелькнула мысль, что подобный приём повстанцами был сделан намеренно. Дабы во время сражений противник не мог задержать взгляд.

Я знала, кому принадлежала эта идея.

Низ живота стянуло от внезапного осознания.

Зеленоглазый повстанцем.

Нижняя губа предательски дрогнула. Я зажала её между зубами, сдерживая нахлынувшую злость. Как давно он был повстанцем? Он сблизился со мной из-за моей семьи? Я так много ему рассказывала. Абсолютно ничего не скрывала. Я читала зеленоглазому редкие письма сестёр из Адории. Пересказывала разговоры тёти Вероники, которые подслушивала во время её встреч с вождями кланов Горных Вершин. Рассуждала с ним о политических стратегиях отца и короля Жерома. Открыла сердце. Я считала его лучшим другом. А он использовал меня. Наши занятия были для него идеальным способом вытянуть информацию из наивной тринадцатилетней девочки. Которая была настолько одинока, что зацепилась за первого, кто проявил интерес.

– Готовы? – спросила Франциска.

– Все на местах. – кивнул зеленоглазый. – Ждём твоей команды.

Я обхватила себя руками.

Голос, как холодная смерть.

Его голос стал грубее, ниже и мужественнее. Но ровность тембра осталась такой же таинственно притягивающей.

– Ин.

Франциска повернулась к женской фигуре. По сравнению с двумя другими широкоплечими повстанцами, она была тоненькой и хрупкой.

– Иди с братьями к остальным. Сообщи, что действуем по плану. Начинаем в полночь.

Ин кивнула.

– Ти и Ри , на вас огромная ответственность. Если вы ошибётесь, мы умрем.

Франциска посмотрела на мужчин. Они выглядели устрашающе. Намного страшнее, чем зеленоглазый. Ти и Ри были на голову выше и шире его в несколько раз.

– Фран, не переживай!

– Поверь. Мы устроим им горячую ночьку!

Братья синхронно засмеялись. Они держали в руках кинжалы в форме полумесяцев и были точной копией друг друга. Движения, стойка, голоса – были неоспоримыми доказательными их родства.

– Мы справимся, – Ин положила руку на плечо Франциски. – Сегодняшняя ночь станет началом конца.

– Надеюсь, не нашего.

Франциска похлопала Ин по предплечью.

– Поспешите! Осталось мало времени.

– За предводителя!

Ин положила кулак правой руки на сердце.

– За свободу!

Одновременно прокричав, Зеленоглазый, Франциска, Ти и Ри повторили жест девушки. Ин с братьями побежали в строну переулка, в темноте которого скрывалась

я. Повернувшись спиной к приближающимся повстанцам, я села на землю и укрылась плащом. Прижавшись к стене, я замерла. Повстанцы пробежали так быстро, что меня обдуло созданным ими ветром. Три фигуры скрылись в ночной темноте.

– Как она себя чувствует?

Услышав ровный голос зеленоглазого, я повернулась.

– Кто именно? – спросила Франциска. – Любовь твоей жизни? Или Вивьен Гроссо?

При упоминание моего имени, я поднялась на ноги.

– Обе. – ответил он.

– Что ж, – начала она, – любовь твоей жизни ненавидит дворец и всех его обитателей. Её проблемы с агрессией с каждым днём становятся всё хуже. Но она сдерживается, прекрасно играя свою роль.

– Вивьен? – спросил он.

Внутри всё затрепетало. Слышать собственной имя из его уст было необъяснимо волнительно.

– Она ничего не знает. – ответила Франциска. – Проводит дни, наивно веря, что Николас выберет её. Влюбленная в принца, как и все остальные. Вивьен не является угрозой для нашей миссии.

Каждое слово Франциски было ложью.

– Я видел её. – признался он.

Я замерла. Задержала дыхание. Провалилась в омут собственных страхов, осознав. Наблюдавшим за мной повстанцем, которого ранее заметила Люси, был он.

– В чёрном плаще. Это была она.

Франциска смотрела ему в глаза и молчала.

– Что она здесь делает? Не является угрозой?

Зеленоглазый приблизился к Франциске. Но она не отступила. Выдерживая пристальный взгляд изумрудных глаз, она подняла голову и невозмутимо ответила:

– Ты обознался.

– Я бы ни с кем её не перепутал.

– Признай уже наконец. – Франциска ткнула указательным пальцем ему в грудь. – Ты так жаждешь встретить Вивьен, что начинаешь видишь её повсюду.

– Хочешь сказать, мне показалось?

– Абсолютно. – она кивнула. – Мираж твоего больного подсознания. Не в первый раз.

– Это тоже мираж?

Зеленоглазый поднял руку, облачённую в чёрную кожаную перчатку, и указал на меня.

Повернувшись, Франциска встретилась со мной глазами. Её былое спокойствие пропало. Недовольство, тревога и страх отразились на лице девушки.

Я намеренно вышла из тени переулка. Намеренно попалась ему на глаза. Я больше не могла скрываться. Мне было невыносимо сдерживать то, что я мечтала сделать последние несколько лет.

– Вивьен.

Франциска отрицательно мотнула головой, догадываясь, что могло произойти. Но было слишком поздно для бессмысленных предупреждений.

Я посмотрела на зеленоглазого, в надежде узреть сожаление, испуг, раскаяние. В надежде увидеть хоть что-то. Но он не доставил мне подобного удовольствия. Он не смотрел на меня.

Зеленоглазый стянул с плеча Франциски кожаную сумку с длинным ремешком, похожую на мешок, и открыл её. Внимательно изучив содержимое, он кивнул. Затянул мешок и сжал его в руках. Он всеми силами старался не смотреть на меня, но я чувствовала, как он этого хотел.

– Я передам предводителю.

Зеленоглазый напряжённо выдохнул.