Моя любимая девочка
Шрифт:
– Коротков Виталий Владимирович, – отрапортовал Коротков.
– Вы обнаружили труп?
– Я, – мрачно ответствовал шеф-повар и опустил голову.
Это показалось капитану Молчалину подозрительным, и он продолжил задавать вопросы. В принципе, они были обычными и ничего особенного не таили, но тут вступила соседка Короткова, которая эмоционально рассказала, что именно Коротков и зарезал женщину.
– У него нож в руке был, я сама видела… Вы посмотрите, посмотрите, какие глаза у него! – с некоторой опаской говорила Наталья Петровна. –
– Вас не спрашивают, – едва сдерживаясь, прокаркал Коротков.
– А я вам скажу больше – он и меня бы прирезал, – настойчивую Наталью Петровну остановить было сложно.
– Да какое прирезал! Что вы ее слушаете, она уже из ума выжила! – сорвался-таки Коротков.
– Вы брали нож? – строго спросил капитан Молчалин.
– Я? – уточнил на всякий случай Коротков. – Я?
– Да вы, вы! – нетерпеливо подтвердил Молчалин.
– Брал, – признался Коротков.
– Зачем? Это ваш нож?
– Это не мой нож.
– Так, пиши, – обратился к своему помощнику Молчалин. – Нож не его. А чей он?
– Да я откуда знаю! – загорячился Коротков. – Я только тело перевернуть хотел, чтобы рассмотреть, кто это!
– Зачем? – не отступал Молчалин.
– Вы где живете? – вступил в допрос еще один оперативник. – Работаете где?
– Документы ваши… – послышался еще один голос.
– Слушайте, задавайте свои вопросы по очереди, а то я не знаю, кому из вас отвечать, кто тут у вас главный, – вконец возмутился Коротков.
– Ваши документы, – махнув рукой остальным, произнес Молчалин.
Коротков вынул из кармана паспорт и протянул его капитану. Тот очень внимательно сверил фотографию с оригиналом и пришел к выводу, что они очень сильно отличаются.
– Да я это, кого хотите спросите! – продолжал горячиться Виталий Владимирович, сильно напоминая в этот момент киношного Ивана Васильевича Буншу. – Хотя бы жену мою!
– Так, ладно, – махнул рукой капитан. – Давайте приступайте к осмотру, а вам придется проехать с нами в отделение. Пальчики снять, и все прочее. И вам тоже, – указал он пальцем на соседку Наталью Петровну.
В этот момент на лестничную площадку вышла жена Короткова и, увидев мужа, тут же открыла рот:
– Виталий, а что же ты денег не оставил? Я как раз в магазин собиралась за продуктами…
– Да отстаньте вы… со своими магазинами! – отчаянно рубанул рукой воздух Коротков. – Меня вон в милицию забирают… Из-за вас! Потому что выбили меня из колеи с утра своими запросами! И я от растерянности к этому трупу сунулся.
Тут жена Короткова обратила внимание и на труп, и на соседей, и на криминалистов, которые возились на площадке, и тихо ахнула.
– Что же теперь будет? – испуганно спросила она, а Коротков уже затопал вниз в сопровождении оперативников.
Но неожиданно практицизм его возобладал над эмоциями, и он, словно вспомнив о чем-то, резко поднял голову и крикнул
– Позвони Альберту! На сотовый или домой, куда угодно! Куда вы меня ведете, в какое отделение? – обратился он к Молчалину.
– Во Фрунзенское, – недовольно ответил Молчалин. – Давайте, шагайте скорее, у нас времени мало.
Коротков шумно вздохнул и покорно зашагал вниз.
– Теперь вы понимаете, кто во всем виноват? – спросил Коротков.
– Нет, – озадаченно ответила я.
– Понимаю, – вздохнул Веселовский, который знал своего приятеля куда лучше, чем я. – Жена, конечно. Она у тебя всегда во всем виновата.
– Конечно! – тут же подхватил Коротков. – Всегда! Потому что всегда лезет под руку! И сынок еще… Растет стяжателем! Весь в маму! Если бы не они, я бы так рано не ушел на работу. И кто-нибудь другой наткнулся бы на эту Наташку! Кому она понадобилась! И главное, не могли убить в другом месте, обязательно надо в нашем подъезде!
– Так, а кто эта Наташка? – перебила я.
– Соседка, говорю!
– Это я поняла. Что вы можете сказать об их семье? И где они работают? Что вообще собой представляют?
– Да семья как семья, – пожал плечами Коротков. – Он бизнесом вроде бы занимается, а она где-то в санэпидстанции работает. Я как-то у нее отравы для тараканов попросил, так она не дала! Мы из-за этого даже поругались с ней. Она вообще какая-то угрюмая баба. И злобная.
– Ладно, хватит! – не выдержав, прикрикнула я. – Вряд ли ее убили по причине тараканов, так что не тратьте время, говорите по делу. Значит, вы с ней поссорились незадолго до смерти?
– Ну, не то чтобы поссорился, – опустил голову Коротков.
– Вы ее оскорбляли? – уточнила я.
Коротков, насупившись, молчал.
– По-нят-но, – резюмировала я.
– Да я просто сказал, что она скоро лопнет от жадности! – буркнул Виталий Владимирович.
– Какие у них с соседями отношения? – вздохнула я.
– Да не знаю я! Я с ними почти не общаюсь!
– А мужа ее где можно найти, знаете? – спросила я.
– Дома, наверное, – предположил Коротков. – Вообще не знаю, кто ее грохнул! В самом деле, не из-за того же ее убили, что она угрюмая и злобная.
– А муж тоже злобный?
– Нет, – признал Коротков. – Он скорее пофигист. Хотя ее тоже терпеть не мог, это я точно знаю. Они часто ругались.
– Дети есть у них?
– Есть, – мрачно сказал Коротков. – Мальчик. Только он чаще у матери ее или сестры.
– Значит, у убитой есть сестра и мать, – вслух уточнила я.
– Ну да. Да какое это имеет значение! – начал заводиться Коротков. – Вы лучше убийцу найдите!
Я окинула его выразительным взглядом и отчеканила:
– Вообще-то я еще не сказала, что стану искать убийцу! Познакомившись с вами, я пришла к выводу, что вы и впрямь человек несдержанный, к тому же недавно поссорились с убитой, так что, может быть, не зря вас подозревают, а?