Моя душа

Андерсон Наталья

– Замечательный вечер, правда?
– осторожно коснулась я его руки.
– Ты задумал это желание? Ты хотел меня поцеловать?

– Да!
– потупив глаза, стыдливо кивнул Юра.
– Это.

Приблизившись к нему, я посмотрела ему в глаза и чтобы выглядеть немного смущённой, слегка прикусила губы, - эта женская уловка действует на парней лучше самого откровенного намёка, вызывая в них неудержимое желание поцеловать тебя.

– Ну и как - тебе понравилось?

– Очень!
– пылко ответил Юра.
–

Вы мне уже давно очень нравитесь! Вы… вы… вы такая вся… вы для меня просто богиня!

– Богиня?
– удивлённо посмотрела я на Юру, вспомнив сбивчивые объяснения, своего неудачливого кавалера, Лоренцо.
– Афродита, Галатея, или, может быть, Артемида?

– Венера!
– не задумываясь выпалил Юра.
– Богиня любви и красоты!

– Вообще-то она была богиней плодородия, - улыбнулась я.
– Имя её происходит от слова venia – «милость богов», но, поскольку для древнего человека милость богов в первую очередь была связана с плодородием земли, то Венера была первоначально богиней плодов и садов.

– Серьёзно?
– удивлённо посмотрел на меня Юра.
– А я считал что её имя тождественно словам «любовь» и «красота».

– Это потому, что говоря о римской Венере мы подразумеваем греческую Афродиту, богиню любви и красоты. Прекрасная Афродита досталась в супруги хромоногому богу-кузнецу Гефесту, но хранила ему верность недолго - она влюблялась и соблазняла мужчин налево и направо. Богиня красоты изменяла мужу и с богом войны Аресом, и с троянским принцем Анхисом, и даже с юным охотником Адонисом, которого во время охоты убил вепрь. Согласно этой легенде из крови Адониса родились розы, а из слёз Афродиты, пролитых над ним – прекрасные анемоны.

– Печальная история!
– с горечью в голосе ответил Юра.
– Но, зачем ей нужно было иметь столько любовников?

– Не знаю, - пожала я плечами.
– Очевидно она была любвеобильной женщиной. Кстати, несмотря на то, что все считали Афродиту-Венеру прекрасной и чарующей, она была далеко не красавицей. Это единственная «божественная женщина», в честь которой названа планета Солнечной системы, все остальные носят имена богов-мужчин. Правда, прекрасная «утренняя звезда» оказалась сущим адом, но это уже совсем другая история, - ответила я и, осторожно взяв Юру за руку, спросила: - Скажи, а у тебя есть девушка? Ты с кем-нибудь встречаешься?

– Когда-то была, но мы с ней уже давно расстались, - неохотно ответил он. – А у Вас?

– Что у меня?
– рассмеялась я.
– Ты хочешь спросить: есть ли у меня девушка?

– Я имел в виду: парень у Вас есть?

– Нет, парня у меня нет, - покачала я головой.

– Что и не было никогда?
– удивлённо посмотрел на меня Юра.

– Я, по-твоему, похожа на девственницу? То ты меня сравниваешь с Афродитой, то с богиней-девственницей Артемидой, а кем на самом деле

ты хотел бы чтобы я оказалась?

– Не знаю, - смущённо пожал плечами Юра.
– А любовников у Вас было много?

– Ну, знаешь!
– возмутилась я.
– Такие вопросы не принято задавать женщинам!

– Значит много, - вздохнул Юра.

– Нет, не много! Если тебе это так интересно, то у меня вообще никогда не было любовников! Были, конечно, короткие связи с мужчинами, но так - ничего серьёзного!

– Один мой знакомый говорит, что у него с женщинами тоже никогда не было ничего серьёзного, так только - переспали и разбежались. И так сто раз.

– Хороший у тебя знакомый, - рассмеялась я.
– Но, в отличие от него у меня это было всего пару раз, первый раз в России, второй раз на курорте во Франции.

– А что, французы лучше наших мужчин?

– Не знаю, - пожала я плечами.
– У меня с французами ничего не было. Тот парень был итальянцем.

– И как он Вам - понравился?

– Да, настоящий был мужик, - пряча улыбку, ответила я.
– А почему тебя так интересует моя личная жизнь? Может ты хочешь принять в ней активное участие?

– Вам взять ещё латте?
– вдруг засуетился Юра.
– Или, может, лучше взять вина?

– Возьми «Фрескобалдино», - ответила я, вспомнив наш с Риккардо последний вечер в Сен-Тропе.

– Здесь такого вина нет, - развёл руками Юра, внимательно изучая коллекцию вин выставленных на полках бара.

– Девушка!
– раздался голос бармена.
– Возьмите «Барбареско», это вино хорошо подойдёт к Вашему дессерту.

– Ну что ж, давайте Ваше «Барбареско», - пожала я плечами.

– Пожалуйста!
– протирая салфеткой бокал, ответил бармен.
–

Только я должен Вас предупредить, бутылка стоит 200 долларов!

– Ничего себе!
– повернувшись к стойке бара, изумлённо воскликнула я.
– А вон там, я вижу, у Вас на полке стоит «Амароне». Откройте нам лучше эту бутылочку.

– Можно и «Амароне», - насмешливо ответил бармен.
– 260 баксов. Вам пересчитать по курсу, или будете платить долларами?

– У меня нет при себе таких денег, - растерянно посмотрел на меня Юра.

– Ничего страшного, я сама заплачу, - успокоила я его.
– Надеюсь, платиновая карта «Visa» Вам подойдёт?

– Одну минутку!
– взглянув на пластиковую карту, растерянно ответил бармен и тут же стал кому-то звонить.
– Ой, Лидия Борисовна!
– едва положив трубку, расплылся он в радостной улыбке.
– Извините, я Вас сразу и не узнал! Вот Ваше вино, - подбежав к нашему столику, откупорил он бутылку.
– Ни за что платить не нужно, для Вас всё за счёт нашего заведения!

– Хм!
– удивлённо взглянула я на вмиг преобразившегося бармена.
– Если не секрет, скажите: а кому Вы звонили?