Моя до конца
Шрифт:
Мы прощаемся, пожимая друг другу руки. Он обещает отправить мне расчеты на электронную почту, как только получит последний положительный ответ от жилстроя, где будет располагаться будущий спа-салон. Очередной из его внушительной сети. И кивает при этом, едва заметно своей помощнице, а та, скоро открывает блокнот, чтобы сделать очередную пометку. На том и расходимся. И уже в салоне подъехавшего такси меня застает звонок с неизвестного номера.
Сначала я вообще не хочу принимать вызов. Помня кто именно звонил Ветрову утром у меня нет сомнений, что меня тревожит тоже Латаев.
— Привет, Аришка! Думала, не дозвонюсь до тебя! Ты же как выпустилась и номер сменила, так я тебя больше и не видела! — тарахтит сходу знакомый голос. А кто — так понять и не могу, сколько не пытаюсь.
Да, номер я действительно сменила. Потому что не хотела ни с кем общаться. А тому, с кем хотела — продиктовать свой новый контакт проблемой не оказалось.
— Привет, извини, но я тебя не узнала, — говорю аккуратно. Но непонимание в моем голосе загадочная собеседница на том конце мобильной сети встречает забавным хихиканьем.
— Это Катя Аверина, староста твоя!
— Ох, — теперь я улыбаюсь, — прости пожалуйста, Катюша!
— Вау, я запомню момент: Арина Туманова растерялась и извиняется! — моя улыбка становится еще шире, потому что в студенческие годы я действительно была такой — уверенной в своей правоте всегда и всюду, — Но это ничего! Как говорится богатой буду! — весело продолжает она. Ситуация ее точно забавляет, — хотя я и сейчас на жизнь не жалуюсь.
— Рада тебя слышать, Катя. Как твои дела? — не знаю, что еще спросить и почему она звонит мне тоже не имею ни малейшего представления.
— Все потихоньку. Сейчас вот беременна первенцем и еле выбиваю у своего мужа-буки возможность продолжать работать, — делится беззаботно.
— Вау! — восклицаю, — Поздравляю тебя! Такой важный этап.
— Это да…
На мгновение повисает пауза, но она совершенно не сбивает с толку, за исключением того, что я до сих пор так и не знаю, что же заставило Катю за столько лет впервые позвонить мне. Точно не событиями делиться.
На параллельной линии вижу звонок от Таси и это наталкивает меня на внезапную мысль… Почему мне кажетс, что эти два звонка между собой связаны?
— Так вот, я чего звоню-то! Информация пришла, что юристы сняли зал на пятилетие, а у них там народу собирается на два барных стула. Мне позвонила Наташка Коваль, ну которая на маркетинге училась, мы временами перезваниваемся, так она в одной компании с Кириллом Запашным работает. Ну, помнишь, он с Ветровскими ребятами златогривыми тусовался, — она замолкает, давая мне время обмозговать информацию, — вот я и подумала, почему бы и нашему курсу с ними не сгруппироваться?
— Но у нас же нет даты, — ляпаю первое, что на ум пришло. Рано еще встречаться. Мне точно. Разве нет?
— Ой, да кому нужны эти датированные встречи на пятилетку? Что нас сдерживает пойти в обход
— И как, много людей набралось? — уточняю, в надежде зацепиться за это.
— О, будут многие! Наши поразъзежались кто куда. А вот новогодние праздники как раз нам на руку — многие родителей проведывают, а тут как раз и к нам! — восторженно продолжает Катя, — Ох, ты извини. Я не подумала, что ты можешь не захотеть… Вы же тогда… Ты и Ветров…
И вот эта её явственно присутствующая в голосе жалость что-то во мне меняет. Действует спусковым щелчком.
— Все в порядке, — неожиданно для себя восклицаю голосом, которым обычно убеждаю клиентов нанять именно меня, — это было так давно! Зачем вспоминать? Я обязательно буду. Когда? Где? Во сколько?
Глава 44
Признаться, на поиск «того самого» платья мы с Тасей убили не один час. Она определилась быстро, а для меня это был вызов. Я должна была выглядеть помимо того, что просто великолепно, но как женщина, которая довольна своей жизнью. Которую шакалы пытались, но так и не смогли повалить на землю. Учитывая, что я приду… Ну не с одним из них, но тем, кто участвовал. И пусть между собой вопрос закрыт, но все они запомнили меня той. Разбитой, жалкой… Продолжать не буду.
Красное — вычурно, синее — посредственно, розовое — мне же не семнадцать, зеленое — просто нет, беж… возможно и, как оказалось позже, абсолютно точно да!
Корсет без бретелей на запах, видимость пояса из той же присобраной ткани, юбка полусолнцем с разрезом сбоку, оголяющим левую ножку… И съёмные, легкие, как сам воздух, рукава-воланы. Это просто совершенство. Пока их не примерила, образ казался слишком грузным, а с ними я словно парила. Легкие из сеточки с легким свечением мелких-мелких блесточек. Красота…
Тая увидела его едва войдя в магазин. Ахнула, остановившись, и даже не посоветовавшись, без промедления попросила консультанток снять его для меня с манекена. Оказалось их всего три. Два в Днепре и одно вот, в Киеве. Меня ждало, словно.
Макар в черном костюме и белоснежной рубашке, расстегнутой на пару верхних пуговиц. Рубашка была застегнута, но, вероятно моему мужчине при виде меня потребовалось больше воздуха, что вызвало у меня довольную улыбку и заменила все последующие комплименты, которые, к слову, были.
Мы вызвали такси и только когда Макар усадил меня на заднее сидение машины класса люкс, я поняла, что сейчас увижу их. Все это время я была занята подготовкой и совсем не концентрировалась на скором приближении часа-икс.
Интересно, помнят ли они? Сильно ли изменились? И сколько еще я буду трястись, аки заяц?! Макар, заметив мое еще более нервное, чем обычно состояние, накрывает мою ладонь своей и успокаивающе поглаживает большим пальцем.
— А хочешь, повернем и завалимся в «Макдональдс»? — улыбается он своей обаятельной коварной улыбкой.