Моя девочка
Шрифт:
В таком ритме проходит около трех часов. Ближе к обеду мы договариваемся о встречах с двумя ведущими производителями нужного нам оборудования, и решаем на этом остановиться. Обедаем втроем в небольшом ресторане в городе, и снова я не могу уделить внимание Даше — необходимо обсудить с Глебом тактику ведения переговоров на встречах. Дальше разговор плавно перетекает к подготовке производственных помещений, и неизбежному расширению штата управляющего состава компании.
К тому моменту, как мы закончили с обедом, и я отправил Глеба в отель на такси, моя девочка совсем загрустила, хоть и старалась
Мы сели в машину на заднее сидение, я кивнул водителю, чтобы ехал, и у меня снова зазвонил телефон. Около двадцати минут потратил на разговор, Даша все это время смиренно смотрела в окно.
— Куда мы едем? — настороженно спросила она, когда я закончил разговор.
Наша машина как раз выехала на автобан, и её беспокойство было вполне оправданным.
— Хочу показать тебе кое-что красивое, — загадочно улыбнулся ей.
Малышка улыбнулась мне в ответ и не стала задавать дальнейших вопросов. Кажется, мне удалось заслужить её доверие.
Мне уже не терпелось завершить все запланированные на сегодня дела, чтобы ничего не отвлекало от общения с Дашей, достал из сумки лэптоп, который в поездках всегда был со мной, раздал с телефона интернет, благо связь в Германии имела четкий сигнал повсюду, и погрузился в работу.
— Олег…
Я настолько привык, что Даша постоянно молчит и не отвлекает меня без дела, что когда она негромко произнесла моё имя, даже удивился от неожиданности.
— Что, малыш?
— По четвергам я обычно всегда звоню маме, и не подумала, что здесь у меня не будет связи, — сконфуженно призналась она. — Если я не позвоню, она будет волноваться.
— Не переживай, сегодня вечером у тебя будет связь, — провел рукой по её волосам. — Дай мне свой телефон.
Девушка доверчиво протянула мне маленькую кнопочную трубку, отчаянно покраснев. Ловлю себя на мысли, что мне нравится её смущение. Не знаю, почему, но я просто кайфую от этой чистоты, которой она светится изнутри, от её искренности, бесхитростности. От скромности. Вот сейчас девочка явно сидит и скучает, пока я занят своими делами, но я знаю, что не услышу от неё ни одной претензии, ни даже намека на обиду. Потому что она знает: то, чем я занимаюсь — важно. Казалось бы, не нужно обладать сверхинтеллектом, чтобы понимать это, но, тем не менее, среди женщин такое понимание — редкость. И, черт возьми, я это ценю.
— Помнишь, ты предлагала мне помощь с работой? Предложение еще в силе?
— Конечно, в силе! — мгновенно оживляется она.
Протянул ей свой коммуникатор, предварительно открыв в мессенджере чат с Гришей, главой отдела снабжения. Достал из сумки листовки с информацией от интересных поставщиков различных расходников, которые захватил на выставке, и тоже передал Даше.
— Нужно переслать все контакты из листовок этому человеку. Пусть обзвонит, запросит прайсы, и уточнит условия сотрудничества.
— Хорошо, — с готовностью кивает Даша.
Листовок много, и перебить контакты из них быстро не получится. Вот и будет, чем заняться в дороге, на автобане все равно ничего интересного за окном не увидишь.
Я, конечно, собирался
— Готово, — через полчаса Даша возвращает мне листовки и телефон, а я как раз заканчиваю просматривать отчеты.
— Спасибо, малыш, — пробегаюсь глазами по экрану своего коммуникатора, на котором появилась целая лента исходящих сообщений с аккуратно оформленными контактами компаний, на ощупь нахожу и слегка сжимаю Дашину ладонь. — Ты умница.
Когда отрываю взгляд от экрана и смотрю на нее, вижу смущенную улыбку, и просто не могу не улыбнуться в ответ.
Вскоре мы въезжаем в Кёльн, и девушка с любопытством прилипает к окну, разглядывая открывающиеся виды. Спустя еще некоторое время водитель оставляет нас у пешеходной улицы, я помогаю Даше выйти из машины, беру за руку, и веду сквозь разноцветную толпу туристов в сторону площади, на которой стоит знаменитый Кёльнский собор.
Когда многочисленные здания вокруг расступаются перед нами, и открывается вид на это потрясающее монументальное строение, Даша замирает на месте, её восторженный взгляд с жадностью скользит по нему вверх и вниз.
— Боже… Олег… — потрясенно шепчет моя девочка, а я не могу не умиляться её таким сильным эмоциям.
Я и сам каждый раз испытываю священный трепет, когда вижу эту высоченную готическую громадину, поражающую воображение своей масштабностью и красотой. В голове не укладывается, как подобное строение могли возвести несколько столетий назад, без помощи современной умной техники и достижений науки, полагаясь на одну лишь голову и голые человеческие руки. Подобное кажется абсолютно невозможным, и невольно начинаешь верить в правдивость легенд о сделке главного архитектора с дьяволом, отчего мощное впечатление, производимое собором, только многократно усиливается.
— Что это за место? — Даша смотрит на меня широко распахнутыми глазами, в которых плещется самый настоящий восторг.
— Это Кёльнский собор, третий в мире по высоте среди церквей.
— Это церковь?! — потрясённо переспрашивает девушка. — Я думала, это какой-то замок!
— Это церковь, римско-католическая, — не могу сдержать улыбку, настолько потрясенной она выглядит. — Давай посмотрим, что там внутри, а потом еще прогуляемся вокруг.
Рука об руку мы заходим в здание, где нас поджидает приятный сюрприз — огромное пространство собора изнутри заливает ни с чем не сравнимое звучание одного из самых потрясающих музыкальных инструментов в мире — органа.
У меня и самого мурашки по коже, а когда я перевожу взгляд на Дашу, вижу, как в её широко распахнутых глазах застыли слезы.
— Эй, ты чего? — притягиваю её к себе, и не могу удержаться от шутки. — До такой степени не понравилось?
— Ты что?! — возмущенно шепчет она в ответ. — Это лучшее, что я видела в своей жизни… После такого, и умереть не страшно!
— Умирать пока рано, — провожу большими пальцами по её щекам, стирая слезы. — Ты не представляешь, сколько еще классных вещей есть в мире, которые тоже определенно стоит хоть раз в жизни увидеть. Ну и… попробовать.