Мой злодей 2

Власова Мария Игоревна

– Может, ты уже хоть что-то мне объяснишь? – рыкнула я на Анри, заставляя его обратить на себя внимание.

– Позже, – мимолетно взглянув на меня, пообещал злодей, только выводя меня из себя.

– Надин, зови Курта, я передумала, – резко бросила, заставив служанку испуганно вздрогнуть.

– Никуда ты не пойдешь, – Анри схватил меня так, словно я и действительно самостоятельно могу уйти.

– Ещё как пойду, – прорычала ему в губы, пытаясь убрать его руки со своей талии.

– А я сказал: ты останешься здесь, рядом со мной, – ответил мне тем же злодей. Получилось как-то уж слишком эмоционально для него.

–

Прошу прощения, но королевский кортеж уже уехал, – вставил своих пять копеек Маркус. Я оглянулась, действительно, пока мы спорили, король наконец-то уехал.

– Поехали, – крикнул Анри кучеру, отпустив меня. Я поежилась, от души жалея, что повелась на его уговоры и поехала с ним. Может, он просто актер? Изобразил страх, а я, дурочка, и поверила. Но зачем это ему?

Карета выехала на улицу, мирное постукивание копыт начало убаюкивать, как вдруг послышался ужасный грохот, лошадь испуганно заржала и поднялась на дыбы. Карета качнулась и начала заваливаться на бок, Анри быстро ухватил меня и перевернулся, чтобы я упала на него. Что-то похожее сделал и Маркус, но не очень удачно. Надин страшно закричала, когда карета все же перевернулась. Где-то отдалённо, за диким ржанием лошадей, которые потащили перевернутую карету за собой, послышалась ругань кучера. Затем карета остановилась, а лошади, судя по удаляющемуся перестуку копыт, убежали.

– Ты в порядке? – взволнованно спросил Анри, крепко держа меня в объятиях.

– Да, а ты? – судорожно вдохнула, впервые поняв, что от страха забыла, как дышать. Сердце отплясывало в груди в бешеном ритме.

– Маркус, ты цел? – вместо ответа обратился к помощнику граф.

– Вполне, – сухо рыкнул парень, с трудом отрывая от себя объятую страхом девушку.

– Какое «вполне»?! – закричала на него перепуганная Надин. – У тебя вся рука в крови из-за меня!

За ее криком пришли слёзы, и вот она уже ревела на груди бедного парня, попутно дуя ему на руку, пока он с трудом вытягивал оттуда разбитое стекло.

– Господин, там взрыв произошёл, лошади понесли, и я… – сверху открылась дверца, уже знакомый мне кучер взволнованно запнулся. – О, солнце! Давайте, я помогу вам.

Мужчина протянул руку, пока Анри поднялся со мной.

– Сначала девушек, – сказал он, поднимая меня, и я с трудом ухватилась за руки старика. Меня подсадили и вытащили наружу.

– Теперь ты, Надин, – пытаясь оттащить от себя девушку, Маркус слегка встряхнул ее, чтобы перестала плакать.

– Сначала ты! Ты же ранен! – упиралась она.

– Живо пошла, – прикрикнул на нее парень, а я отползла в сторону. Сама слезть с кареты я, конечно же, не могла, но и мешать не хотела. Под визг девушки ее подняли наверх, где она сразу же придвинулась ко мне.

– С вами все хорошо, госпожа? – вспомнила обо мне девушка и судорожно принялась меня оглядывать. Шок начал проходить, и боль в спине показалась мне невыносимой. Все-таки такие воздушные пируэты однозначно не предназначены для тех, у кого проблемы со спиной. Я скривилась, не в силах сдержать стон. Неловкие и растерянные объятия Надин показались как нельзя кстати, сидеть я уже больше не могла, так что просто откинулась на нее.

Старик помог вылезти Маркусу, тот сразу соскочил с кареты и протянул руки ко мне.

– Давайте помогу, госпожа, – сказал он, не обращая внимания на свое ранение. Анри, как раз сам выбрался из кареты.

– Анна? Что такое? – его взволнованный

голос послышался почему-то откуда-то издалека, но в это время над ухом судорожно вскрикнула Надин.

– Солнце, что это? – выкрикнула она, показывая куда-то вперед на дорогу.

Сознание плыло от боли, но я все равно посмотрела туда, куда она показывала. В километре дальше по дороге горел огонь, над перевернутой пылающей машиной суетились люди, несколько карет с королевским гербом были опрокинуты, как наша, а лошади или лежали, или убежали куда-то.

– На короля напали? – с ужасом выдохнула девушка.

– Забери ее отсюда, – вдруг приказал Анри и грубо вырвал меня из объятий девушки и передал Маркусу. Смысл происходящего как-то туго доходил меня, хотя я явно видела беспокойство и страх на лицах окружающих.

– О, Солнце, что же это? – судорожно плакала Надин, пока Анри спускал ее и помогал спуститься кучеру. В какой-то момент я поняла, что все смотрят на меня, а я тяжело дышу, смотря на пылающую машину.

– А отец? Он же там был? Машина… они уехали вместе, – накрыло меня осознание.

– Дай ее сюда, – Анри забрал меня у парня и словно специально прижал мою голову к своей груди, чтобы я не могла видеть горящую вдали машину. Дрожь колотила все моё тело, я вцепилась в него, как в спасительную соломинку, и вскинула голову, с надеждой посмотрев ему в глаза.

– Скажи, что это неправда. Скажи, что с отцом все в порядке… С Куртом, Эллой… Они же в порядке? – от тихого шёпота к концу своей речи я перешла на крик, но он не ответил, в его глазах застыл знакомый холод. Оглянулась, просто ненавидя свою беспомощность. Дернулась, собираясь пойти туда сама, поползти, если придется.

– Прекрати, тебе там нечего видеть, – он перехватил меня, встряхнул. – Все кончено.

Перед глазами все поплыло от слёз, я хотела закричать, что это не так, но только беззвучно открывала и закрывала рот, не в силах издать и звука.

«Все кончено» – эта фраза как-то сильно резанула слух, в ней было что-то обреченное. Он ведь так не хотел, чтобы я садилась в ту машину. Готов был на все, чтобы я не села в нее.

– Ты знал? – еле выговорила сквозь слёзы.

Он не сказал ни слова, но его глаза ответили утвердительно. Грудь сдавило, я вдруг явственно почувствовала запах гари, как будто пожар не в километре от меня, а совсем близко. В горле запершило от едкого дыма, я закашлялась, почувствовав, что задыхаюсь. Что-то тяжелое сдавило грудь и словно зажало ногу. Попыталась открыть глаза и на мгновение, всего на долю секунды, увидела пылающий потолок и объятую пламенем бабушкину люстру. Но стоило мне широко открыть глаза, я снова увидела Анри и его испуганное лицо, прежде чем чернота поглотила меня.

Глава 16. Встреча на приёме

Помню, когда была маленькой, всегда не хотела отпускать маму. Плакала, бесилась, даже на ноге у нее висела и прятала ее туфли на балконе. Тогда мама начала говорить, что идет вынести мусор или в магазин. Я просилась с ней, ревела, умоляла не уходить, пока однажды бабушке это не надоело.

– Она уходит в свою семью, к девочке, которая лучше и послушнее тебя.

Слёзы мигом просохли, я отпустила плащ матери, и она сразу же сбежала, будто бы только и ждала момента, чтобы покинуть эту квартиру и меня.