Мой злодей 2

Власова Мария Игоревна

– Хорошо, – спокойно согласилась, отводя глаза в сторону и подавив ухмылку, добавила: – буду флиртовать с кем-то другим.

Бог ты мой, как он на меня посмотрел, ножки мои сжал, мол, не отдам тебя такую заразу никому. Мне с трудом удалось удержать смех, однако улыбку скрыть не получилось.

– Анна, – позвал он требовательно.

– У меня кавалеров полно, знаешь ли: доктор Корте, Арман… – со скучающим видом я продолжала действовать ему на нервы, точно о погоде рассуждаю.

– Виконт Морле? – предложил следующую кандидатуру Анри, перебив меня, и в его голосе однозначно появилось раздражение.

–

Ты же говорил, что избавился от него? – припомнила его слова.

– От остальных твоих ухажёров тоже могу, – спокойно так сказал он, прикрывая глаза, будто бы изо всех сил борясь с желанием уснуть. Почему его ревность кажется мне такой милой? Эх, так бы и расцеловала его.

– Если хочешь убивать каждого, кто тебе не нравится, начни с отражения в зеркале, – нахмурилась, наблюдая, как ровно и размеренно он дышит. Даже спрашивать о том, что будем делать с приказом короля, не хотелось, слишком усталым он выглядел.

Анри не ответил, на крыше появился Маркус с каким-то одеялом в руках, условно-чистым. Он подошёл к нам и застыл, словно вопрошая, что ему делать-то с этим одеялом. Я кивнула ему тихо, показывая, чтобы он укрыл засыпающего Анри.

Шикарное свидание, конечно: чердак ночлежки, остывший ужин, третий лишний и засыпающий жених. Нет, такого свидания у меня точно ещё не было. Помощник тем временем укрыл своего босса, но Анри резко открыл глаза и перетащил одеяло на меня, укрывая от холода только меня.

– Сделай чаю, – приказал он Маркусу, скорее для того, чтобы избавиться от лишнего человека на этой крыше.

– Ты сегодня что-то кушал? – спросила, наблюдая за тем, как с уходом брата, Анри расслабляется и снова прикрывает глаза. Отрицательно мотнул головой, я расстроилась. Сгрузила часть мяса на металлический поднос и затем поставила на огонь, чтобы немного подогреть. Холодная еда ему вряд ли поможет.

– Ты плохо выглядишь, может, мы лучше бы поехали к тебе? – предложила взволнованно и с трудом села, чтобы коснуться рукой его лба. – Тебе нужно в постель и хорошенько выспаться.

Может он простудился? Как-то волнуюсь я за него.

– Не терпится попасть в мою спальню? – с ухмылкой предположил Анри, пока его рука под одеялами прошлась к самой коленке.

– Но ты же в мою спальню попал, уже дважды, – парировала с улыбкой, но она почти сразу угасла, когда он посмотрел на меня.

Я потянула к нему руку, не особо соображая, что делаю, накрыла его руку на моей коленке ладонью. Сжала, пытаясь показать поддержку. Он долго смотрел мне в глаза, будто бы ища что-то там, но все не находил.

– Что случилось? – спросила, наконец-то решившись вернуться к этому разговору.

Он не ответил, повернулся, смотря на горизонт. Я ещё какое-то время смотрела на него, по-детски наивно ожидая, что случится чудо, и он откроется мне. Но нет, Анри Эзеф не из тех людей, которые открываются хоть кому-то. Взглянула на горизонт, рассвет, рассыпающий яркие блики на воде, действительно прекрасен.

– Если бы я предложил тебе все бросить и сейчас же уехать первым кораблем в Новые земли, ты бы согласилась? – спросил Анри и замер в ожидании моего ответа.

Я почти выпалила «да». Бездумно, на эмоциях признаваясь ему в том, что ближе в этом мире у меня никого нет и,

скорее всего, не будет. Но отец… Господин Карвалье стал мне родным, даже несмотря на то, что он заступился за Сью вчера вечером, он остался моим отцом, родителем настоящей Рианны де Карвалье. Если всего лишь на мгновение поверить, что договор – правда, и Анри ничего не надо от семьи Карвалье, кроме, собственно, меня, то единственный человек, который действительно держит меня здесь, это отец. Элла и Курт нашли друг друга, и я от души надеялась, что у них все будет хорошо. Остальные же справятся и без меня. Но вот отец, старый, по-своему глупый, но любящий Рианну безоговорочно, стал намного роднее моего настоящего папы, что, не задумываясь, оставил меня когда-то. Бросить его, сбежать, пускай и с любимым? Нет, я так не могу. Чем я тогда лучше моей матери?

Мы встретились взглядами с Анри, он понял все без слов, ухмыльнулся, делая вид, что это была простая болтовня.

– Подай вино, холодно, – попросил он, не смотря на меня.

Решила, что наливать в бокал не имеет смысла, и протянула ему сразу всю бутылку, а он улыбнулся, явно одобрив это действие, и отхлебнул из горла, не церемонясь.

– Знаешь, я прочитала очень много книг, – заговорила, смотря вдаль, – и сюжет, в котором влюбленные сбегают из дома, чтобы быть навсегда вместе, никогда ничем хорошим не заканчивается в долгосрочной перспективе. То, что в юности кажется безграничной любовью, во взрослой жизни оказывается простым баловством.

Анри улыбнулся, не грустно, а так, словно вспомнил что-то приятное.

– Даже будучи в теле сопливой девчонки, ты не перестаешь меня поучать, – сказал он с улыбкой.

– Хочешь, подзатыльник отвешу и научу, каким должно быть настоящее свидание? – улыбнулась в ответ, припомнив наш разговор на крыше.

– Тебя что-то не устраивает? – приподнял он бровь с усталой улыбкой. – Рассвет, огонь, еда и я, разве что-то ещё нужно?

Я рассмеялась от его слегка вальяжного тона, вероятно, кто-то бахнул вина на голодный желудок и немного охмелел. Вряд ли кто-то ещё, кроме меня, видел Анри таким, и это с одной стороны приятно, потому что станет моей маленькой тайной, но с другой стороны грустно. Сколько можно отгораживаться от другого мира и притворяться? Он наверняка от всего этого притворства так устал. Протянула руку и нежно коснулась его щеки, точнее ямочки на ней, он перестал улыбаться, повернул голову в мою сторону и, поцеловав мою ладонь, опустил свою руку под одеяло, словно желая согреть. Я бы с удовольствием согрелась, даже знаю очень приятный способ, но, как назло, на крыше снова замаячил Маркус с подносом, двумя кружками чая и чайником из сервиза. Где он его только взял?

Скосила взгляд на слугу, который успел поставить поднос на стол, и кивнула ему на мясо, греющееся на огне. Вкусно запахло жареным мясом, помощник не сразу разобрался, как забрать его с подноса и не обжечься. Сгрузил приличный кусок на тарелку и подал мне вилку с ножом. Он что на самом деле рассчитывал, что в таком положении я буду пользоваться столовыми приборами как положено? Впрочем, я воспользовалась, отрезала кусочек мяса и подсунула Анри. Он, похоже, решил напиться, растягивая удовольствие, а не выпивая залпом всю бутылку.