Мой выбор

Арнаутов Кирилл

— Да.

— Мы уже рядом, так что не дрожи. — В трубке послышался треск, затем Кил продолжил. — Кроме тебя дома никого?

— Нет. — Славян оглянулся через плечо, словно желая убедиться, что в квартире действительно никого не было. — У меня мать ушла в магазин, сестра где-то гуляет.

— Вот и хорошо. Меньше ушей будет. Короче, встречай, мы через пару минут, будем.

В трубке раздались короткие гудки. Славян посмотрел на нее и положил на телефон. Вновь подойдя к окну, он отодвинул штору и посмотрел на улицу. С высоты пятого этажа, было хорошо видно находящихся во дворе людей. Кто-то возился с машиной, кто-то играл с детьми, кто-то просто гулял. Всех их, объединяла

беззаботность, никто из них, не имел тех проблем, которые возникли сейчас перед ним. Хотя, люди порой очень умело скрывают за маской притворства, настоящую действительность. Вон мужчина играет с ребенком в песочнице. Он улыбается, веселит ребенка, но он никому не говорит о том, что платить по кредиту, ему нечем и за задолженности, банк грозиться отобрать квартиру. А это значит, что вместе с ребенком, он окажется на улице. Но он не подает вида, старается, чтобы этого никто не заметил. А вон мужчина, возиться со своей машиной, пытаясь привести ее в порядок. Он весь сосредоточен на ней, но никто, кроме него самого и его близких, не знает, что врачи отвели ему три месяца жизни. А потом, метастазы убьют организм, и уже больше не нужна ему будет машина. Но он делает вид, что все хорошо и продолжает возиться с ней. У каждого есть проблемы, у кого-то маленькие, у кого-то большие, но они есть. Славян наклонился вперед, уперся лбом в прохладное стекло и закрыл глаза. Он вспомнил тот момент, когда последний раз видел Фила. Перед глазами, стояло его улыбающееся лицо. И хотя Славян, в тот момент, понимал, что все это, хорошо закончиться не может, к такому финалу он был не готов.

Резкий стук в дверь, заставил вздрогнуть Славяна. Он прошел к двери и, посмотрев в дверной глазок, открыл. На площадке стоял Кил, позади него, переминался с ноги на ногу, Бизон.

— Проходите. — Славян отошел чуть в сторону.

Кил молча, не разуваясь, прошел в комнату. Бизон перешагнул порог и сказал Славяну:

— Ты только не обижайся на него, что он вот так. Пойми, у него горе…

— Да понимаю я, — Славян закрыл дверь, — что я, не человек все-таки? Проходи в комнату.

Бизон и Славян, прошли в комнату. Кил уже сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и смотрел на них.

— Ну что вы встали? Садитесь, будем думать, что делать дальше.

Славян прошел к креслу напротив и сел. Бизон, прошел к дивану и сел на него. В комнате повисло молчание.

— Я не буду ходить вокруг да около. Вы и так прекрасно знаете, что случилось. Я хотел бы услышать ваше мнение, что мы теперь должны делать?

Кил посмотрел на Бизона, словно ожидая ответа, конкретно от него.

— Кил, мое мнение ты знаешь. Мы должны ответить им тем же. Нельзя это так оставлять.

— Месть? — Славян посмотрел на него, как на сумасшедшего. — О чем ты говоришь?

— Об элементарном. — Бизон вздохнул. — Одного они отправляют в больницу, другого убивают, ты вон со сломанной ногой сидишь. Тебе не кажется, что хватит? Пойми, у нас друга убили, мы должны что-то делать.

Славян покачал головой.

— А, по-моему, хватит смертей.

— Да как ты не поймешь, если мы ничего не будем делать, то в один прекрасный день и тебя порежут на ремни. Тебе этого хочется? Или ты веришь в то, что все само собой образуется? Так извини, я тебя разочарую. Нет, нет и еще раз нет.

Все замолчали. Славян сидел, низко опустив голову. Кил посмотрел на них обоих и улыбнулся.

— Нормально. Я вижу, что Бизон со мной. А ты Славян стал другим, ты изменился. Почему ты сейчас так думаешь? Ты же знал моего брата, ты же вместе с нами, начинал в движении, а сейчас?

— Да я все прекрасно понимаю. — Славян поднял голову. — Но и ты пойми, сколько их? Семь?

Восемь? Это только на нас напали, а сколько их еще? А нас? Что мы можем сделать?

— Неважно, сколько нас. Главное, это то, что нас объединяло и объединяет. Это идея, за которую мы боремся. Ты клялся на верность этой идее, помнишь?

— Помню.

— И что?

Внезапно, у Кила зазвонил телефон. Все посмотрели на него. Он достал телефон из кармана и ответил.

Бизон посмотрел на Славяна и покрутил пальцем у виска. Тот в ответ, лишь пожал плечами.

— Поздравляю, теперь нас на одного больше. — Сказал Кил, поговорив по телефону. — Звонил Гранд, он хочет встретиться.

— Нормально. — Кивнул Бизон.

— Ладно, решили. — Кил посмотрел на Славяна. — Ты с нами?

Славян кивнул в ответ.

— Хорошо. Ну, а теперь давайте обсудим, что мы имеем. Первое. Мы столкнулись с группой, которая совершает нападения на членов нашего движения. Судя по всему, данная группа, принадлежит к так называемым, антифашистам. Второе. Договариваться с ними бесполезно. Здесь нужно действовать теми же методами. И третье, пожалуй, самое главное. Все нападения совершены не случайно, к ним готовились. Они знали, что мы будем в том или ином месте. А откуда к ним могла попасть такая информация? Только от нас самих.

— Это бред. — Бизон покачал головой. — Этого просто не может быть.

— Другого объяснения нет.

— И кто это?

— А вот для этого, — Кил ухмыльнулся, — я хочу встретиться с Грандом.

— Думаешь это он?

— Я ничего не думаю. Ладно, пойдем. Еще нужно в одно место заскочить, а потом созвониться с ним.

Они встали и прошли к входной двери. Кил взялся за ручку, но внезапно повернулся к Славяну и, кивнув на ногу, спросил:

— Как нога?

— Да нормально. — Ответил он ему. — Заживает потихоньку.

— А-а-а, — протянул Кил, — ну поправляйся, выздоравливай.

Они вышли, а Славян, закрыв дверь, еще долго стоял, глядя в одну точку.

— Зачем ты так с ним?

Кил спускался первым, за ним шел Бизон.

— Да потому что он ведет себя, как размазня. — Кил ударил рукой по перилле. — В конце концов, он кто? Русский националист или его жалкая пародия? К чему тогда все эти громкие разговоры об идейной борьбе?

— Ему сейчас тяжело. Бесспорно, ты потерял брата и ничто с этим не сравниться, но ты тоже должен его понять.

Кил остановился и, развернувшись, поднялся на несколько ступеней выше.

— Я никому, ничего не должен. — Сказал он, глядя Бизону в глаза. — Что, прикажешь как и он, распустить сопли и сидеть дома? Да это не жизнь, а существование. Каждый день, ты сидишь и думаешь о том, как остаться в живых. Бегаешь, бегаешь, но только все равно рано или поздно, это все настигнет тебя как снежный ком.

— Слушай, я и не говорю, что нужно сидеть, сложа руки. Но и действовать жестко, даже жестоко по отношению к своим это уже через, чур.

Они стояли возле окна, на площадке, между первым и вторым этажом. Дверь подъезда хлопнула, и послышались голоса. Бизон и Кил, не обратили на них никакого внимания, продолжая спорить.

— Оп-па, а вы кто такие?

Бизон резко обернулся и увидел перед собой молодого парня, лет двадцати. Высокого роста, худощавого. Бритая голова, делала его похожим на воробья, бородка, дополняла его полную схожесть с птицей. Одет он был, в соответствии с неформальным стилем жизни. Огромные кеды, ярко зеленого цвета, темные широкие штаны в полоску и футболка, с надписью «I love peace!», делали его, больше похожим на пугало, чем на обыкновенного человека. Из-за спины «воробья», как его сразу окрестил Бизон, выглядывали четыре таких же нелепых копии.