Шрифт:
1
– Кристина, ты тоже остаёшься на приватный танец. Сейчас попросили, – слышу как Инга – наш босс и постановщик танцев в одном, говорит моей коллеге, пока я собираюсь переодеться в раздевалке после выступления на корпоративе, куда мы нашей танцевальной группой специально приехали за тридевять земель.
– Инга… – показывает Кристина на ушибленную ногу, что подвернула в танце, неудачно поскользнувшись в конце.
Инга подходит к той и слегка морщась осматривает ее ногу. Даже я на расстоянии вижу, что она опухла
– Ну ты капец! – комментирует с досадой Инга. – Соня! Ты тогда давай! Другого выхода нет. Он как раз тебя хотел,– обращается она ко мне, и я аж вздрагиваю – настолько неожиданным для меня оказывается ее предложение.
Я знаю, чем часто заканчиваются приватные танцы, и отрицательно машу головой, молчаливо транслируя свое нежелание.
– Тот кто заказал этот приват, четко сказал, что ему нужен лишь танец. Не знаю, почему, но возможно он из любителей-смотрителей. Давай, Сонь. Больше некому – все уже разъехались по приватам, – уговаривает меня Инга.
И после еще нескольких умоляющих просьб Инги мне приходится согласиться. Не только из-за денег, которые за такие вот приватные танцы платят в десятикратном размере, но и из-за того, что мне не хочется подводить Ингу – я знаю, что у нее скорее всего будут проблемы, если я не соглашусь, потому что мужчины, присутствовавшие на этом вечернем мероприятии после конференции очень и очень влиятельны. Тем более если она говорит, что нужно только танцевать, значит так и есть, а значит моей девичьей чести ничего не угрожает, потому что несмотря на то, что с Васей – моим парнем, мы вместе уже восемь месяцев, я до сих пор девственница.
Сначала, понятное дело, мне нужно было время, чтобы привыкнуть, а потом я старалась оттянуть этот момент из-за непонятного страха. Вася иногда психует и говорит, что я просто не хочу его, но это не так. Точнее может и так, но чувства к моему парню у меня все же есть, а это в отношениях главное.
Накинув на себя лёгкую накидку, выхожу к машине, где меня уже ждут.
– Прошу, – открывает мне дверь шикарного лимузина телохранитель шейха, что заказал танец.
Неуверенно сажусь в машину, думая, что в такой роскоши мне предстоит ехать до дома шейха одной. И лучше бы это и правда было так, потому что едва я опускаюсь на сиденье, как свет внутри лимузина загорается ярче, и я сталкиваюсь с глазами, что пожирали меня во время нашего выступления.
Ох… Я даже представить не могла, что попаду именно к этому человеку.
Я его сразу заметила. Потому что он сразу заметил меня. В какой бы части организованной сцены я не была, он всегда смотрел в ту сторону – все несколько танцев он глазел на меня безотрывно. У меня даже складывалось ощущение, будто я танцую персонально для него, и как бы мне это ощущение не нравилось, избавиться от него я не могла.
– Не ожидал тебя здесь увидеть, – со свойственным акцентом говорит шейх. – Мне сказали, что ты приватные танцы не танцуешь,
– К сожалению, она подвернула ногу. Надеюсь вы не против ее замены, – робко проговариваю я, уже заранее зная ответ.
– Не против. Сколько тебе? – заподозрив неладное, спрашивает шейх.
– Девятнадцать, – несмело говорю я правду, опасаясь этому человеку врать, хотя в интересах собственной безопасности мне выгоднее было бы приуменьшить свой возраст на пару лет, как это и делала Инга, ограждая меня от ненужных заказов.
– Даже уже не восемнадцать… – сканирует он глазами мое лицо, отчего мне становится зябко.
В этот момент уже жалею, что согласилась на этот приват. Да вообще жалею, что поперлась в эту страну. Повелась на красивые картинки, обещанные за выступление деньги и жаркое солнце. Да и Вася сказал, что мы сможем представить, будто поехали сюда не по работе, а в отпуск. А в итоге все время, что мы здесь, оба пропадали на своих работах – я танцуя, а он обслуживая гостей официантом, и не солнца, ни красивых картинок заценить особо не успели. А сейчас я уже и деньгам не особо радуюсь, пребывая в непонятном состоянии.
Опускаю глаза в пол, не зная куда себя деть под властным взглядом одного из богатейших мужчин этой страны, но даже так чувствую на себе его взгляд.
– Как тебя зовут? – спустя несколько минут молчания спрашивает он.
– Соня, – поднимаю глаза на него. – А вас?
–Ты можешь звать меня Джадир.
– А по отчеству? – нелепо уточняю я, совсем забыв, что мы не в России.
Он усмехается, но отчества своего не называет.
– Обращайся ко мне господин Джадир.
Он произносит это наблюдая за моей реакцией. А она есть. Я слегка краснею и радуюсь, что в машине свет все же не такой яркий, чтобы выдать меня совсем.
– Хорошо, – тихо соглашаюсь я, не планируя теперь обращаться к нему совсем.
Доезжаем мы быстро. Под конец дороги Джадир уже не рассматривает меня, с кем-то переговариваясь по телефону на своем языке. А когда мы подъезжаем к огромному дворцу, он первым выходит и подает руку мне.
Кладу свою руку в его большую теплую загорелую ладонь, и по мне словно пробегаются мельчайшие разряды тока от этого прикосновения. Так странно – никогда не чувствовала такого. Возможно сказывается, что я сейчас не только в незнакомой чужой стране, но еще и в совершенно неизвестном месте?
Джадир же наоборот никак не реагирует на этот контакт наших рук и не задерживает мою руку в своей, когда я полностью выхожу из машины.
Оглядываю огромную территорию, оформленную по высшему классу современных изысков. Здесь очень много цветов и архитектурных композиций, включая огромный круглый фонтан, что играет струями воды под изумительным однотонным освещением. И в этой роскоши мне почему-то становится не по себе еще больше. Оглядывая огромную территорию, я еще четче понимаю, что я здесь совсем одна, и что Инга или мой Вася даже не знают точного моего местонахождения.