Мой варвар
Шрифт:
И в этот момент я понимаю, что все будет хорошо. Почувствовав облегчение, я опускаюсь на колени.
Остальные ликующе кричат «ура!».
Хар-лоу встает на колени возле меня и предлагает мне гневающегося ребенка.
— Не хочешь подержать своего сына?
Я беру его на руки и смотрю на него сверху вниз. Рана на его шее уже заживает, и в такой холод он энергично размахивает своими кулачками. Я прижимаю его к себе. Своего сына. Я смотрю на Хар-лоу, и мое сердце замирает от любви, когда она улыбается мне.
Моя
— Пора вернуться домой, — говорю я ей.
Она хмурит брови.
— Обратно в пещеру на берегу моря?
Я мотаю головой.
— Домой. К племени. Вместе.
Она прикусывает свою розовую губу.
— А ты останешься? — ее голос робок, полон надежд.
Я протягиваю руку и касаюсь ее щеки.
— Я никогда не смог бы вас бросить. Ни тебя, ни нашего сына. Мы — семья.
Ее лучезарная улыбка лучше тысячи воспоминаний о моем отце.
Эпилог
Один оборот луны спустя…
ХАРЛОУ
— Ай! — я вздрагиваю, когда маленькие десны Рухара изо всех сил прикусывают мой сосок. Его крошечный кулачок цепляется за мой палец, как будто он задумал драться со мной, стоит только мне взбрести в голову отнять у него свою грудь. — Твой сын любит кусаться.
— Мой сын — воин, — заявляет Рух, вальяжно растянувшись рядом со мной. Лежа в наших шкурах, он ухмыляется мне, играя с маленькой ножкой Рухара. — Он хочет то, что принадлежит ему.
Я фыркаю, но мне грех жаловаться, ведь, пока малыш ест, он смотрит на меня ярко-синими глазами. С тех пор, как он получил свой кхай, крошка Рухар не такой уж и маленький. Ребенок практически стал больше в два раза, и это просто поразительно. Теперь он пухлненький, счастливый и гораздо сильнее, чем я ожидала. Пока он ест, крошечный хвостик нетерпеливо метается взад-вперед, и я гадаю, не пойти ли мне снова повидаться с целительницей, чтоб увеличить у меня выработку молока. Я меняю груди, и та, что теперь свободна, капает молоком и по-прежнему ощущается тяжелой. Неа. Рухар просто маленький поросенок, которого только еда и интересует. Как ни странно, меня это устраивает. Он настолько здоров, что я аж трепещу от счастья, когда любуюсь им. Даже его крошечные рожки растут.
Рух проводит рукой по светлому пушку на голове ребенка, а потом гладит мою руку. Я тут же замираю, потому что ощущение-его-прикосновений — это именно то, чего мне очень не хватало во время всего прошедшего месяца. Мы оказались заняты новорожденным малышом и приспособлением к жизни в племени, а мое тело приспосабливалось к послеродовым изменениям. Возможности для секса оказалось не так уж много.
Ну ладно, возможности для секса вообще не оказалось. И я ужас как хочу, чтобы моя пара снова прикоснулся ко мне.
Пока
Кто-то побрякивает шнурком с ракушками перед нашей «дверью». Там есть занавес, но так как в занавес постучать невозможно, я смастерила эту крутую штуку. Это позволяет Руху чувствовать, что у нас довольно уединенно. Я натягиваю на свое тело кожаное покрывало, поскольку кормлю грудью, а Рух принимает сидячее положение.
— Входи.
Входит Вэктал, и Рух поднимается на ноги. Вождь выглядит совершенно измотанным.
— Комплект Лииз на подходе. Р'aхош… не в себе.
А это значит, что он уже впал в панику. И это неудивительно, учитывая, что за последние несколько недель, по мере того как живот Лиз расширялся, и все больше приближались роды, она от острой на язык нахалки превратилась в совершенно раздражительного нытика. Р'aхош кружил над своей парой и словно одержимый вошел в раж относительно любой мелочи дабы обеспечить, чтобы его Лиз была довольна и счастлива. Следовательно, он сводил с ума всех членов племени. Вэктал с Рухом уже договорились забрать Р'aхоша на охоту на то время, пока Лиз рожает, чтобы он не бесил бедную Мэйлак своими вопросами и придирками.
Рух тут же хватает свое копье и охотничью сумку. Он смотрит на меня, колеблется.
— Иди, — говорю я, махнув ему рукой. — Я возьму Рухара к Лиз и посмотрим, не сможем ли мы ее отвлечь. А ты позаботься о будущем папочке.
Моя пара подходит ко мне и гладит меня по щеке.
— Я принесу тебе твое любимое. С этим вторым рождением племя захочет сегодня устроить пир.
Я начинаю хихикать, прислонившись щекой к его ладони.
— Просто верни домой более спокойного Р'aхоша, и одно только это уже будет стоить того, чтобы отпраздновать.
Он выглядит так, будто хочет добавить еще что-то, но впоследствии кивает головой и выходит наружу вслед за Вэкталом. Я заканчиваю кормить ребенка, даю ему срыгнуть, после чего меняю его кожаные пеленки на свежие. Забавно, что Вэктал, Р'aхош, а теперь еще и Рух стали такими близкими друзьями. Они спорят и ругаются, как братья, но и поддерживают друг друга куда больше, чем я ожидала. Рух хорошо приспособился к жизни в племени, правда, когда он не в духе, то жалуется на шум. Но охота с Р'aхошем и Вэкталом помогает, и ему, похоже, все больше нравится наслаждаться компанией вместо того, чтобы из-за нее раздражаться.
Когда Рухар переодет, я надеваю платье-тунику, которое носила до беременности, и я рада обнаружить, что оно мне подходит. Я снова в своей тарелке, и все же по-прежнему лишена ласк моей пары. У меня даже кровотечение прекратилось, а чувствовую я себя так, будто все вернулось в норму. Это значит, теперь все может вернуться к нормальной жизни, верно? Очень на это надеюсь.
Я так соскучилась по сексу. Я люблю Рухара, и мне нравится снова жить в племени,… но еще я хочу получить назад свою пару.