Мой убийца
Шрифт:
Чтобы эффектно закончить дело, я загнал Эла в угол и сказал ему довольно громко, чтобы меня мог слышать и бармен, — я знал, что в этом случае новость разнесется быстрее телеграфной:
— А-а-а, вот и ты, жирный мешок. Слушай меня внимательно. Говорю по-хорошему. Оставь в покое Паулу Ли. — Я бросил взгляд на Лоферта и увидел, что он внимательно прислушивается к моим словам. — Если ты или кто-то другой начнет диктовать ей свои условия, он будет иметь дело со мной!
Чтобы мои слова прозвучали более убедительно, я нанес Элу Ризе короткий удар в область почек, и
Все оказалось довольно просто.
Я был полицейским, который появился в квартале, где прошло его детство, и которому многое не понравилось в этом квартале из того, что он увидел. Я мог понять людей, страдающих от гангстеров, и решил им немножко помочь. Об этом вскоре заговорят во всем районе, и тогда мне, вероятно, будет легче найти общий язык с этими людьми. Все бывает...
В шесть часов я постучал в дверь квартиры, где жила Марта, и услышал, как она подбежала к двери. На ее губах играла улыбка, означавшая: «Добро пожаловать домой!» Увидев все это, я снова ощутил какую-то теплоту. Почуяв запах свежего кофе с кухни и аромат бифштексов, я облизнулся.
— Ты голоден, Джо? — Марта посмотрела мне в глаза и добавила:
— Собственно, можешь не отвечать. Вытаскивай пиво из холодильника, я сейчас буду готова. — Она широко улыбнулась.
Странно, но в своей собственной квартире я не чувствовал такого уюта, как здесь. Мы поужинали в спокойной обстановке, которую каждый из нас опасался нарушить. Говорили о всяких мелочах лишь для того, чтобы вообще говорить. Ужин закончили черным кофе. Наливая себе вторую чашку, Марта сказала:
— Теперь ребята не захотят с тобой знаться, потому что ты связался с девчонкой.
— Какое мне дело до ребят, к тому же большинство из них уже на том свете.
— Странно, правда? Как быстро течет время. Я отлично помню то время, когда бегала за тобой и Ларри и хотела играть вместе с вами. Ты меня всегда усылал куда-нибудь под разными предлогами, а Ларри постоянно делал вид, будто собирается снять с меня скальп.
— Я недавно вспоминал Ларри.
— Наверное, тебе его очень недостает?
— Мы всегда хорошо понимали друг друга, — я пожал плечами, — но так уж устроена жизнь.
— Ты прав.
Чтобы перевести разговор на другую тему, я осведомился:
— Тебе удалось что-нибудь узнать?
— Больше всего я узнала от Мэрфи. У него есть агенты среди гангстеров, и там поговаривают, что заваривается какое-то большое дело. Люди, стоящие во главе, нервничают по неизвестной причине и все время катаются от Чикаго до Нью-Йорка и обратно. Кажется, что происходит какое-то совещание на высоком уровне. Действительно, существует связь между здешними гангстерами и гангстерами из других мест. Правда, все они разыскивают Гуса Уайлдера, но не это самое главное. Самым важным является что-то другое, но об этом никто не обмолвился ни словом.
— Вновь
— Не обязательно. После одного из таких совещаний сюда были посланы Лоферт, Фатер и Лютц. Если мы сконцентрируем наше внимание на этих личностях, мы сможем что-нибудь узнать.
— Их не так-то легко заставить говорить, — заметил я.
— У них тоже есть ахиллесова пята... Наверняка...
— С чего начнем?
— С первых убийств... Как-никак, а убийства остаются убийствами. До сих пор еще никто не касался этой темы. Никто ничего не видел. Меня просто восхищает твоя уверенность в успехе.
— У меня большой стаж работы в полиции, Джиджи. Придет время, и они сварятся в собственном соку, а нам остается лишь ждать и немножко их провоцировать.
— Несносный ты человек... Что ж, давай ждать и провоцировать.
Глава 7
Люди, приходившие поужинать, уже ушли из ресторана Тони, когда мы вошли туда с Мартой. У стойки бара сидела какая-то парочка, да были заняты еще два столика в зале. Сам Тони забавлялся транзистором, а Мэри обслуживала в зале.
Мы с Мартой забрались на табуреты. Заметив нас, Тони улыбнулся и подошел. Первый раз за много лет я увидел, как он улыбается. Он поздоровался на своем неаполитанском диалекте и автоматически приготовил две порции пива.
— Ты уже сделал доброе дело для той девушки, Джо. Она так радуется! Ведь ужасно, когда женщина выходит на панель, но еще ужаснее, когда она не может оттуда уйти.
— Ей нужно было бы попридержать свой язычок, а то люди могут подумать, что полиция становится чересчур мягкой.
— Здесь ты ошибаешься, Джо, — Тони многозначительно посмотрел на нас. — Вы оба тоже относитесь к нашему кварталу. Может быть, даже к лучшему, что ты вернулся сюда, Джо. Здесь плохо, очень плохо.
— Убийства?
Он усердно закивал.
— Ими должен заниматься другой отдел, и кроме того, я появляюсь тут лишь в свободное время. Поэтому мне наплевать на все это.
На физиономии Тони отразилось огорчение.
— Но это тоже плохо. Сейчас этим делом вообще никто не занимается. Полиции тоже на все наплевать. Кто-то сдох, ну и что? — Он склонился ко мне и доверительно зашептал: — Но ведь этот убийца здесь, Джо. Он может прикончить еще кого-нибудь...
— Ну а чем могу помочь я, Тони? Всех убитых я знал лишь маленькими, и ты отлично это понимаешь. Все они были хорошими парнями. Я ходил вместе с ними в школу.
Тони пожал плечами.
— Хорошими парнями их не назовешь. Но если уж на то пошло, то тут есть еще хорошие люди. Ты должен это знать. Много хороших людей, и все они боятся.
— И ты тоже?
— Да. Я боялся этого глупого Рене Миллса и других парней тоже.
— Я вот что хочу тебя спросить, — тихо произнес я. — Что ты знаешь о Рене Миллсе, Тони? Что? Говорят, он в последнее время сорил деньгами? Ведь их у него никогда не было. Чтобы совершить большой грабеж, мужества у него не хватало, а дать в долг большую сумму ему тоже никто не мог. Ведь Рене был обыкновенным мелким мошенником.