Мой самый-самый...
Шрифт:
– Хочу, скидывай, - бросает, явно с трудом сдерживаясь, - И нет. Всё, что происходит, звездец как ужасно, Лиза.
13. Лиза
13. Лиза
Едим мы под аккомпанемент бесконечной болтовни детей, которая для меня приглушена шумом крови в ушах, не желающим утихать ни от каких уговоров. Сашка сидит напротив, то и дело сверля меня исподлобья тяжелым, прилипчивым взглядом. Заторможено пью кофе, делая вид, что не замечаю. Вафли в
– Ну что, квартиру скинешь?
– интересуется Саша через пару минут.
Молча отправляю ему ссылку на объявление. Утыкается носом в телефон. Хмурясь, листает. Кусаю губы, путешествуя рассеянным взглядом по комнате. Алиска фоном тарахтит что-то про школу, и мы с Сашкой оба поддакиваем невпопад, сосредоточенные на том,что между нами происходит, а не на внешних раздражителях.
– Там ремонт все равно делать надо. За такую цену так себе, - ворчит Лютик еще через пару минут, задумчиво почесывая отросшую щетину на подбородке, - Других вариантов нет?
– Сам понимаешь, старая малоэтажная застройка - в принципе мало вариантов...Да, надо делать, тут просто можно стенку передвинуть за счет спальни и кухню расширить. Мне ведь большая комната не нужна. Только кровать.
Сашка кивает, опять что-то листая.
– Дом газифицирован, как ты двигать стены собралась, Лиза?
– бурчит еще через пару минут, - Это придется заносить еще половину стоимости, чтобы перепланировку одобрили.
– У них уже подписана перепланировка, поэтому такая цена. Они сами собирались так делать, но обстоятельства изменились, продают. Уезжает в Германию, кажется.
Сашка на это ничего не говорит. Лишь окидывает меня скептическим взглядом. Снова опускает глаза в телефон.
– Документы проверяли?
– Да, юристы отца проверяли, - чувствую себя немного школьницей, отчитывающейся перед учителем.
Это и раздражает, и одновременно...У меня будто с плеч снимают пару мешков с песком. Я привыкла, что всеми документами и платежами в нашей семье занимался Сашка. Нет, я способна без проблем оплатить электричество с водой и подать документы на детей в школу, но когда это все зависит не только от тебя - это...
– Юристы отца - это хорошо...- бормочет тем временем мой бывший муж. Вздыхает и откладывает телефон.
– Телефон риелтора скинешь?
– Зачем?
Пожимает плечами.
– Тоже хочу посмотреть. Прикинуть...И, - в серых глазах мелькают едкие насмешливые искорки, - И ремонт -то хоть сделать дашь, Лиз? Или я из принципа к процессу не допущен?
Ничего не могу с собой поделать и расплываюсь в ответ в нервной жаркой улыбке, от которой у самой румянец вспыхивает на щеках.
– Если так рвешься, не вижу смысла тебя останавливать...
– М- м-м, как интересно, - Сашка подается, ко мне через стол, криво улыбаясь, - Какие еще мои инициативы будут благосклонно приняты? Список можно?
И
Сердце частит, дыхание сбивается. Жарко. Это ведь уже флирт, да?
Резко отвожу глаза, только сейчас подмечая, что дети замолчали и с интересном и робкой надеждой наблюдают за нами. Это плохо, черт...
– Мне пора собираться, - резко встаю из-за стола.
– Во сколько у тебя самолет?
– спрашивает Сашка.
– В 13:30, в половину двенадцатого уже буду выезжать.
И все разом косимся на электронные часы на духовке. Десять утра.
– Ты на такси?
– продолжает Сашка допрос, останавливая меня в дверном проеме.
– Нет, за мной заедут, - бросаю на него быстрый взгляд, обернувшись.
Вижу, как темнеют его глаза. Словно туча грозовая нашла...
– Мама с коллегами с работы едет, да, мам?
– щебечет Алиска, вставляя свои пять копеек.
Детям я скормила именно эту версию, чтобы не нервировать их раньше времени и трусливо опасаясь повторения разборок с дочкой по поводу того, что я опять бросаю их с отцом ради какого-то мужика.
– С коллегами, ну да, - с едкой иронией хмыкает Лютик, откидываясь на спинку стула и постукивая пальцами по столу.
То, что он в это ни капли не верит, становится очевидно, но...это уже его проблемы. Мне плевать.
Мне должно быть плевать.
Ничего от себя не добавляя, ухожу из кухни.
***
Чтобы невольно не прислушиваться к голосу мужа, раздающемуся на кухне и в детской, а тем более не ловить Сашкин взрывной смех, я включаю музыку погромче и начинаю, не торопясь, наполнять вещами свой небольшой чемодан. Внутренняя дрожь никак не проходит, делая движения резкими и суетливыми, внутреннее напряжение растет.
Время утекает сквозь пальцы, остался какой-то час и мы снова расстанемся.
Так правильно, так должно быть, но я не могу не чувствовать эту непроходимую ноющую тоску. Она как зубная боль, дергает и не дает отвлечься. Мысли крутятся словно белка в колесе.
Почему это случилось с нами? Почему?
Если раньше я видела только Сашкину измену, то сейчас мозг постепенно подкидывает мне все новые и новые воспоминания, в которых я тоже была не права. Ужасно не права...Вот только это уже ничего не меняет.
Где-то через полчаса полностью собравшись - осталось только переодеться самой, падаю на кровать, устремляя затуманенный взгляд в потолок.
Часы показывают 10:37, осталось меньше часа...
Музыка долбит на всю комнату, не давая расслышать, чем сейчас заняты дети с бывшим мужем, и внутри все разрывается от двух противоположных желаний - пойти провести время с ними и остаться сидеть здесь до приезда Ариэля, чтобы не бередить и без того кровоточащую рану.