Шрифт:
Глава 1
— У вас хорошая семья, — проговорила Анна Владимировна, улыбнувшись им светлыми глазами поверх половинок почти прозрачных очков, — в полном порядке документы и вы выполнили все требования законодательства.
Ольга только вздохнула в ответ, а вот Денис взял и толкнул ее локтем. Она знала, что хотел муж — чтобы она вытащила бумажник и дала взятку директору дома «малютки», а Оля не могла. Не потому, что не понимала, что без взятки ей не дадут усыновить найденного (ею же!) на помойке малыша, а потому что не умела делать этого. Ни в институте,
— Тогда почему все так затянулось? — спросила Оля, а сама поняла, что начинает злиться и тихо ненавидеть себя за собственное упрямство и вообще, за то, что обратилась в органы опеки и попечительства.
Ей все то, что она имеет далось трудом, тогда как люди считали иначе. В этой стране слишком мало молодых и красивых, которые бы добились всего и самостоятельно. За каждым кольцом на пальце, шубой на плечах, красивой машиной на парковке стоит сплетня о богатом любовнике.
— Закон суров по отношению к усыновителям. Это вам говорю я, тоже самое скажут органы опеки…
Анна Владимировна вздохнула, переложив листы сложенных в углу стола документов в другую сторону.
— Уверена, что тоже самое вы прочитали на всевозможных форумах в интернете.
Оля читала и как сказал Денис: «на свою же беду!» Она узнала, как бывает иначе, проще, радостнее, счастливее.
— Как и все, — ответил за нее Денис.
Надо было сделать вид, что это она родила Макара и никто другой. Теперь затея, подсмотренная в каком-то идиотском фильме на «Первом», не казалась ей такой уж и безумной. Ей всего-то и понадобилось бы купить бандажные брюки и несколько разных по размеру подушек. Зато Макар был бы с ней, а не в казенной кроватке в дальнем углу общей спальни. Тогда же она просто растерялась, поверила в систему и в разумность людей. Разве мог желать кто-то зла брошенному малышу? Нет. Кому-то могло быть просто все равно и только.
— Это долгий процесс, — Анна Владимировна поправила очки на носу. — Вы должны понимать, что решается жизнь человека и в таких делах не должно места спешке.
Ольга заправила за ухо выбившуюся прядь, решаясь. Она не делает ничего плохого. Это все нужно, чтобы забрать найденное сокровище домой и уже никуда, никогда и не при каких обстоятельствах не отпускать.
— Конечно, но…
Ольга запнулась, потянулась к сумке, достала чековую книжку и сунула ее в руки Денису. Он предложил этот вариант, вот он пусть и действует. У него должно получиться. Хоть в чем-то, но должно!
— Мне нужно на воздух!
Ольга просто злилась на него, на людей, мир, на всех! Ее мальчик должен быть с ней!
— Оля!
Она вылетела из кабинета, пробежала по бордовому ковролину, задела листья напольных «монстера» и стремительно спустилась по ступенькам, оказавшись в до боли знакомом пространстве второго этажа. Тихо, чтобы не шуметь и не стучать металлической набойкой тонкой шпильки, Ольга прошла
— Привет, малышня, — проговорила она, улыбнувшись самой светлой из своих улыбок, всем сердцем веря в то, что ее внимание не обойдет стороной никого, даже самого взрослого постояльца этого места.
Она остановилась, прилипнув к окну. Пока не появились зазевавшиеся работники можно было постоять и поговорить. Хотя бы так! Ольга смотрела на сверток в казенной пеленке, изредка ворочающийся и взмахивающий крохотными ножками, молясь, чтобы у Дени вышло то, на что оказалась не способной она.
— Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! — шептала она, не сводя глаз с кроватки-тележки, большей похожей на корзину супермаркета. — Боже, пожалуйста, помоги нам!
Она стала верить относительно не давно. Это было грустно и в другой раз, забавно, но только не в их случае, когда решалась участь человека. Ольга обратилась к Богу тогда, когда стала терпеть неудачи, а не наоборот, когда в ее жизни шла череда побед.
Упорство, знания, эффектная внешность, деньги — это все было бессильно в борьбе с бесплодием. Ольга не понимала, как и где она могла оступиться. Всю жизнь она только и делала, что училась, работала, стажировалась, вновь работала, не впуская в свою жизнь мужчин. Кто-то говорил, что надо обязательно, хотя бы для здоровья, но Ольге было некогда.
Вот так просто! Некогда!
Работа забирала все ее силы и время, а потом, когда пришла пора пожинать плоды своих трудов она встретила Дениса, влюбилась, вышла замуж и вот спустя три года решилась на ребенка.
Вот только у судьбы, Бога, провидения было иное мнение на этот счет. Ничего не получалось. Все говорило о несовместимости на природном уровне. Вот только они с Дэном встретились, полюбили и желали быть вместе несмотря ни на что. Их любовь не убили неудачи, безрезультатные и совершенно напрасные ЭКО, бесчисленные обследования в клиниках и неутешительные результаты анализов.
— Что вы здесь делаете?
Ольга вздрогнула. Она не знала сколько времени простояла тут, гипнотизируя взглядом кроватку Макарки, повернулась к женщине, оставив испарину на стекле, и дернула плечом.
— Смотрю, — ее ответ был до неприличия прост, но ей и не хотелось объяснять ничего потому как она была здесь не в первые за прошедшие месяцы, наверное, успев мало-мальски запечатлеться в памяти каждого.
Она бывала здесь ежедневно, выпрашивая (а кажется, что выцарапывая) возможность увидеться с малышом.
— Не положено! Время для посещений…
Она знала, как тут принято.
— Милена Георгиевна, я всего лишь на пару минут, — проговорила она, подарив хмурой женщине извиняющуюся улыбку. — Уже ухожу!
Ольга, бросив последний взгляд за стекло, ушла, лопатками чувствуя нацеленные ей в спину взгляды. В уже не первый раз она ощутила себя преступницей, злясь на работников, погрязших в работе казенного учреждения. Все у них по графику, правилам, законам, словно и не нарушают они ничего, а она просила немного, а совсем малого — лишние минуты для таких вот свиданий.