Мой принц
Шрифт:
Все тотчас же уселись на позолоченные стулья, стоявшие у мраморного камина. Принц молчал; он не знал, как начать беседу. Леди Бофорт повернулась к нему и спросила, как прошло их с Францем путешествие.
— Путешествие было необыкновенно приятным, — ответил принц с улыбкой.
— За исключением последних часов, — вставил Франц.
Принц вопросительно взглянул на кузена — он не знал, следует ли рассказывать герцогине о разбойниках.
Франц усмехнулся и проговорил:
— Мне рассказать эту историю?
— Рассказывай, — кивнул принц.
Пока Франц описывал происшествие на дороге — причем он представлял все очень комично, — Август наблюдал за Лидией и ее матерью, которые с откровенным изумлением смотрели на рассказчика.
«Кузен очарователен», — подумал принц.
Франц действительно был необыкновенно привлекательным молодым человеком. Его белокурые волосы казались немного длиннее, чем того требовала мода, и на лоб падал густой локон, который он то и дело отбрасывал. А в сияющих голубых глазах Франца искрился смех, когда он указал на свою одежду, чтобы продемонстрировать, как они перепачкались, когда, стреляя, катались по земле. Пожалуй, Франц был даже слишком красив для мужчины, но принц прекрасно знал, что внешность кузена обманчива — противникам Франца не раз приходилось убеждаться в этом.
Наконец Франц закончил свой рассказ, и леди Бофорт, повернувшись к Августу, сказала:
— Как я поняла, вы собираетесь венчаться в Юре, принц.
Август с удивлением посмотрел на герцогиню — ему никогда не приходило в голову, что он мог бы жениться в каком-то другом месте.
— Да, разумеется, — ответил он.
Франц взглянул на него и проговорил:
— Принца считают в Юре героем, и этот брак будет поводом к величайшему празднику. — Он улыбнулся Лидии и добавил: — Люди считают Гаста богом, а вы станете богиней, леди Лидия.
Август едва заметно нахмурился — ему ужасно не понравились слова кузена. Лидия же, напротив, просияла. Следующий час тянулся необыкновенно медленно. Август не привык к пустой болтовне, он, , конечно, отвечал на все адресованные ему вопросы о Юре, но почти не принимал участия в шутливой беседе.
«Но ведь это и есть нормальная жизнь», — говорил он себе, слушая очередную забавную историю, которую рассказывал его кузен. — Нельзя же всю жизнь провести в пещере с горсткой отчаянных храбрецов. Надо приспосабливаться к новым временам».
Принцесса вдруг поднялась и сказала:
— Прежде чем мы отпустим вас, чтобы вы отдохнули и переоделись, Август, я хочу, чтобы вы познакомились с моей младшей внучкой.
Белый лоб герцогини омрачила морщинка. Повернувшись к принцессе, София спросила:
— Неужели вы послали за Чарити?
— Разумеется, послала, — ответила Мариана. — Хотя она официально еще не выходит в свет, ее следует представить Августу.
У двери послышались шаги, и принц приготовился увидеть еще одну темноволосую и зеленоглазую
У девушки, появившейся в гостиной, были длинные золотистые волосы, перетянутые на затылке бледно-желтой лентой, а ее светло-карие глаза внимательно смотрели на принца.
— Август, это моя внучка Чарити, — представила ее принцесса.
Девушка расправила юбки и присела в реверансе.
— Я рад встрече с вами, леди Чарити, — сказал Август.
Огромные карие глаза смотрели на принца все так же пристально. Наконец она кивнула и проговорила:
— Вы выглядите именно так, как я вас себе представляла. Правда, я ужасно боялась, что вы окажетесь толстым коротышкой и даже, возможно, косоглазым.
Герцогиня нахмурилась и проговорила:
— Чарити, о чем ты?..
Но принц искренне рассмеялся — впервые после того, как вошел в Бофорт-Хаус.
— Я рад, что не разочаровал вас, леди Чарити.
— И я тоже рада, — с серьезнейшим видом ответили девушка. Потом вдруг спросила: — Скажите, а вы смогли вернуть липиззанеров из Венгрии?
— Это первое, что мы сделали после поражения Наполеона, — заверил ее принц.
— О чем вы говорите? — спросила Лидия. — Что это за липиззанеры?
Принц повернулся к своей невесте:
— Юра знаменита своими лошадьми-липиззанерами, леди Лидия. Мы разводим их столетиями. Именно из нашего табуна австрийский двор покупает лошадей для испанской школы верховой езды в Вене. Естественно, мы не хотели, чтобы Наполеон наложил руки на наших лошадей, поэтому перед вторжением французов мы переправили жеребцов и кобыл в Венгрию. Но мы уже вернули их, — добавил принц, снова поворачиваясь к Чарити.
— Я очень рада. — Она улыбнулась, и принц вдруг подумал, что младшая сестра ничем не уступает старшей.
— Мы непременно покажем вам наших лошадей, когда вы приедете в Юру, леди Чарити, — сказал Франц. Затем он обратился к Лидии: — Но чтобы увидеть, на что способны липиззанеры, вам придется съездить в Вену. Мы начали разводить их в XVI веке, и теперь наши липиззанеры считаются лучшими в Европе.
Принц по-прежнему стоял, и ему ужасно не хотелось снова садиться. Он с нетерпением ждал окончания этой встречи.
— Как жаль, что в Англии нет такой же школы верховой езды, — сказала Чарити.
Леди Бофорт пожала плечами и проговорила:
— Уверена, что эти лошади великолепны, но мне английские чистокровные кажутся самыми красивыми в мире.
— Чистокровные английские лошади — замечательные животные, — сказал Франц с очаровательной улыбкой.
Принц покосился на дверь и тотчас же услышал голос лорда Бофорта. Обращаясь к жене, герцог сказал:
— Миледи, думаю, самое время проводить гостей в их комнаты. Ведь они, должно быть, очень устали после долгого путешествия.