Мой преданный враг
Шрифт:
Отвечать не стала, изо всех сил стараясь не заплакать. Хватит! Все хорошо, Кори, а Расго уж точно не должен видеть твоих слез. Слышишь, Кори?!
Больше всего мне хотелось как в детстве, скрыться в душе, смывая неприятные прикосновения.
Расго молча последовал за мной. Просто неторопливо шел в нескольких шагах позади, не расспрашивая и ничего не говоря. Только у самих ворот неожиданно остановил, кладя руку мне на плечо:
— Скрой следы проклятия, — предостерегающе напомнил он. – Арка засветится и выдаст, что ты в городе использовала
— А тебе какое дело? – я обернулась к Даронну. – Еще несколько дней назад, не ты ли требовал извинений, угрожая поставить меня на место?
— Это разные вещи, Риддис! – Юноша скривился. – Ты влезла не в свое дело. Первогодка, посмевшая проклясть троих лучших магов на потоке. Правда, думаешь, что это сойдет тебе с рук?
— Да что он вам сделал? – резко спросила я, тем самым хоть немного пытаясь выбросить из головы случившееся.
— Он? – Расго вдруг глухо рассмеялся. – Алан Лодвин отравил мою лошадь, Риддис!
Я опешила.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что этот идиот сглупил, — раздраженно ответил Даронн. – Он и сам это понимает. Наши семьи давно враждуют, вот и решил хотя бы так низко отомстить, не имея смелости пойти в открытую против целого клана.
Он говорил, а я понимала, что отвлечься все-таки не удается. Пытаюсь сосредоточиться на словах Расго, а в голову все равно лезут неприятные воспоминания: прикосновения потных рук, запах перегара и холодная стена, упирающаяся в спину.
Дрожат руки, ноги ватные – идти дальше сил нет. До академии всего ничего, два шага от силы, но я будто вросла в землю. Слова Даронна теряются в звонком шуме. В висках пульсирует, и кажется… по щекам вновь влажные дорожки слез. Я не смогла сдержаться. И не хотела.
Только ощутив холодную ладонь на лице, сфокусировала взгляд на Расго. Его лицо оказалось так близко, что это, наверное, впервые, когда я рассмотрела, что глаза у него не синие как всегда казались, нет, они темно-фиолетовые, как предгрозовое небо.
— Не надо меня жалеть! – я моментально скинула его руку. – Ни к чему это после всех твоих угроз! Выглядит просто смешно.
— Мне тебя и не жаль, — убедительно заявил Даронн, складывая руки на груди. – Тебе уже не тринадцать, ты должна понимать, чем может закончиться столь поздняя прогулка по ночной столице. Но раз ты так спокойно ходишь одна, значит, уверена в себе. И, судя по остаточным следам магии вокруг тебя, кому-то сегодня очень не повезло…
— Спасибо.
— За что? – изумился Расго, явно не ожидая от меня такого ответа.
— За честность.
Стало легче. Немного, но действительно легче. Ворота академии замерцали магией, а затем пропустили нас на территорию. В последний миг накрыла себя двойным пологом, пряча следы магии от арки истины, которая шла сразу над воротами.
Расго поднялся со мной в общежитие, но прежде чем свернуть в комнаты третьекурсников, ненадолго остановился:
— Риддис, я надеюсь, ты поумнеешь и не станешь так поздно ходить
«Нет, Расго, не перестану!» — мысленно ответила магу, наблюдая за тем, как он скрывается в коридоре своего курса.
Бросать работать я была не намеренна. Просто обращусь снова к нитям. Впрочем, в одном он прав! Мне нужно было сделать это раньше. Действительно, слишком беспечно полагать, будто со мной ничего не случится. Да, на мне и так есть защитные браслеты, но это все не то. Я не хочу даже чувствовать чьих-либо прикосновений! Глупо. Правда глупо! После того, что случилось когда-то в школе, попасться на том же самом, заранее не подумав, чем опасна ночная столичная жизнь. Никакая не умная и не талантливая, как часто хвалит меня мистер Горан. Я – самоуверенная дура, вот кто!
С такими мыслями я вошла к себе в комнату, срывая испорченно платье – его только выкинуть. И снова, также как три года назад – долгое времяпровождение под сильной струей прохладного душа.
Холодно. В комнате было приоткрыто окно. Кутаясь в тяжелое полотенце, я прошла к кровати, замечая под одеялом грелку. Видимо, слуги постарались – в последние дни в академии было холодно, а камины еще не везде топили.
На целую ночь заняла себя плетением. Все равно сон не шел, а память упорно подкидывала темный проулок и того грязного мужика, воняющего застарелым потом! Нити брала редко, и теперь они радостно скользнули мне в ладонь, отзываясь силой. К утру, изморенная, я все-таки провалилась в беспокойный сон. И именно тогда, впервые за очень долгое время, мне вновь приснился кошмар…
Я в изумлении замерла, когда толстые пальцы ловко расстегнули верхнюю пуговку моего платья.
— Что ты?!.. – поперхнулась воздухом, ощутив, как чья-то потная рука залезла под юбку.
— А ты ничего и школа тебя ненавидит, никто и слова не скажет.
Ужас ледяной змеей заполз в сердце. Я испуганно сжалась, а тело забила крупная дрожь. Страх, стыд, омерзение и злость. Перед глазами помутнело.
— Пожалуйста... – я не узнала собственный дрожащий голос.
***
Утром, бегая по заснеженной дорожке, я пыталась отогнать отголоски ночного кошмара и случившегося. На некоторое время мне даже это удалось. В штанах и легком жилете на шнуровке поверх льняной рубашки, я даже не чувствовала утреннего первого мороза, просто со всех ног бежала вперед, в действительности стараясь убежать от самой себя. Не знаю, сколько так пронеслась кругов, пока не врезалась в появившегося на моем пути мистера Горана. Затормозила, проехавшись на носочках, и уткнулась носом в теплый кафтан. Вздрогнула и моментально отстранилась, замечая удивление в глазах преподавателя.