Мой первый роман про...

Чинара

Сердце радостно стучит, невзирая на осознание полного провала гениального плана побега, и я аккуратно поворачиваюсь на спину, до конца не веря в происходящее. Расслабленный, сонный и немного игривый взгляд Георгия встречается с моим смущенным, шокированным и наверняка немного косым. Мужчина ласково скользит по моему лицу глазами, заставляя мозг в одну секунду прорабатывать бесчисленное количество возможных событий прошлой ночи, потому как мой чёрный ящик категорически отказывается проливать свет на случившееся.

— Хорошо

спала? — опершись головой на правую руку, левой он нежно поправляет волосы у меня на лбу.

Скорее всего, я выгляжу как лохнесское чудовище после длительного заплыва. Стыдоба… к тому же отвечать в данный момент целыми словами довольно рискованно… потому что альпийские луга скончались у меня во рту… И если он почувствует прах их утраты, сразу классифицирует цветочка в ряды вонючего страстоцвета. Поэтому я только киваю и незаметно натягиваю одеяло до самого носа.

Он ухмыляется и чмокает меня в щеку.

— Голова болит? — почему от него пахнет свежесть?

Еще один кивок.

— Вон там на тумбочке я приготовил для тебя минералку, воду, томатный сок и на всякий случай взял еще и таблетки. Извини, пришлось ослушаться твоих приказаний и выйти ненадолго с утра, чтобы все принести. Но, как и обещал, проснулись мы вместе, как ты хотела. Да, цветочек?

Не знаю, что он читает в моих глазах, но улыбается еще шире и снова наклоняется, и целует в висок.

— Я вряд ли когда-то смогу забыть прошлый вечер, — шепчет в ухо. — Но самое главное, теперь мы не просто начальник и подчиненная. — ещё один поцелуй в районе щеки и ещё…

Неужели мы с ним и правда… и теперь … и разве такие нежные поцелуи способны вызывать в теле лавину жара, которая спускается к бёдрам…

Георгий отодвигается и спрыгивает с кровати. Зажмуриваюсь, вдруг он голый… Но немного приоткрываю глаза… чтобы не выглядеть невежливой… На нем спортивные штаны и футболка. То есть он успел ещё и переодеться, пока я тут спала пьяным троллем …

— Не буду тебя смущать. Спокойно собирайся и пойдём завтракать. А я пока проверю почту. — говорит мужчина, направляясь к двери, но напоследок бросает в меня хитрую улыбку. — И будь уверена, мы реализуем все наши вчерашние планы.

Когда дверь за ним закрывается, я накрываю голову одеялом, позволяя бегемотам в голове вдоволь насладиться хлопотами переезда.

Как мне деликатно узнать, что произошло вчера…

Глава 29

Вода, стекающая с меня в ванной, ни капли не помогает воскресить в памяти воспоминания вчерашнего вечера. Наоборот, она стирает малейшие, оставшиеся на мне, крупицы памяти, унося вместе с ними его запах, который я по странности все время ощущаю на своих волосах. И почему-то улыбаюсь этому открытию. Смущённо. Застенчиво. Стараясь скрыть от себя самой гул трепыхающегося сердца.

Но стыд стоит тут же, грозно

посматривает, держа в руках скалку и перечисляя правила приличия, которым должна следовать девушка и, которые, я кажется с лёгкостью смогла вчера нарушить.

Выхожу из душа, вытираюсь, а затем долго осматриваю себя в зеркале. Не нахожу никаких следов разврата на своем теле — от этого немного успокаиваюсь, но и чувствую легкий укол разочарования.

И задаюсь вопросом, может ли такая, как я, понравится Георгию?

Ведь, по сути, я совершенно обыкновенная, к тому же немного кошатница, немного интроверт, с манией скупать книги и иногда слишком далеко уходить в свой воображаемый мир, звёзды мишлен моей готовке не светят, овощи для борща я нарезаю особо крупными долями, совсем как папа учил, а терка, судя по всему, является на моей кухне предметом интерьера.

Память удачно скрывает под правым крылом всё самое важное, но отчего-то раскрывает левое, напоминая про сверкающий образ его бывшей жены. Утонченная, ухоженная, с идеальной кожей и идеальным телом. С невероятно пухлыми губами и самой правильной формой носа. Ее будто окружал шлейф уверенности, сминавший под себя все возможные сомнения окружающих в ее несравненности.

Он был женат на совершенной красоте. Разве после такого можно обратить внимание на меня? На обычную Славу… Да еще и дефективную…

Это как наестся икры, а потом попросить…свеклы? Так не бывает.

Разочарованно отворачиваюсь от зеркала и возвращаюсь в комнату.

Надеваю белье, новую кофточку и отчего-то руки сами тянутся к юбке.

Полностью одевшись, кидаю на себя в зеркале снисходительный взгляд, беру сумку и выхожу из номера, закрывая за собой дверь. Делаю пару шагов и нерешительно застываю перед дверью своего начальника. Того самого, с кем бесстыдно проснулась в обнимку, а теперь робею постучать в дверь.

Из смущения меня вырывают две девушки. Они с хохотом проходят по коридору и окидывают меня любопытными глазами. Это стыдит ещё больше, и я нервно стучу. И тут же пугаюсь. А вдруг я долго? А вдруг он ушёл? А вдруг он…

Но дверь открывается, и я встречаюсь с тёплым взглядом серых глаз. На нем джинсы и голубое поло. А на губах самая приятная улыбка на свете.

— Цветочек, зайдёшь на минуту? Я сейчас ещё на одно письмо отвечу и пойдём? — спрашивает и шире распахивает для меня дверь.

— Конечно, — уверенно киваю и прохожу в его комнату, а когда дверь за спиной закрывается, понимаю, что уверенность осталась в коридоре и вероломно подложила вместо себя скованность.

Он приобнимает и нежно целует в висок, отчего ноги прирастают к полу, а тело превращается в негнущуюся статую. Но, Георгий, к счастью, не замечает этого и быстро идёт к своему столу, садится на стул и начинает что-то быстро печатать на клавиатуре. Затем поворачивается и приветливо уточняет:

— Все хорошо?