Мой парень – демон
Шрифт:
Но даже если умом она понимала все, сердце отказывалось видеть Андраса в жутком демоне, который сейчас был перед ней. Рай старалась. Очень старалась убедить себя, но сердце молчало.
Всадник на черном волке повернулся к леопарду. Метались, словно под пытками, черепа на его коленях, щерился частоколом огромных зубов черный волк. А в гортани всадника, который по-прежнему не размыкал рта, зародился рык — в нем явственно слышалась досада.
И в этом рыке Рай вдруг как будто отчетливо услышала такое до боли знакомое: «Раздражает».
Каким-то образом,
Рай услышала короткий смешок, и не сразу поняла, что этот неуместный сейчас звук издал не кто-нибудь, а она сама. Краем глаза она видела, как хмуро и удивленно покосился на нее стоящий рядом Фенекс, но не отреагировала. Ей не было никакого дела до того, что ее поведение со стороны выглядело странным, потому что вопреки всему прямо сейчас ей было… радостно.
«Не меняется, гадский демон, — весело подумала она, удивляясь самой себе. — Никогда не меняется. И неважно, как он сейчас выглядит — это мой демон. Андрас — всегда Андрас».
Два демона замерли друг напротив друга. Леопард раскрыл пасть и тихо утробно прорычал. Глядя на морду золотистого зверя, Рай могла поклясться, что он улыбается — улыбается, как тот, кто уже знает, что победил.
Рай нахмурилась, возмущенная самоуверенностью Ситри, и, похоже, разозлилась не она одна. Черный волк воинственно оскалился и тряхнул мордой — от его горящих огнем глаз проплыли по воздуху красные следы. Всадник поднял меч и направил его острием в сторону противника, словно предупреждал: «Я повергну тебя» — а в следующую минуту адский волк уже несся вперед.
На полпути волк внезапно взлетел в прыжке, готовясь обрушиться на противника сверху, но демон-леопард, раскинув крылья, молниеносно переместился в сторону. Золотой вихрь взметнулся вверх, одновременно огибая всадника. Рай не могла уследить за ним — так он был быстр. С острым звуком вскинулись когти зверя, лапа леопарда мазнула по воздуху, раздалось исполненное ярости и боли рычание волка и в следующий миг оба демона приземлились на пол в нескольких метрах друг от друга.
На черном боку волка алели длинные кровоточащие раны. В отличие от крови всадника, кровь волка была цвета адского пламени. Она капала из ран сгустками огня, в падении шипела огненными струями и гасла, касаясь пола.
Радость от узнавания, которую минуту назад испытала Рай, вмиг испарилась. Черный волк тяжело дышал, раненый бок вздрагивал. Всадник казался невозмутимым и спокойным, но Рай видела, что меч в его руке опустился ниже.
Восторженный гомон демонов-заговорщиков пронесся вдоль галерей зала. Рай с легкостью улавливала его значение: они уже видели исход битвы. Леопард двигался настолько стремительно, что всадник на черном волке не успевал за ним. Рай не знала, каким было бы это сражение, если бы Андрас не ослаб настолько, что даже их контракт временно заморозился. Но сейчас Ситри был сильнее — это понимала даже она, а уж собравшиеся здесь демоны и подавно.
«Подло, —
— Зачем? — тихо произнесла она. — Зачем Андрас согласился? Он же знал, что нет шансов победить.
— Ты, видимо, обманута человеческим обаянием этого заклинателя, — ответил ей стоящий рядом Фенекс. — И в глубине души не веришь, что он выполнил бы свою угрозу сжечь тебя заживо.
Рай насупилась.
— Зря, — продолжал Фенекс. — Его человеческое обаяние — обман. Поверь мне, то, что прячется внутри этого человека, не знает пощады. Заклинатель бы выполнил свою угрозу, и Андрас это понимает.
— Ну так бросил бы меня, да и все, — продолжая хмуриться, сказала Рай. — Он же только и твердил все время, как мечтает от меня избавиться. Зачем же он?.. Андрас же совсем не хочет…
В голове Рай вдруг созрела странная мысль. Она наблюдала, как всадник снова поднял свой меч, как черный волк воинственно зарычал на леопарда, как золотистый зверь, внезапно решив атаковать в этот раз первым, взлетел вверх и бросился на уже несущегося ему навстречу всадника.
— Скажи, Фенекс, — произнесла Рай, одновременно не отводя взгляда от демонов внутри алого магического круга, — Андрас мог бы сейчас использовать свою способность сеять раздоры и рассорить всех заговорщиков? Или ему не хватило бы на это сил?
Леопард обрушился на всадника, целясь выставленными наизготовку когтями ему в лицо. Всадник неожиданно ловко уклонился от удара, черный волк изогнулся в прыжке, последовал взмах мечом — и леопард, издав недовольный рык, отскочил в сторону. Когда он опустился на пол, с его бока стекла по золотистой шерсти черная струйка крови.
— В полной мере Андрас не сможет сейчас использовать свою силу, — дождавшись, чем закончится очередная схватка противников, ответил Фенекс. — Но по большому счету она всегда с ним — как бы он ни был слаб.
— Тогда почему он не использует ее хоть как-нибудь? — спросила Рай.
Рай почувствовала, как Фенекс повернулся к ней, и подняла голову. Черные глаза маленького демона смотрели ей в лицо.
— Сила Андраса не действует избирательно, — ответил он. — Если он выпустит ее, то она может затронуть любого в этом зале и даже за его пределами. Представь себе семена, которые подхватил ветер. Они могут упасть куда угодно. Например, ты, возможно, захочешь убить меня, а я… тебя. Поэтому его силу и называют семенами раздора.
Рай сглотнула. Она захочет убить Фенекса?.. А за дверями этого зала ждут Марк и Колбаска… И Буер. Что, если в них тоже проснется желание убивать?
— Значит, — начала Рай, — Андрас мог бы, но… не хочет использовать свою силу?
— Поняла, наконец? — хмыкнул неодобрительно Фенекс.
— А он… использовал ее когда-нибудь раньше? — снова сглотнув сухой комок в горле, спросила она.
Ответом ей было молчание. Посмотрев на Фенекса, Рай увидела, как изогнулись в кривой улыбке губы того, кто выглядел, как двенадцатилетний ребенок.