Мой парень – демон
Шрифт:
«Смотри-ка, с посторонними они вежливые, — подумала Рай. — Между собой совсем по-другому разговаривают. Когда не знают, что их подслушивают».
Андрас подошел к Артему, который сидел на качелях, и остановился, глядя на парня сверху вниз. Теперь Рай могла видеть его профиль. Андрас опустил взгляд, кивком головы указал на деньги в руках Артема и произнес:
— Кажется, это принадлежит не тебе.
Артем сначала открыл рот от удивления, потом на его лице расползлась глупая улыбка. Он коротко рассмеялся.
— Что? Вы о чем?
Рай
— Покататься хочешь?
Артем опешил.
— А?
По-видимому, Рай что-то пропустила. Она стояла далеко, кроме того, на дворе были сумерки. Рай не видела, чтобы Андрас что-то сделал, но качели внезапно взвились вверх с такой силой и скоростью, что сидящий на перекладине Артем вылетел из них, словно камень из пращи.
Не успев даже вскрикнуть, он пролетел несколько метров и с тупым звуком упал на землю. Его друзья со вскриками повскакивали со своих мест, а Андрас даже не отстранился, чтобы уклониться от возвращающихся к нему на большой скорости качелей, лишь сделал короткое движение пальцами, и качели резко остановились, а потом подались назад и медленно закачались на месте.
Рай закрыла рот ладонью, глядя, как Артем, кряхтя и постанывая, пытается подняться с земли. Во время такого падения он должен был сильно удариться головой. Если у него много лет спустя появится опухоль головного мозга, как у нее сейчас, будет ли это справедливо, подумала вдруг Рай.
Она оперлась ладонью о ствол ближайшего тополя, наблюдая, как Андрас снова направляется к Артему. По пути он наклонялся и подбирал что-то с земли, и Рай догадалась — это были ее деньги, которые Артем выпустил из рук, когда его вышвырнуло из качелей.
Бывший одноклассник Рай уже сидел на земле, сдавленно дышал, словно каждый вдох и выдох давался ему с трудом. Когда его взгляд наткнулся на возникшие в его поле зрения ботинки, Артем поднял голову, и в этот самый момент Андрас наклонился к нему.
Сейчас он находился к Рай намного ближе, и она могла видеть, как в глазах демона полыхнуло пламя, и как в тот же миг вытянулось от ужаса лицо Артема. Парень попятился, однако далеко отползти ему не дали.
Андрас протянул руку, ухватил его за ворот и потянул к себе.
— Я зря потратил на тебя свое драгоценное время. Скажи спасибо, что не сварил тебя за это в геенне огненной. — А потом добавил: — И еще. Запомни: называть ее идиоткой могу только я. Понял?
Артем истово затряс головой в знак согласия.
Андрас отпустил его ворот и выпрямился. Огонь полыхнул в его глазах сильнее и внезапно вырвался за пределы глазниц — брызги огня долетели до Артема, и тот, подвывая на высокой ноте, отскочил на копчике назад.
— Беги, — голосом, которому нельзя было не подчиниться, велел Андрас.
Артему не нужно было повторять дважды. Резко перекинувшись на четвереньки, он немного прополз так, потом смог встать на ноги, но тут же споткнулся — упал, ударившись локтями, снова поднялся и побежал
Андрас повернулся к его приятелям. Парни как один попятились от одного его взгляда. Потом один из них дернул за руку другого, кто-то испуганно бросил: «Пошли отсюда!», и они поспешили покинуть детскую площадку. На ходу друзья Артема время от времени затравленно оборачивались, но никому из них не пришло в голову остановиться или тем более вернуться.
Рай прислонилась спиной к стволу тополя и, не сдержавшись, заплакала.
* * *
Плакала она недолго, но обида никак не желала проходить, то и дело подступая к горлу Рай, вынуждая ее шмыгать носом и всхлипывать.
Она шла домой через парк вдоль набережной. Прохожие время от времени поглядывали на нее сочувственными взглядами, жалели расстроенную девушку, но тотчас отводили глаза. Видимо, считая, что невежливо пялиться на человека, когда он плачет.
В какой-то момент Рай решила, что пора успокоиться, остановилась, взялась за перила набережной и, опустив голову, уставилась на течение реки. В летние месяцы Истомь почти пересыхала. Там, где можно было спуститься к реке, уровня воды хватало только для того, чтобы намочить ноги. Вот и сейчас, несмотря на сумерки, Рай видела каждый камень на дне реки.
Глядя на воду, Рай тяжело вздохнула, и почти сразу почувствовала рядом присутствие демона.
— Не пытайся утопиться, здесь мелко, — без всякого сочувствия сказал он.
Рай уже перестала плакать, но стоило ему появиться, как слезы опять подкатили к глазам, и она шмыгнула носом.
— Я не собиралась топиться. Я, конечно, согласилась, что дура, но не настолько же.
Демон промолчал.
— Разве он не должен был… как там?.. осознать, что я девушка его мечты и влюбиться в меня без памяти? — поинтересовалась Рай. — Что ты ему нашептал?
Андрас не торопился отвечать, но в конце концов заговорил:
— Я мог повлиять на него двумя способами: ненавязчиво подтолкнуть к тебе, пробудить интерес, а дальше уже все зависело от него. Или же полностью взять контроль над его разумом — вы, люди, обычно называете это одержимостью демонами. Во втором случае, прикажи я ему влюбиться в тебя, он бы ел с твоих рук. Но я решил, что ты просила не об этом. Ошибся?
Рай вздохнула:
— Надо же. Не знала, что ты такой чуткий и понимающий.
— Чуткий? — переспросил озадаченно Андрас и напомнил: — Ты сейчас с демоном разговариваешь, не забыла?
Рай вскинула брови озадаченно.
— А зачем тогда наказал Артема и вернул деньги? Разве не потому, что пожалел меня?
Андрас многозначительно выдохнул:
— У людей есть глупая привычка выдавать желаемое за действительное. Я преследовал собственную выгоду. Объяснять не буду, не надейся. Тебе лучше не знать.
— Для кого лучше? — по инерции всхлипнула Рай.
— Для меня, естественно.