Шрифт:
ГЛАВА 1
В прошлой жизни я была старшей дочерью богатого рода. Красивой, образованной, воспитанной. С детства меня учили, что счастье женщины состоит в удачном замужестве.
Что муж будет опорой и защитой, а любовь придёт после свадьбы, если быть хорошей женой.
Я верила.
Я мечтала о тёплых вечерах, о шёпоте в темноте, о том, как он будет смотреть на меня, как на любимую женщину. Я представляла его руки, такие нежные, ласковые. Его тихий голос, полный обещаний.
Я ошибалась.
В
Я сидела неподвижно на кровати в красном свадебном платье с вышитыми золотыми фениксами.
На столиках горели десятки золотистых огоньков красных праздничных свечей. Я так ждала его, да, со страхом, но и с надеждой.
Мои пальцы дрожали, сердце колотилось где-то в горле. Я нервно поправила шпильки в волосах, одёрнула рукав.
Он войдёт. Посмотрит на меня, увидит, как я красива и улыбнётся. Скажет что-то ласковое.
Он вошёл, шатаясь. Красные мутные глаза встретились с моими испуганными, когда он небрежно откинул с лица мое покрывало. От него пахло перегаром, резким, удушающим запахом, он бросил лишь один взгляд и больше не смотрел на меня.
Снял пояс, бросил на пол и металл громко звякнул о каменные плиты, заставляя меня вздрогнуть.
– Раздевайся, - его голос был ровным, мне даже показалось безразличным.
Я опустила глаза.
– Господин, - я сглотнула, провела языком по пересохшим губам.
– Я не...
– Я сказал - раздевайся!
Теперь я отчетливо услышала резкие, злые нотки... мне не показалось. Я вдохнула судорожно.
Но он не ждал пока я переборю свою робость перед первой близостью, шагнул ко мне.
Пальцы вцепились в ворот платья нетерпеливо. Ткань треснула по швам. Я вскрикнул от неожиданности, от того, что он рвёт то, что шили для меня три месяца.
Он зажал мне рот ладонью.
– Тихо, - прошептал он, и я почувствовала его кислое, горячее дыхание.
– Не позорь меня перед слугами. Я устыдилась своей реакции, он теперь мой муж, он в праве так поступать.
Он толкнул меня на кровать. Свадебные покрывала сбились подо мной. Я лежала и смотрела в потолок на резные балки, на тени от свечей, которые плясали, как призраки, не зная, чего ожидать и стыдясь своей неопытности.
Он приподнял мое платье, грубые руки шарили по моему окаменевшему телу.
Я лежала, боясь пошевелиться, боясь сделать что-то не так, только слушала его быстрое дыхание и пыталась не вздрагивать, когда руки слишком сильно сжимали мою грудь.
Он навис надо мной, большой, сильный мужчина, я чувствовала себя маленькой и хрупкой рядом с ним, мне хотелось сжаться в комочек и попросить его уйти. Но я понимала, что теперь принадлежу ему, что не могу опозорить свою семью недостойным поведением.
Он вошёл в меня грубо. Без поцелуя. Без единого слова, которое можно было бы назвать нежным. Резко наполняя собой.
Сухо. Больно. Унизительно.
Я закусила губу, чтобы не закричать. Сжала простыни так, что побелели пальцы.
– Ты холодна, - сказал он, двигаясь во мне.
– Как дохлая рыба.
Я не ответила. Что я могла на это сказать?
Я терпела, а он продолжал двигаться, причиняя мне боль, но я знала, так и должно быть, первый раз не бывает приятным, но почему тогда на душе так гадко и тяжело?
Я терпела и мечтала о миге, когда он насытится моим телом. И вот, наконец, он застонал, изливаясь, опустился, придавливая меня собой.
А потом лег рядом, молча отвернулся к стене и заснул, уже через минуту его дыхание стало ровным.
Он спал, а я лежала в полном смятении, чувствовала, как саднит разорванная плоть, как болит мое тело. Как по ногам течёт что-то тёплое и липкое.
Как слёзы катятся по щекам в подушку, беззвучно, чтобы не разбудить. Я боялась издать даже тихий всхлип, чтобы не разбудить его и это не началось снова.
Свечи догорали одна за другой и комната погружалась в темноту.
Я все смотрела в потолок и думала о том, что любовь не пришла после свадьбы.
И, кажется, не придёт никогда.
Муж посещал мои покои раз в седмицу, и всегда был груб и пьян. Я слышала его тяжелые шаги в коридоре и замирала, сжималась в комок.
Надеялась, что он пройдёт мимо.
Он не проходил.
– Я устала, мой господин, - говорила я, глядя в стену.
– Думаешь, меня радуют эти визиты?
– он расшнуровывал халат.
– Если бы твой род не был знатен и богат, ты бы сгнила в старых девах. Никто не взял бы тебя даже в наложницы.
Я не смела сказать ничего в ответ, но не понимала, зачем он приходит?
Он будто не замечал, что я дрожу от его прикосновений. Не видел, как я закрываю глаза, чтобы не смотреть на его лицо.
– Ты должна радоваться, - говорил он, нависая надо мной.
– Другие жёны молятся, чтобы муж посещал их постель.
– Эта недостойная рада, господин, - шептала я, глядя в сторону.
– Не похоже, - он сжимал мои бёдра сильно, до синяков - смотри на меня! Или может, привести наложницу прямо сюда и заставить тебя смотреть на нее? Чтобы ты увидела, как женщина должна встречать мужа в своей постеле?
Я молчала, замирая от ужаса. Мне казалось, он способен и на такое. Притащить одну из этих развязных девиц сюда, в нашу постель.
Он и так уже привёл несколько наложниц в дом.
Первую я увидела на следующий день после свадьбы. Она стояла в коридоре, прислонившись к колонне, и поправляла шпильку в волосах. Молодая. Красивая. Наглая.
– Сестрица, - она поклонилась, но в её глазах не было уважения.
– Я Фэн Юй. Его высочество взял меня в дом.
– Зачем?
– спросила я, думая о том, что даже наложница не зовет меня в этом доме госпожой. Сестрица... Да как она смеет! Я знала, что муж выкупил ее из борделя, потому что на это пошли деньги из казны моего двора, но не посмела упрекнуть его тогда.